Звезда Ада
Шрифт:
Затем Меск отправился руководить обороной, а Люгер тем временем пополнил свое вооружение из арсенала Галвика. Слуга баронессы внушал лишь неясные подозрения, однако Слот решил избавиться от старика при первом же удобном случае.
— Где ты нас спрячешь? — спросил Люгер у Далии, когда он и его спутники, растянувшись цепочкой, осторожно двигались по лабиринту узких коридоров. Баронесса вела их, держа в руке подсвечник с горящей свечой, и огромные уродливые тени плясали на стенах.
— В угловой башне, — тихо ответила она. — Наша тайная комната, помнишь?
Он раздраженно мотнул головой, а баронесса продолжала:
— Я почти уверена, что слуги
«Проклятый вездесущий Меск! — подумал Люгер. — Похоже, без него тут ничего не происходит». Впрочем, это уже не имело особого значения. Слот далеко не впервые оказывался в ловушке, в положении, близком к безнадежному, однако на сей раз за ним охотились те, чье превосходство он вынужден был признать безоговорочно. Ему оставалось только затаиться и ждать, пока появится какая-нибудь лазейка. Сам он не видел выхода, но очень надеялся на то, что аббат Кравиус, который привел его сюда, тоже хочет пожить еще немного…
Глава тридцать девятая
Ястребы и кошачий глаз
Скрыться беглецам не удалось — Сиулл и Сидвалл настигли их в угловой башне. Она называлась так потому, что была единственной башней замка, расположенной на острие угла, который образовывали две сходящиеся наружные стены. Все остальные башни находились в серединах сторон почти правильного пятиугольника, обращенного одной из вершин к югу.
Впрочем, таким Люгер запомнил замок Крелг в Адоле, а сейчас Слот не только не знал, где юг, но не мог поручиться даже за свой рассудок.
Он не успел добраться до убежища. Вычислить наличие «лишнего» пространства внутри башни можно было с помощью поэтажного плана и геометрии, о коем предмете Люгер имел весьма смутное представление — в отличие от настоящего барона Галвика, обнаружившего комнату восемь лет назад и державшего свое открытие в тайне от всех, кроме любимой супруги.
Несколько месяцев Галвик потратил на поиски входа. Никакой необходимости в этом не было — бароном руководило всего лишь любопытство. В конце концов его усилия увенчались успехом. Он отыскал плиту, спрятанную под фальшивой кладкой и после многих неудачных попыток разгадал секрет устройства подъемного механизма. К сожалению или к счастью, Люгеру так и не довелось воспользоваться результатами этих трудов.
Баронесса начала подниматься по узкой винтовой лестнице, ведущей на верхние этажи башни. Кравиус, который шел позади всех, остановился, почуяв неладное. Аббат обернулся и успел заметить какое-то движение в глубине коридора. Мгновением позже два промелькнувших неясных силуэта слились с темнотой.
Кравиус подал знак Люгеру, но Стервятник и сам уже почувствовал, что Ястребы находятся где-то рядом.
Отчасти их боевое искусство заключалось в том, чтобы оставаться невидимыми для противника вплоть до последней секунды. Люгер понял, что время упущено. Ему требовалось место для маневра, и он повернул обратно. Внезапно от его собственной тени отделилась другая тень, и прямо перед ним возникла узкая фигура. В полумраке тускло блеснул голый череп. Ястреб передвигался с впечатляющей быстротой и совершенно бесшумно. Арголида вскрикнула от неожиданности и прижалась спиной к стене.
С непонятным удовлетворением Люгер отметил про себя, что ей, очевидно, кое-что известно о телохранителях свергнутого короля Морморы. Евнух выхватил меч и заслонил графиню Норгус своим телом, одновременно оказавшись на шаг впереди Стервятника. Этим Нокра невольно спас ему жизнь.
В руках Сиулла не было
Рукоять меча стала продолжением руки, и мгновение спустя Стервятник был готов к схватке. Он испытывал полное безразличие ко всему, в том числе и к собственной жизни. Это означало новое неожиданное проявление мистической силы, для которой смерть была всего лишь избавлением от плоти. Иногда, очень редко, эта загадочная и неуправляемая сила, действовавшая как бы сама по себе, превращала дуэли в недолговечные и неповторимые произведения искусства…
Люгер спокойно стоял и ждал. Все было предопределено; ему оставалось лишь следовать предначертанному пути, доверившись слепому выбору судьбы, которая хранила его до сих пор.
Тем временем сдали нервы у евнуха, и Нокра первым сделал шаг навстречу Ястребу. Это была роковая ошибка. Выпад сопровождался довольно искусным ударом, стремительным и четким, но с таким же успехом Нокра мог бы рубить воздух. Сиулл просто плавно переместился, как будто его тело вдруг обрело текучесть; к тому моменту, когда евнух закончил движение, Сиулл оказался совсем близко от него. Слишком близко.
Кулак с отставленным пальцем выскользнул из темноты. Люгер мог сравнить это движение разве что с броском змеи. В состоянии отрешенности его восприятие обострилось до предела. Он улавливал то, чего не замечали остальные…
Ничто не дрогнуло у него внутри, когда палец Сиулла с тихим звуком, лишь отдаленно похожим на треск ломающейся кости, пробил голову Нокры над правым ухом и полностью погрузился в отверстие.
Судорога прошла по телу евнуха; он умер почти мгновенно. Меч выпал из его руки и звякнул о камень. Арголида издала сдавленный возглас, который тут же захлебнулся. Мертвый евнух рухнул к ее ногам, а Ястреб снова слился с темнотой.
Люгер не повторял чужих ошибок и потому выжидал, предоставляя Сиуллу возможность напасть первым. Теперь важно было вовремя почуять запах, заметить движение, получить какое-нибудь, хотя бы едва уловимое свидетельство того, где находится Сидвалл и откуда последует новая атака. Против двух Ястребов Стервятник, конечно, не имел ни единого шанса, но и не испытывал по этому поводу ни малейшего сожаления. Правда, был еще аббат, который в трудные минуты не раз доказывал, что его тоже не стоит сбрасывать со счетов. Сейчас Кравиус молча отступил назад, словно давал понять, что готов сражаться спина к спине.
В тот же момент Стервятник увидел Сидвалла…
Ястреб мог бы оставаться невидимым и дальше, если бы не начал перемещаться. В древнем трактате «Покоящийся ветер» это называлось «не искажать пространство присутствием», и в искусстве маскировки Люгер был еще весьма далек от совершенства. Зато хозяева Сидвалла, похоже, щедро наделили своего сторожевого пса соответствующими способностями.
Ястреб скользил, приближаясь к Люгеру слева; в руке он держал неизвестное на Севере оружие — что-то вроде серпа с обоюдоострым лезвием. Сквозь отверстия в клинке были пропущены петли тончайшей, но, по всей видимости, очень прочной металлической нити, которая опасно поблескивала в полумраке. Аббат, а за ним и Люгер медленно отступали к стене. Арголида поднялась на первые ступени лестницы, ведущей на верхние этажи башни.