Зверь

Tesley

— Отлично, граф, — непринуждённо ответил Алва. Он встряхнулся и отвернулся плеснуть себе ещё вина, словно потерял интерес к разговору. — Расквартируйте своих людей и отдыхайте. Жду вас завтра на военном совете.

Полковник вышел. Марсель проводил его скептическим взором.

— А у вас бездна скрытых талантов, Рокэ, — заметил Эпинэ (они с Алвой уже успели выпить на брудершафт). — Признаться, я и под страхом смерти не смог бы выговорить имени этого господина!

— И я тоже, — поддержал своего сеньора барон Гаржиак.

—

О, у меня был отличный учитель, — небрежно отозвался Ворон, указывая на запястье правой руки, где виднелся шрам от удара шпагой. — Он обещал улучшить мою память и сдержал слово.

— Разрубленный Змей! На вашем месте, Рокэ, я не доверял бы этому новому Гирке, — высказался Марсель, с неприятным чувством вспомнив знаменитую дуэль. — Он сам вам сказал, что собирался стать предателем.

— Удивительно, виконт, как вы дожили до своих лет, так скверно разбираясь в людях, — ответил Алва, пожимая плечами.

— Монсеньор! — воскликнул Гаржиак, словно осенённый внезапной мыслью. — Теперь, когда у вас достаточно своей пехоты, вы могли бы отпустить моих людей. Больно вести их в атаку против их же вчерашних товарищей.

— Я прошу о том же, Рокэ! — горячо поддержал просьбу Робер.

— Пейте, господа, — отмахнулся Алва. — Военные дела обсудим на совете.

Утром свежеиспечённый граф Гирке появился вместе с остальными офицерами. Эпинцы и надорцы смотрели на него косо, за исключением Ричарда Окделла. Юный герцог не глядел ни на кого: он пылал праведным негодованием и бурно протестовал.

— Мы не можем сражаться, пока кардинал Левий в руках у мятежников! Эр Рокэ! Это будет чёрной неблагодарностью! Мы не должны рисковать жизнью его высокопреосвященства. Он столько сде…

— Юноша! — резко оборвал его Алва. — Напоминаю вам, что вы не имеете права голоса на совете. Вы мой оруженосец, а не командующий.

— Но, монсеньор…

— Помолчите, или я отправлю вас в обоз под присмотром прислуги.

Ричард побелел от ярости, закусил губу и насупился. Алва чуть слышно вздохнул и снизошёл до объяснения.

— Кардинал знал, на что шёл, — бросил он. — Если среди мятежников есть богобоязненные эсператисты, его не тронут. К тому же у них будут куда более неотложные дела. Виконт Валме, карту.

— Не тревожься, Дикон, — шепнул Робер на ухо Ричарду. — Левий сможет спрятаться в замковой церкви. Среди челяди есть преданные люди, а ризница надёжно запирается.

Офицеры окружили стол, на котором Марсель расстелил карту.

— Центром обороны мятежников является Эр-Эпинэ, — произнёс Алва, указав на треугольник, обозначающий замок. — С востока он защищён рекой, ближайший мост – выше по течению, в деревушке Алейе, перед которой мы с вами находимся. К западу от замка лежат крестьянские поля и пастбище, сзади – дорога на Нежюр, где имеется второй мост. Если я правильно понял, в Нежюре стоит резерв? — уточнил он у барона Гаржиака.

— Да, солдаты полковника Рёдера, — подтвердил тот. —

Но они не слишком рвутся в бой. Горожане недовольны и не хотят осады. Они легко откроют ворота законному правителю.

— В таком случае, барон, — Алва поднял голову и внимательно взглянул на Гаржиака, — почему бы вам не взять на себя переговоры с Рёдером?

— Охотно, ваша светлость. Что я могу ему сказать? — деловито осведомился тот.

— Что у него есть шанс искупить измену, — холодно ответил Алва. — Он нарушил свой долг, но может заслужить помилование, если сложит оружие.

— Я отправлюсь в Нежюр сразу же после совета.

— Отлично. В том случае, если вы преуспеете, участие ваших людей в сражении мне не понадобится.

Гаржиак заметно воодушевился.

— Вы можете полностью положиться на меня, монсеньор! — воскликнул он.

— Я так и поступлю, барон. Мы подождём результата ваших переговоров. Далее, господа, между замком и Нежюром, как видите, лежит лес, именуемый лесом святой Мартины. Река делает в этом месте изгиб, тогда как проезжая дорога идёт прямиком через чащу.

— Превосходное место для засады, — обронил полковник Гирке словно бы про себя.

— Вы полагаете, что граф Агиррэ прячет здесь своих людей? — спросил Робер недоверчиво. — Для чего?

— Я имел ввиду другое, — уклончиво ответил Гирке.

— Я понял вас, полковник, — произнёс Алва. — Однако герцог Эпинэ тоже прав. Граф Агиррэ слишком глуп, но капитан Карваль – фанатик, а не сумасшедший. Он наверняка предусмотрел план отступления. Если мятежники доберутся до моста в Нежюре, они сбегут в Гальтару, где много старых выработок. Выкурить их из этих нор будет не так-то легко.

— И вы хотите поставить западню на западню?

— Именно. Капитан Кохрани! — Алва окликнул главу личной охраны герцога Окделла. Удивлённый, что его вообще допустили на военный совет, тот даже вздрогнул от неожиданности. Алва между тем спокойно продолжал: — В Варасте полковник Каллофен продемонстрировал мне, как надорцы выслеживают врага, оставаясь никем не замеченными. Вы, я полагаю, тоже способны угнать стадо коров из-под самого носа у пастуха?

— Как всякий горец, — коротко ответил Кохрани.

— В таком случае, капитан, вы возьмёте всех своих надорцев и моих людей – я имею ввиду отряд капитана Энрикеса – и проведёте их этим берегом Жолле, скрываясь в виноградниках. Здесь, — Алва указал пальцем на изгиб реки, — вы тайно переберётесь на другую сторону и затаитесь в лесу. Ваша задача – перерезать мятежникам путь к Нежюрскому мосту и вынудить их отступить обратно в Эр-Эпинэ. Неплохо будет также, если они вообразят, будто вас гораздо больше, чем есть на самом деле. Справитесь?

Кохрани в нерешительности посмотрел на своего герцога, который всё ещё хмурился и кусал губы, прячась за плечом у Робера. Алва проследил направление взгляда, и губы его дрогнули, будто сдерживая улыбку.