Зов смерти
Шрифт:
— С ней повсюду ходил Боб, — ответила Гейл. — Водил к врачам и по магазинам. Нужды в услугах со стороны не возникало. Однажды Роберт относил ей аспирин даже в два часа ночи!
Попытки Хейзел вспомнить, когда она в последний раз встречала Делию в городе без сопровождения, не увенчались успехом. В дом старушки детектив не захаживала еще со времен поминок по Эрику Чандлеру, а с тех пор прошло восемь лет. Да и сама Делия не пользовалась благосклонностью жителей Порт-Дандаса, и потому сторонилась людей, отгородившись четырьмя стенами от всего мира. Некогда общительная и красивая, женщина превратилась
— Боб, мы обязательно переговорим со всеми, с кем миссис Чандлер встречалась в клинике. Ведь ее лечащий онколог Глен Льюистон, так? Как часто она ездила к нему на осмотр?
— Я отвозил ее в клинику по крайней мере раз в неделю, — сказал Роберт.
— Глен наверняка помнит всех, к кому направляли Делию, после того как поставили диагноз. Мы проверим эту версию.
— Вы действительно подозреваете, что маму убил врач или медсестра?
— Пока мы ни в чем не уверены, но надо рассмотреть все варианты.
Чандлеры проводили детективов до дверей и обменялись рукопожатиями. Хейзел чуть дольше задержала руку Боба в своей.
— Прости, Роберт, мне приходится задавать вам неприятные вопросы, вместо того чтобы просто посочувствовать вашему горю. Знаешь, когда после первых родов Эндрю привез меня и Эмилию домой, нас сразу же навестила Делия и привезла лазанью.
— Да, мама виртуозно готовила это блюдо! — вспомнил Боб.
— Нам хватило лазаньи почти на целую неделю. Маленькая Эмилия разделила с нами пиршество и с тех пор обожает соусы.
Эго целиком заслуга миссис Чандлер.
— Мамин фирменный соус бешамель невозможно забыть! — рассмеялся Роберт, осекся и снова заплакал.
Хейзел стояла рядом, держа за руку не просто родственника жертвы, а старого друга детства. Это он, будучи студентом-второкурсником, дважды приглашал на свидания ее, ученицу старших классов, а Делия вдруг закрутила головокружительный роман с ее отцом, а ведь пять поколений их семей жили бок о бок по соседству. Боясь расплакаться (мундир не допускает слезливости!), Хейзел поднялась на крыльцо и обняла Роберта Чандлера.
Хейзел попросила помощника подвезти ее до участка. Они молча сидели в машине, слушая урчание мотора.
— Могу подбросить домой, — предложил Грин, — тебе необходимо отдохнуть.
— Моя машина осталась возле участка.
— Я тебя прекрасно знаю. Сейчас зайдешь в кабинет и не выйдешь оттуда до завтрашнего утра.
— Нет, посижу часок, надо пораскинуть мозгами.
Реймонд погладил руль и уставился в ветровое стекло.
— На данный момент тебе известно все, что положено знать начальнику управления. Ничего нового ты не высидишь.
— Научился читать чужие мысли, Рей? Ты меня пугаешь!
— Просто выражаю свое мнение!
Хейзел развернулась к нему.
— Нужно дать мне возможность вести расследование, не отвлекаясь на мелочи, и не думать о поддержании порядка во всем Вестмьюире. Этим обязан заниматься начальник управления! О чем до сих пор думали в Центральном отделении полиции? Надеялись, что у нас в городе все тихо и никогда не случится ничего, что займет все мое время, потребует особого внимания?
— Знаешь, по отношению к центру слово
— Прошло шесть лет, Рей. И что в итоге? Если мы провалим расследование, Мейсон воспользуется подходящим случаем, выставит нас перед всеми дураками, не способными решать серьезные вопросы, и объединит с Мэйфером!
— Тогда постараемся не ударить лицом в грязь, босс! Не забывай, у тебя ведь есть я и целая дюжина полицейских, а вместе мы — сила! В конце концов, есть еще и Спир!
— И не говори! — Хейзел вышла из машины. — Ты домой?
— Ну, когда-нибудь я туда доберусь.
— Понятно. Спасибо, что поддержал в трудную минуту, — поблагодарила Микаллеф.
Она проводила взглядом его машину. Грин направился на юг по Мейн-стрит в сторону гостиницы «Килмартин инн» и ипподрома, хотя дом его находится в северной части города.
Войдя в офис, Хейзел позвонила оператору связи и спросила, как обойти прямой звонок и попасть прямо на голосовую почту абонента. Получив нужные сведения, набрала номер Сазерленда и оставила сообщение: «Привет, Горд! Очень жаль, что не застала тебя на месте. В любом случае слушай! Я сделаю официальное заявление в участке в девять утра в понедельник. Там и встретимся!» Хейзел отсоединилась, ухмыльнувшись в безмолвствующую трубку.
Глава 4
14 ноября, суббота, 06:10
Из округа Вестмьюир Саймон направился дальше на восток через Ренфру и к восходу солнца почти добрался до границы Онтарио с Квебеком. Оставалось проехать каких-нибудь пятьдесят километров. Путешественник отметил, что встреченные по дороге города ничем не отличаются от тех, что он видел в западных провинциях Канады, Британской Колумбии и Альберте. Небольшие поселки, словно нанизанные на ниточку бусинки, разбросаны вдоль шоссе через каждые пятнадцать — двадцать километров. Это расстояние, равное одному конному переходу, в старину гарантировало ночлег под крышей и пишу для усталого путника и его лошади. Поселения обычно так малы, что в некоторых из всех достопримечательностей только и есть что церквушка, магазинчик да почтовое отделение Викторианской эпохи. Впрочем, самой почты давно нет и в помине, а на ее месте открыта пивная, гостиница, антикварный магазин или придорожное кафе, как в Хамбер-Коттедже, к которому Саймона вынудили свернуть голод и усталость — ведь он проехал без остановки три часа.
До глубокой ночи Саймон оставался с миссис Чандлер, совершал священные ритуалы, а потом на всякий случай обошел дом, уничтожая следы своего пребывания. К двум часам, завершив священнодействия с Делией, он причесал ее, сел рядом на диван и сфотографировал. После чего, поблагодарив пожилую леди, Саймон благословил ее и отправился в дорогу. Субботу, тринадцатое ноября, он провел в придорожном лесу, посвятив все время молитвам и отдыху. В три часа ночи Саймон вновь сел за руль и продолжил путь на восток. Уже в пять утра он свернул на проселочную дорогу и в кромешной темноте объехал Оттаву с южной стороны. Час спустя предрассветный сумрак прорезали первые лучи солнца и озарили несколько домов, выстроившихся вдоль автострады номер 35. Именно здесь, в небольшом селении Хамбер-Коттедж, Саймон и решил позавтракать.