Шрифт:
Победительница
Визит к психологу пришлось отменить. Из-за начавшегося карантина. Вот уж из-за психолога Алёна ни капли не расстроилась!
Это просто
Вот и с Алёной так же. Мама решила, что у неё зависимость от гаджетов – это называется номофобия. И немедленно записала её к психологу.
Ну какая зависимость?! Алёне сейчас просто необходимо быть на связи! Потому что у неё появился шанс. Даже так – Шанс! Самый настоящий Счастливый Случай!
– Косарь – божеская цена, – сказала Миранда. – Меньше чем за три тысячи в зал не попадёшь.
– Так мы не в зал, – возразила Настя.
– А за кулисы! Это ещё круче.
Миранда протянула руку, и Настя с Алёной положили ей на ладонь по тысячной купюре.
Миранда кивнула и жестом фокусника заправила деньги в рукав. Пальцы вспорхнули в воздухе:
– Чао!
– На матешу не пойдёшь? – крикнула Настя ей в спину.
Миранда не обернулась, на ходу качнула головой – огромная яркая грива колыхнулась туда-сюда.
– Не пойдёт, – заключила Настя. – Зачем ей? Деньги она и так считать умеет!
Всю дорогу до кабинета математики Настя бурчала, что дорого, что смотреть музыкантам в спины удовольствие так себе, да и концерт, может, того не стоит.
Алёна молчала.
Да если говорить о Трикстере, то в его спину она готова смотреть сколько угодно! А потом, он же будет рядом: пробегать мимо, пить воду, менять футболки. Это вам не цветочки подарить и селфануться наспех! Миранда права: закулисье круче.
Группу «Трикстер» Алёна любила давно. Может, год, а может, и больше. Главным образом из-за солиста, конечно. У них пела ещё и Агата, меланхоличная девица с крашеными дредами. Насколько Алёна знала, у них с Трикстером ничего не было, поэтому Агата ей тоже нравилась.
Просто удивительно, как эта Миранда умудряется быть в центре самых интересных событий! И ей, главное, безразлично, «Трикстер» или не «Трикстер», она за любой движ. У «Трикстера» концерт, Миранда приглашает!
Ну, как – приглашает? Не без пользы для себя.
Миранда…
Два года назад их классы объединили и они стали учиться вместе. Вот что понадобилось Миранде в одиннадцатом классе? Учится плохо, на занятия ходит через день. Можно подумать, она пойдёт в вуз! Он ей и даром не нужен, она, кажется, про образование вообще не думает. Ну и шла бы себе спокойно в колледж после девятого! Так нет, притащилась на два года посидеть за партой нога на ногу!
До этого у Алёны конкуренток не было. Самая популярная девочка
Она иногда наблюдала за ней и думала о том, что вот таких, как Миранда, наверное, в Средние века сжигали на кострах. Рыжая, стройная, с длинной шеей, светящейся кожей, с глазами-хамелеонами – вроде зелёными, но мимикрирующими в синеву, стоило Миранде пригасить их блеск, опустив ресницы.
Алёна и сейчас бы её сожгла!
– Сейчас подойду!
После этого «сейчас» Алёна с Настей ещё минут десять простояли перед закрытой дверью в тупике театрального коридора. Сюда никто не заглядывал, за дверью тоже никакого движения не происходило. Они уже начали думать, что ошиблись маршрутом, но дверь наконец открылась, и показалась Миранда.
Она молча поманила рукой, придерживая тяжёлую дверь. Девчонки скользнули в щель и оказались в другом тупике.
– Ступеньки узкие, осторожно, – предупредила Миранда.
Ступеньки узкие, лестница крутая, стены ободранные. Театр только назывался «Молодёжным», а здание занимал старое. И, как все театры, блистал фасадом и поражал лабиринтами лестниц, переходов, подвалов, запасных выходов. Конечно, не зная дороги, легко было сбиться с пути. И всерьёз сгинуть, подумала Алёна, случайно заглянув в один из дверных проёмов. За ним виднелись перила балкона, но сам балкон обрушился, и получался такой выход в никуда, обозначенный кое-как аварийной ленточкой.
– Не обращай внимания, тут вечный ремонт, – снова бросила Миранда, мельком оглянувшись.
Наконец добрались.
Место тоже было непонятное, но хотя бы людное.
– Стойте здесь, – скомандовала Миранда.
И снова исчезла.
Если бы Алёна не знала, что они в театре, подумала бы, что завод какой-то: бетонные стены с металлическими лестницами, длинные тросы. По стенам разбросаны фонари. Светят довольно уныло и мешают разглядеть потолок. Понятно только, что он высоко, этажа на три, если не больше.
– Нормально так! – возмутилась Настя. – Опять ушла! И что у нас тут? Театр теней?
По стенам в самом деле гуляли тени разной величины и яркости – эффект всё тех же фонарей.
– Не, ну свинство, скажи, Алён?
Настя хотела продолжить, но вздрогнула от громкого однотонного звука, непонятно откуда исходившего. Алёна и сама поморщилась, захотелось закрыть ладонями уши. Но звук стал убывать, а потом вообще оборвался.
– Мы же даже обратно не выберемся! – не унималась Настя. – Ой!
Она попыталась опереться на чёрную бархатную стену, но стена под её рукой колыхнулась и оказалась тяжёлой портьерой, пришпиленной к полу длинными деревянными полозьями.