Звезда Полынь
Шрифт:
Блейк не знал, что предпринять. Он бросил взгляд на Бонэма, который держал пистолет двумя руками, чтобы они не так дрожали, и медленно пошел к двери. Услышав шаги, пес зарычал громче, чем раньше, и стал биться о дверь, пытаясь открыть ее. Блейк протянул руку, схватил нужный корешок и начал медленно тянуть за него, чтобы открыть замок.
Дверь резко распахнулась, сбив Блейка с ног. Бонэм застыл на месте, не в силах нажать на курок. Перед ним стоял огромный черный пес, его правое ухо было разорвано, а морда испещрена шрамами, полученными за долгие годы драк с быками. Пес громко рычал, оскалив
— Прекрати, Бандит! — раздался тихий голос, и из тени в глубине шкафа выступила девочка. — Ты напугаешь этого джентльмена, — сказала она, крепко держа пса за широкий черный ошейник из кожи.
Девочка шагнула вперед, и ее лицо осветили солнечные лучи. Она была высокая и худая, с длинными черными волосами, которые падали ей на лицо. На плечах лежала черная шаль, а вокруг пояса был повязан белый передник, из-под которого виднелось зеленое платье из плотной ткани.
— Кто ты такая, во имя Гермеса? — спросил пораженный Бонэм, наставив пистолет на огромную дворнягу, которая продолжала скалить зубы.
— Это Аджетта Ламиан! — сообщил Блейк, поднимаясь на ноги за тяжелой дверью шкафа. — Она работает у меня горничной.
Он со злостью спросил девочку:
— Надеюсь, ты в состоянии объяснить мне, почему ты пряталась в шкафу?
Аджетта уставилась в пол и еще крепче вцепилась в ошейник Бандита.
— Началось землетрясение. Я задувала свечи по всему дому и, зная, что вы наверху, впустила Бандита. Я всегда так делаю. Он заходит за мной, чтобы проводить домой, а по пути защищает от уличных разбойников. — Аджетта подняла глаза на Бонэма и попыталась улыбнуться ему. — Я так испугалась! Дом ходил ходуном, и мы с Бандитом спрятались в шкафу. Он — все, что у меня есть…
— А почему ты не вылезла из шкафа, когда я зашел в комнату? — спросил Блейк.
— Думала, что вы рассердитесь. Вы ведь никогда не любили собак, вот я и решила: дождусь, когда вы уйдете, а потом потихоньку выберусь из укрытия. — Аджетта посмотрела Блейку прямо в глаза и откинула с лица свои черные, как вороново крыло, волосы.
— Ты слышала, о чем мы тут говорили? — спросил Блейк.
— Кое-что. Но мне это все равно непонятно, поэтому я просто старалась успокоить Бандита, чтобы он не рычал, — ответила она, надеясь, что вопросы скоро закончатся.
— То, что ты все-таки поняла, держи при себе. Никому не говори об этом. — Блейк посмотрел на Бонэма.
— Сэр, вы не могли бы убрать пистолет? Бандит волнуется, и я не знаю, сколько еще смогу удерживать его. — Аджетта отчаянно пыталась не выпустить ошейника из рук, а пес рвался на волю, собираясь поскорее вцепиться в Бонэма и потаскать его по комнате, как затравленного кролика.
Бонэм отступил назад, поднял курок и сунул свой пистолет обратно в карман сюртука. В комнате повисла напряженная тишина. Бонэм посмотрел на пса, потом перевел взгляд на Аджетту.
— Давно у тебя?.. — От волнения он запнулся. — Давно у тебя этот пес? Он такой… огромный. Кусается?
— Он кусает только разбойников и еще тех, кто подходит ко мне слишком близко. Именно такой защитник мне и нужен, когда я ухожу отсюда в полночь и мне приходится возвращаться к себе на Флит-стрит. — Аджетта шагнула в комнату, стараясь держать пса как можно ближе к себе.
— А
— Раньше донимали, а теперь их донимает Бандит. Бегут от него как угорелые в своих шикарных костюмах. «Одет с иголочки и очень опасен» — так каждый из них думает про себя. А я считаю, что они — просто кучка придурков, в мозгу — ни одной извилины. Только и знают, что одеться поприличнее и приставать к старикам и шлюхам…
— Тогда отправляйся-ка их донимать при свете дня, — прервал ее Блейк, и Аджетта перестала рассматривать Бонэма. — Уже утро, и ты их хорошенько разглядишь. А твоя псина может их гнать до самого Гайд-парка. Если захочет, — резко добавил он.
Аджетта посмотрела на золотые французские часы, стоявшие на каминной полке:
— Сэр, сейчас еще ночь, но солнце уже поднялось.
— Моя дорогая девочка, — сказал Блейк, — землетрясение, которого ты так испугалась, было столь сильным, что изменило ход времени. Уже утро, темнота рассеялась, и наступил новый день. — Он взглянул на Бонэма, а потом снова, на Аджетту: — Отдохни один день, а вечером приходи, — быстро сказал он. — Но никому не говори о том, что здесь слышала, иначе даже твой пес не сможет тебя спасти… Думаю, ты меня понимаешь.
Он посмотрел вверх, на комнату над библиотекой, в его голосе явственно слышалась угроза. Аджетта склонила голову.
— Понимаю, сэр, — сказала она, выводя Бандита из комнаты. В дверях девочка обернулась: — Я знаю, вы наверняка думаете, что я всем разболтаю о том, что здесь слышала. Но я никому и словом не обмолвлюсь. Я могу быть какой угодно, однако обещаний не нарушаю, доктор Блейк, уверяю вас.
— Верно, не нарушаешь, Аджетта, я знаю. — Блейк улыбнулся, снова неосознанно попав под обаяние девочки. Она опять обворожила его, а он даже не понял этого.
Аджетта вышла из библиотеки и осторожно притворила за собой дверь. Потом отпустила Бандита, велев ему спускаться вниз. Но сама не двинулась с места. Приложив ухо к двери, она стала внимательно слушать, о чем говорят в обсерватории.
— Ну и страху я натерпелся, Сабиан! — сказал Бонэм. — Чуть было не застрелил и девчонку, и собаку. Как ты думаешь, она расскажет кому-нибудь о том, что услышала?
— Нет, Аджетта не сделает этого. Она прекрасно знает, что с ней тогда будет. Мы можем на нее положиться. Она знает, кто ее хозяин, — ответил Блейк.
— Можно было бы подержать ее здесь, пока…
— Ее отец примчался бы сюда так же быстро, как тот пес пронесся по площади, — возразил Блейк. — И уж лучше иметь дело с мастифом, чем с Кадмусом Ламианом. Если ты думаешь, что уличные разбойники — бич нашего города, то Кадмус Ламиан показался бы тебе настоящим кошмаром. Это человек, с которым не стоит иметь ничего общего.
Блейк вернулся к окну и оглядел утонувшую в тумане площадь.
— Это Кадмус заставил меня нанять его дочь. Вывернул мне руки и кошелек. Заявил, что она мне очень пригодится. Но я плачу этой девочке больше, чем привык платить слугам. В ней есть что-то особенное. Когда смотришь ей в глаза, то кажется, что перед тобой человек, который уже видел этот мир, и не раз, и знает о жизни гораздо больше, чем ты сам. Но она прекрасно справляется с работой и умеет держать язык за зубами.