Звёздные войны
Шрифт:
— Через год я поступлю в Академию, — упрямо сказал Люк, больше ободряя себя, чем Биггс. — А потом, кто знает, где а окажусь, — голос его звучал решительно. — В звездный флот меня не призовут, это точно. Береги себя… ты всегда будешь моим лучшим другом. — Рукопожатие было не нужно. Они давно уже переросли это.
— Ну, тогда пока, Люк, — просто сказал Биггс. Он повернулся и вошел в энергостанцию.
Люк следил за ним, пока друг не скрылся за дверью, мысли его хаотичны и непредсказуемы, как внезапные песчаные штормы на Татуина.
На Татуине было сколько угодно необычных природных
В опаленной жарким дыханием пустыне туман казался неуместным, как кактус во льду, но тем не менее он был. Метеорологи и геологи спорили между собой о его происхождении, создавали теории наподобие той, в которой говорилось, что вода задерживается в порах песчаника наподобие теле и о неизвестных химических процессах, заставляющих воду подниматься вверх при охлаждении почвы, а затем уходить под почву при восходах двойного солнца. Все это устарело, но было вполне реально.
Ни туман, ни жуткие звуки, издаваемые обитателями ночной пустяк, не пугали Р2Д2, когда он осторожно шел по гребню скал, выискивая самый легкий путь к вершине одной из столовых гор. Его широкие квадратные ногоступы громко клацали в вечерней тишине, и тогда песок под ногами оседал, обнажая гравий.
Он на секунду остановился, так как показалось, будто он услышал какой-то шум, словно по камню провели чем-то металлическим — этот звук раздался впереди него. Звук больше не повторялся, и маленький робот начал быстро карабкаться вверх.
Сверху от гряды, слишком высоко, чтобы это можно было увидеть снизу, от каменной стены отделился булыжник. Небольшое существо, только что случайно столкнувшее этот блестящий булыжник, словно мышь, шмыгнуло за камень в тень. Из-под нависающих складок коричневого капюшона в метре от ближайшей стены ущелья виднелись две горящие точки.
Только реакция ничего не подозревающею робота помогла ему услышать воющий сигнал и предупредила его. Секунду Р2Д2 продолжал светиться в сгущающихся сумерках. Затем он издал короткий электронный свист, его трехногая опора потеряла равновесие, и парализованный лучом маленький робот опрокинулся на спину, лампочка на его лбу хаотически замигала.
Три коротышки, настоящая пародия на человека, выбежали из-за прикрывавших их огромных камней. Движения их были больше похожи на движения грызунов, чем на человеческие, и существа эти были ненамного выше Р2. Увидев, что достаточно всего лить одного заряда парализующей энергии, чтобы обездвижить робота, они убрали в кобуру свое странное оружие. Но все же с осторожностью начали приближаться к неподвижному роботу, дрожа, как осиновые листья.
Их капюшоны были покрыты толстым слоем пыли и песка. Когда они рассматривали своего пленника, глаза их, желто-красные, как у кошек, горели нездоровым светом. Дивы переговаривались глухим гортанным кваканьем и звуками, похожими на искаженную человеческую речь. Если, как предполагали антропологи, они когда-то и были людьми, они уже давно деградировали до такой степени, что абсолютно не были похожи на людей.
Подошло еще несколько джав. Все вместе, кто подталкивая, кто таща, они стянули робота со скалы вниз.
На дне ущелья, похожий на ужасного доисторического монстра, находился песчаный гусеничный краулер, настолько
Подойдя к краулеру джавы снова о чем-то начали совещаться между собой. Р2Д2 слышал их, но не мог уловить смысла в их голосах. И ему нечего было стыдиться этого. Если было нужно, речь джав могли понимать только либавы, так как они пользовались быстро меняющимся языком, который буквально сводил с ума лингвистов.
Один из джавов вынул из сумки небольшой диск и прикрепил к боку малыша Р2. С одной стороны громадной машины торчала громадная труба входа. Джавы подошли к машине и исчезли в ней. Раздался короткий стон и шум воздуха, и маленького робота засосало внутрь, как коктейль через соломинку. Покончив с этим, джавы снова начали совещаться мелку собой. Потом все, что еще оставались снаружи, быстро забрались в краулер. Они были очень похожи на мышиную семью, возвращающуюся к себе в норы.
Не слишком мягко всосавшая Р2 труба выкинула его в небольшое кубическое помещение. Кроме огромных куч всяких поломанных приборов и инструментов — настоящего металлолома — в этом помещении находилось около двух десятков роботов разных форм и размеров. Некоторые из них на электронном языке беседовали между собой, другие — бесцельно бродили вокруг них. Но когда Р2Д2 ввалился в помещение, один из роботов удивленно воскликнул:
— Р2Д2, это ты! А это я!
Это закричал из темноты взволнованный ЗПиО. Он пробрался к все еще неподвижному маленькому роботу и совсем не по механически обнял его. Заметив маленький диск он задумчиво покосился на свою грудь, где был прикреплен точно такой же диск.
Задвигались огромные шестерни, очень плохо смазанные. Со стоном и скрежетом краулер-монстр развернулся и с непробиваемым упорством загрохотал по ночной пустыне.
3
Полировка конференц-стола была так же бездушна и неуступчива, как восемь Имперских сенаторов и офицеров, которые сидели за ним. Имперские солдаты охраняли вход в помещение, холодно освещаемое немногочисленными светильниками на стенах и потолке. Один из восьми Сенаторов с пафосом произносил речь. Он был похож на человека, который забрался слишком высоко и слишком быстрыми способами, которые лучше не изучать слишком пристально. Генерал Тагг действительно обладал кое-какими необычными талантами, но свое теперешнее высокое положение он занял не только благодаря им. Другие порочные наклонности оказались более действенными.
Хотя его форма и была идеально пригнана, а тело чисто, как у всех собравшихся в этом помещении, никто из присутствующих не хотел бы прикоснуться к нему. Он был словно покрыт какой-то отвратительной слизью, о которой можно было скорее догадаться, чем ощутить ее присутствие. Но несмотря на это, многие уважали его. Или боялись.
— Я говорю вам, что на мот раз он зашел слишком далеко, — с чувством, очень уверенно убеждал генерал. — Этот Лорд, навязанный нам по указке Императора, будет нашей погибелью. До тех пор пока боевая станция не будет полностью введена в строй, мы останемся уязвимыми.