ЗУ 2
Шрифт:
– Мы бандито, гангстерито, мы кастето-пистолето… - напевал Джо.
С чего бы его вообще потянуло на советскую мультипликацию? Никогда не замечал такой тяги за своим другом. Чего на него нашло? Может быть, решил искать юмор в этой ситуации?
– Мы стрелянто, убиванто, ограблянто то и это…
Мы находились на съемной квартире. Она была двухкомнатной, но жили мы в ней всемером: я, Джо, наши соучастники, и НПС, который снабжал нас едой и поддерживал порядок. Это была не единственная хата, ещё три было снято в других
Уже неделю мы провели на матрасах. Маховик войны уже раскрутился, и в любой момент можно ждать звонка. Вопрос только в том, что нас попросят сделать: защитить свой бизнес или напасть на чужой.
Но пока война шла вяло, практически ничего не происходило. Проблема была в том, что в это время мы не могли толком заниматься своими районами. Если собрать доходы мы могли отправить соучастников, то вот приемный день организовать у нас не получилось бы при всем желании. Кстати, подручные наши сейчас этим и занимались. Хочешь не хочешь, но если ты пропадёшь с радаров, то очень скоро может оказаться, что и район совсем не твой теперь.
– Постоянно пьем Чинзано, постоянно сыто-пьяно…
– Что на тебя нашло, Саня? – спросил я у него, отвлекаясь от чтения газеты.
– Да мы же с тобой вылитые Джулико Бандитто и Де Ля Воро Ганстерито, - ответил он и, ухмыльнувшись, добавил.
– А если серьезно, то ко мне сестра приехала с племянником. Вот мы этот мультик и смотрели. Ну что там, интересное что-то?
– Весьма, - ответил я и начал читать вслух.
"В олнения в порту: борьба рабочих за свои права или закономерный итог бандитского правления?
Вчера была подавлена крупнейшая забастовка в истории Лос-Анджелесского порта. По информации независимых источников в ней участвовали до полутора тысяч рабочих. Номинальной причиной стало увольнение некого Уильяма Джонса после полученной им травмы. Однако если копнуть поглубже, то выяснится, что проблема в совсем другом.
Почти все жители Лос-Анджелеса знают, что порт находится под протекторатом русских бандитов. Более того, ходят слухи о том, что они используют его для контрабанды законных и незаконных грузов, как на территорию США, так и обратно, в сторону СССР.
Неудивительно, что при подавлении забастовки, в которой пострадали по разной информации от пятидесяти до семидесяти человек, были использованы жесткие меры. Но все рабочие говорят одно: там были русские, которые напали на рабочих, мирно требовавших соблюдения своих прав.
Конечно, многие из докеров продолжат работать, потому что для них это единственный шанс прокормить семью. Однако анонимный источник в администрации порта сообщил, что за последние дни было получено больше ста заявлений об увольнении. Люди больше не готовы мириться с таким отношением.
Комментариев главы портового профсоюза получить не удалось. Однако
Уолтер Джефремсон специально для Лос-Анджелес Таймс".
– Еще бы он появился на работе, - сказал Джо.
– Если учесть, что эту бучу он и заварил. Русские его убьют просто, вот и все.
– Ну на самом деле ее заварили мы, - ответил я и принялся быстро проглядывать статью за статьей. Многие из них были копиями статей из реальной Америки пятидесятых. Есть вещи, на которые игроки повлиять не могут. Хотя, если кто-то из нас попытается, скажем, убить президента Соединенных Штатов…
– На самом деле это закономерный итог. Порт стоял полторы недели, русские лишились двух сотен рабочих: тех, кто ушёл, и тех, кого сами покалечили. Считай, что это минус двадцать процентов к эффективности. Неплохо, а?
– Да наберут еще бедолаг, - ответил я.
– Мне больше интересно, почему мы сидим тут, вместо того чтобы атаковать. Русские оправятся от нашего удара, и вмажут так, что костей не соберём.
– Чего-то ждет дон, - пожал плечами Джо. – Не знаю, чего конкретно, но, думаю, скоро мы это выясним.
– Ага, - кивнул я.
– Точно.
Телефон затрезвонил зло, требовательно. Видимо, специально такие звонки делали раньше, как бы ты глубоко не спал, все равно проснешься и не пропустишь. Это сейчас на рингтон или дверной звонок можно щебетание птичек поставить, а тогда все было просто и сурово. И была в этом какая-то базированность.
Я встал с дивана, свернув газету, бросил ее на столик и взял трубку.
– Да?
– спросил я.
– Это Генри, - ответил голос в трубке.
– Сколько у тебя сейчас людей по рукой?
– Только я, - ответил я.
– Джо со мной. А люди наши сейчас дань собирают.
– Дьявол, как не вовремя. Дозвониться до них сможешь?
– Как?
– ответил я.
– Они по району где-то ходят. Разве что поехать поискать их самим.
– Нет времени. Короче, берите пушки и дуйте к порту. Машина у вас есть неприметная?
– Есть, несколько по району расставлены.
Негры действительно подогнали нам несколько тачек, которые мы припарковали в разных частях района. До любой из них идти было пять минут. Причем машины с виду были такими, чтобы ни один вор не позарился, зато под капотом у них все было в порядке. Таковы условия.
– За сорок минут доберетесь?
– спросил Генри.
– Время поджимает.
– Доберемся за полчаса, - ответил я.
– Где тебя искать?
Мы будем на двух машинах на стоянке. У меня красный понтиак. Так что давайте, жду вас.
– Принято, - ответил я, положил трубку, повернулся и крикнул Джо. – Ну все. Вот сейчас-то и узнаем, чего именно ждал дон.
***
Мы припарковали машину по соседству с красным понтиаком, но выходить из нее не стали. Джо опустил стекло, то же самое сделал и Генри, сидевший за рулем. Странное дело, обычно капо не водил машину сам, это делал кто-нибудь из соучастников или мы.