Шрифт:
Александр Плонский
Звезды на ладонях
– Природа рациональна и экономична, - сказал Милютин, - ее девиз простота.
– Наоборот, - возразил Леверрье.
– Мир движется от простого к сложному. Взять нашу прародительницу амебу...
– И вас, Луи, для сравнения, - саркастически перебил Милютин.
– Спору нет,
Леверрье обиженно насупился.
– Если бы вы не были моим давним другом...
– То вы вызвали бы меня на дуэль, а вместо шпаги вооружились бы лазером. Полно! Сделайте скидку на мой вздорный характер и перестаньте дуться. Конечно же, природа идет по пути усложнения, но она никогда не позволяет себе ничего лишнего. Ничто в ней не сложнее, чем это необходимо.
– Допустим, - сдался Леверрье.
– Ну и что из этого?
– Дайте руку, - потребовал Милютин.
– Да не так, а ладонью вверх. Ого, у вас могучая линия жизни. Долго будете жить, Луи!
– Что за чушь! Сегодня вы меня удивляете. Ведь не станете же вы утверждать, что верите в хиромантию.
– Не стану. Хотя... Хорошо вам, Луи, вы человек категорических суждений, мыслите в двоичном коде: да, нет, ноль, единица... А круглые цифры всегда врут, так утверждал один древний философ, и я, знаете ли, с ним согласен. Но дело не в этом. Посмотрите на собственную ладонь: какие изощренно сложные линии, какие причудливые папиллярные завитки на пальцах! Не напоминает ли это галактику или хотя бы звездную туманность?
Леверрье пожал плечами.
– Вы фантазер, Милютин. И если хотите прочитать лекцию по дактилоскопии, то напрасно. Мне хорошо известно, что отпечатки пальцев сугубо индивидуальны и никогда не повторяются, по крайней мере в одном поколении...
– Вот, вот... Но не передаются ли они от поколения к поколению?
– Какая разница?
– равнодушно произнес Леверрье.
– Кого, кроме полицейских, это интересует?
–
– И все человечество. Вот уже не первое столетие пытаемся мы вступить в контакт с инопланетянами. Поиски сигналов, посланных миллионы лет назад, возможно, уже не существующими цивилизациями, бум с летающими тарелками и вездесущими гуманоидами, сенсационные находки примитивных наскальных изображений, якобы оставленных пришельцами. Даже в полярном сиянии усмотрели источник внеземной информации. А все гораздо проще! Галактические письмена на наших ладонях!
– Вы с ума сошли!
– вскричал Леверрье.
– Возможно, - холодно согласился Милютин.
– Но почему, скажите на милость, природа пошла на неоправданное усложнение? Почему кожа на ладонях не такая, как на груди, спине, животе? Почему папиллярные линии нельзя стереть, они восстанавливаются даже если содрать с пальцев кожу? Для чего понадобился колоссальный запас надежности? Если допустить, что папиллярные линии несут в себе информацию, то она идеально защищена.
Леверрье забарабанил пальцами по колену.
– Остается пустяк, - сказал он нарочито бодрым тоном, - расшифровать информацию.
– Я это сделал, - помолчав, проговорил Милютин.
Леверрье остолбенел.
– Но это немыслимо... Нет, вы понимаете, что говорите?.. А если на самом деле... Тогда нужно немедленно, слышите, немедленно...
– Информация должна быть полной, Луи, только в этом случае игра стоит свеч. Моих и ваших ладоней, увы, недостаточно. Понадобились бы руки всех людей Земли. И, самое главное, чистые руки, иначе информация принесет не пользу, а вред. Огромный, непоправимый вред.
– Все, что угодно, можно отмыть до стерильной чистоты!
– заверил Леверрье.
– Все, кроме рук, жаждущих власти, денег и смертоносного оружия...