Звездный молот
Шрифт:
Молодой лорд исчез с экрана.
– Некоторые лоовоны выражаются с очаровательной откровенностью, – заметила Мэг.
Джон вздохнул и откинулся на спинку кресла.
– Хуже всего то, что он говорил вполне серьезно.
– Поневоле задумаешься, стоят ли жалкие пять тысяч этого?
– Мне любопытно, как отнесутся власти Гипериона к милому намерению Моргуза. Почему-то мне не очень верится в их надежную защиту. Хоть мы и живем в почти свободном мире, вряд ли кто захочет перечить некоторым маленьким прихотям Голубых Сейфанов. Теперь мы должны найти Бэя хотя бы ради спасения своей жизни.
Мэг всплеснула
– И ты так спокойно говоришь об этом? Тебе велели найти опытного террориста на целой планете за какие-нибудь несколько часов, без малейшей подсказки, если не считать портрета, а в случае неудачи прямо угрожают отрезать тебе голову?! Как он смеет!
– Смеет, Мэг, смеет. Ему ничего не стоит подослать ко мне убийцу. Думаю, наша полиция не станет чрезмерно утруждать себя расследованием смерти какого-то лоовонского прихвостня, вызвавшего гнев Голубых Сейфанов.
– Но ты же человек, Джон! Ты свободный гражданин Гипериона, и вдобавок полицейский агент!
– Какое дело до этого несравненному Моргузу? Неужели тебе не понятно, что такое Голубые Сейфаны? Под их командованием миллионные армии из корпуса «Гром», триста боевых кораблей только в нашем секторе и Бог весть сколько в других. Голубые Сейфаны повелевают более чем десятью тысячами систем. Выше Моргуза стоит лишь высокородный Аралл да его мальчик-наследник семи лет. Но ведь Аралл – почти третье лицо в империи!
Ване отвернулась и, закрыв лицо руками, тихо заплакала. Йэхард придвинулся к ней и молча обнял ее за плечи.
– О, Джон, – воскликнула Мэг, – я так боюсь за тебя. Господи, неужели лоовоны поработили человечество навеки, а я так и умру в страхе за тех, кто мне дорог?
Джон тяжело вздохнул. Мэг умолкла, и они долго сидели вдвоем в тишине.
Глава VII
В этой части станции, где тяготения почти не существовало, люди попадались редко. Прежде чем добраться сюда, в секцию складов, Джон часами блуждал по лабиринтам скупо освещенных коридоров. Совершенно измотанный, он уже не верил своим глазам, когда перед ним встали громадные стальные ворота, украшенные эмблемой компании Балтитьюда. Такие же знаки украшали и ворота других складских ангаров, бесконечными рядами убегавшие вдаль. Джон отмахал не меньше мили, пока наконец не наткнулся на склад № 45 Б. Если верить Равенишу, за этими стенами из несокрушимого металла и находился тайный храм эльшитов. Створки ворот были слегка приоткрыты. От дурного предчувствия у Йэхарда неприятно засосало под ложечкой.
Огромное помещение было пусто, совершенно пусто. Джон висел над входом, водя по сторонам лучом фонаря. Желанные десять тысяч, уже почти осязаемые в кармане, растаяли как дым. Бедняге Равенишу придется распроститься с мечтой о ценном экспонате для музея. Что бы ни привез сюда корабль Сенгрона, оно уже находилось не здесь.
Разочарованный, подавленный неудачей, Йэхард выбрался из ангара и поплыл обратно. Ближайший челнок на Гиперион стартовал через полчаса.
Джон вернулся домой за час до полуночи, усталый и разбитый. С отвращением стянув одежду, он рухнул в кресло, открыв бар, налил себе полный стакан «Токарола». Опять разболелась грудь; «Токарол» великолепно прочистил мозги, но в желудке началось нечто ужасное, и Джона едва не вырвало. Все, решено, завтра
Па блоке связи вспыхнул сигнал вызова. Йэхард колебался, хватит ли у него сил на новый разговор с Моргузом? Потом, обреченно вздохнув, он решительно нажал кнопку приема. На экране, к великому удивлению Джона, появилось лицо Мелиссы Балтитьюд.
– Мистер Йэхард! – радостно воскликнула девушка. – Наконец-то я вас нашла!
«А она очень и очень симпатичная», – неожиданно для себя подумал Джон, а вслух спросил:
– Уже выписались из госпиталя?
– Час назад. Больше я не могла там оставаться. Рука у меня в лечебном коконе, как и нога, так что о клубе «Орбита» пока нечего и мечтать.
Ее звонкий голос звучал весело и спокойно. Девушка из состоятельной семьи скучает, ей хочется с кем-нибудь поболтать, а беседа с представителем профессии, овеянной этакой мрачной романтикой, может оказаться занимательной.
Джон вздохнул: в его жизни уже было нечто подобное.
– Я весьма сожалею о случившемся.
«Интересно, что бы ты сказала, если бы увидела на моей заднице клейма, поставленные Магельсой? «
– Знаете, о чем я подумала? Может, вы заедете ко мне? Мы бы вместе поужинали и поговорили. Я хочу задать вам уйму вопросов.
– Так оно и есть…
– Что вы сказали, мистер Йэхард? Простите, я не расслышала.
– Вас интересует моя работа?
– Ужасно! Я давно мечтала познакомиться хоть с одним из агентов Особого отдела, но в свете их нечасто встретишь. А сейчас папы нет, я сижу одна, скучаю и смотрю в окно.
– Разве вы не играете в «Маскарад»?
– Ненавижу компьютерный суррогат жизни, предпочитаю настоящих людей вымышленным.
Внезапно Джона осенило.
– Хотите, я приеду к вам прямо сейчас? Мы будем вместе скучать и вместе смотреть в окно.
– Правда? – глаза ее загорелись. – Это будет замечательно!
Через несколько минут он уже быстро шел к транзитной линии, конечно не без сопровождения из Верховного Бюро. Поймав кар, Йэхард уселся на переднее сиденье. Женщина в голубом платье расположилась через два ряда сзади. Предусмотрительно запищал зуммер, и Джон стремглав выскочил на платформу. Женщина в голубом, несмотря на немалые габариты, ухитрилась выпрыгнуть за ним, в последний момент проскользнув между закрывающимися дверями.
Джон бегом пересек платформу, на ходу останавливая другой кар. Женщина в голубом, снова проявив незаурядную подготовку, успела плюхнуться в кресло рядом с Йэхардом перед самым отходом машины. Проехав две остановки, Джон неторопливо вышел на платформу и, оглянувшись, рванулся к находящейся неподалеку магнитной линии. Краем глаза он заметил высокого мужчину в коричневом пиджаке и белых брюках, спешащего в том же направлении.
Вскочив в вагон, Йэхард доехал до Октагона V, пулей вылетел наружу, едва открылись двери, и юркнул в небольшую нишу на огромной стеле с рекламными щитами, украшавшей станцию. Когда-то там, скрытый от глаз густым плющом, обвивающим стелу, стоял небольшой аппарат, создававший на рекламном экране огромное голографическое изображение бандита со зверским лицом. По требованию возмущенной публики неэстетичную картину убрали. Теперь Джон, сидя в освободившейся нише, внимательно наблюдал за спускающимся с платформы эскалатором.