Звездный путь
Шрифт:
– “Все!!! Попал соловушка!!! Кенар ты мой, голосистый!!! Скоро ты запоешь альтом в грузинском хоре!!! — Я так громко хохотала внутри себя, что слезинки спрыснули из глаз. — Ты влип, Штирлиц! Под самые, мама не горюй! — От переизбытка эмоций, я едва не станцевала Кадриль, жаль только, в трубе место не имелось. — До встречи, милый!”. Помахав Штирлицу на прощание ручкой, я уползла в сторону столовой.
Глава 13
— УБЬЮЮЮЮЮЮЮЮ! ААААААААА! УБЬЮЮЮЮЮЮЮЮЮ! — Разносился по дому душераздирающий вопль Штирлица. Грузинский хор, элементарно отдыхал в эти
Не знаю, кто строил этот замок и стены, но строил на совесть! В окнах, от его медвежьего вопля, дребезжали стекла, но штукатурка и лепнина не падала и не сыпалась. Даже трещин не образовалось! Славный строитель был, мудрый! Догадывался, что может такое произойти, вот и построил на совесть!
Я, как всегда, сидела на своей гауптвахте, шпионя за Штирлицем. И тихо давилась от хохота, который, с чудовищной силой, пытался вырваться наружу. Слезы, струились по моим щекам, но то, не были слезы от боли. Чес слова, если бы не конспирация, то я бы хохотала во всю глотку, до хрипоты и до икоты…
… Шагая на ужин, Штирлиц, даже не подозревал, как мощно он влип….
Перед ужином, все расположились в библиотеке послушать смешные истории Шрека, про их короля и двор. Он, до такой степени интересно и увлеченно рассказывал, что в этот момент, я даже забыла о существовании Штирлица, захвачена его рассказом.
А Шрек, повествовал о том, как их король, год назад, надумал и отправился в самый далекий клан Мечных Мерведей, которые живут на самом далеком севере, разузнать, как у них обстоят дела. Добравшись до клана, он столкнулся с племянницей вождя, очень красивой, скромной, покорной и нежной девушкой, и влюбился в нее, с первого взгляда. Не раздумывая долго и не посовещавшись со своими советниками, король, не отходя от кассы, надел ей брачный браслет и нарек ее своей королевой. Утром, они оба позировали брачными татуировками, а их лица светились от счастья. Король был на десятом небе от счастья, девушка тоже…. там была! Его мечта сбылась: тихая, покорная, “спортсменка, туристка, комсомолка“, именно то, что нужно для сильной и крепкой семьи. По возвращению во дворец, король всем представил свою любимую королеву и назначил день свадьбы….
Первый, семейный, королевский скандал, не принудил себя долго ждать. На четвертое утро, короля разбудил дворецкий и слезно умолял короля, усмирить королеву, которая зверствует на полигоне. Трех воинов, они уже отправили в лазарет и если король, не остановит королеву, то в лазарете очутятся намного больше воинов.
Наспех облачившись и примчавшись на полигон, король узрел шокирующую картину:
его: “тихая, покорная, спортсменка, туристка, комсомолка“ жена, сражалась с тремя воинами. Одновременно и на обоюдоострых мечах. На его вопль:
– “Что здесь происходит? — королева спокойно и с достоинством ответила:
— Проверяю степень подготовки воинов.
— ЧТО? — взревел взбешенный король. — Ваше величество! — стараясь взять ситуацию под контроль, недовольно прорычал король, приближаясь к ней, — Боевой уровень воинов проверяет их командир!
— Это тот, которого отправили в лазарет? — ехидно усмехаясь, смело спросила королева. — Хочу напомнить вам, Ваша Величество, что от степени подготовки воина, зависит наша безопасность
— Немедленно сдайте меч и следуйте за мной! — рявкнул разозленный король. Ага, ага! Щас! Королева разбежалась!
— Мой меч, имеет право отнять у меня, только мой отец или муж! — гордо задрав подбородок, откликнулась королева. — Если сможет, конечно!
И вот тут короля уложило по всем направлениям! Идиот! Как же он забыл?! В клане Мечных, воинами были ВСЕ, поголовно! И женщины и мужчины, и даже дети и их собаки! А его королева, не просто воин, она племянница вождя и главы клана, и ее готовили и обучали, как главу клана. Харнова дочь! Но и оставить так, нельзя! Это уронит его репутацию в глазах его людей.
— Как вам будет угодно, Ваше Величество! — забрав меч у одного из воинов, он предостерегающе направился к своей королеве….
Сражались они долго и знатно! За их поединком, вышел и следил весь двор, потому что всем очень кушать хотелось, а завтракать, раньше короля и королевы Запрещено!
Примирение, у королевской пары, прошло не менее бурно! После заключенного мира, король, все — таки, предоставил право королеве и дальше проверять степень подготовки воинов.
В тот день, весь двор завтракал, обедал и ужинал одновременно! Молча! Стоит ли говорить, что после увиденного на полигоне, ни одна лиара не подходила ближе трех шагов к королю, с личного разрешения королевы?
Повествование Шрека прервал взвившийся вверх Штирлиц, отчего его стул, с оглушительным стуком, опрокинулся на пол. Мы все синхронно обернулись в его сторону, и с недоумением уставились на него. Даже я! Но увидев Штирлица, я охренела! Его лицо стало бордовым, а зуд между ногами, по всей видимости, достиг апогея и своей кульминации.
— Прошу меня простить, но я вынужден вас покинуть. — Сквозь сжатые зубы, весьма медленно процедил Штирлиц. На его лице появилась испарина, которую он, так бесстрашно, обтер носовым платочком! Не говоря больше ни слова, поклонился и печатным шагом направился к дверям.
Правильно, Штирлиц! Сильно, видать, припекло! На голос уже не хватало сил! Если он предполагал раньше меня добраться до своих покоев, то промахнулся. Я была проворней и пошла кратким путем, пролетев молнией, поэтому, когда Штирлиц ворвался в комнату, я уже была на месте.
— Харова дочь! Убью! — шептал он, при этом очень стремительно освобождаясь от одежды. — Убью! Убью! Найду и убью!
– “Живут же на свете наивные люди! Ща проверим для начало твою выдержку!” — и я засекла время….
Вы когда нибудь видели, что творится с мужиком, когда дело касается его рабочего органа между ногами? Нет?!!! А зря! У них открывается второе дыхание и все внутренние резервы организма! И Штирлиц, не стал исключением, изгалялся он ОЧЕНЬ стремительно и при этом не забывал меня награждать отборным матом, всеми эпитетами и видами каких — то там животных. Вот за такие оскорбления, Штирлица ждала еще одна месть, похлещи первой.
Разоблачившись донага, он быстро исследовал себя. Я тоже его исследовала. Ничего страшного я там не увидела, лишь покраснение, которое Штирлиц, старался расчесать. Чем больше чесал, тем сильнее зуд проявлялся. Обматерив меня еще раз, он рванул в… ДУШ! И с неистовым душераздирающим воплем: