...И грянул гром
Шрифт:
Однако не только задержания, обыски и аресты грели душу Сергачева. Все это было следствием длительных и тягомотных оперативных разработок двух управлений по наркоконтролю — Московского и регионального Краснохолмского, а вот то, что удалось раскрыть лично ему, капитану наркополиции Сергачеву, это уже его личная заслуга, которая дополнит одну из чаш правосудия на предстоящем суде.
Сотрудники Московского и Краснохолмского управлений сработали более чем оперативно, и когда в аэропортах были обработаны журналы, в которых проводилась регистрация авиапассажиров, то выяснилось, что буквально за двое суток до того момента, когда в Москве, с интервалом два
Естественно, пистолета при нем не было. Ни в тот момент, когда он проходил контроль в своем Краснохолмске, ни в Домодедове.
И можно было предположить, что в российской столице Татаринцев сработал не один, а с парой помощников, которые не только подготовили для него оружие, отмахав на поезде едва ли не пол-России, но и провели предварительную разведку по намеченным жертвам.
Удалось узнать кое-что и по самому Татаринцеву.
Мастер спорта по стрельбе из пистолета, в недалеком прошлом прапорщик Краснохолмского управления ФСБ. Уволен из органов «за действия, недопустимые в органах федеральной безопасности». По крайней мере, именно такой была формулировка в листке по учету кадров.
И далее. В настоящее время работает инструктором в тире, в котором берут уроки скоростной стрельбы из пистолета телохранители службы охраны губернатора области.
Кличка Татаринцева — Татарин.
Что же касается самого вальтера…
Оперативникам подполковника Моисеева удалось ковырнуть уголовные дела середины девяностых годов, так и не поимевшие логического развития, и выяснить, что осенью девяносто шестого года хозяином тира, в котором уже работал в ту пору не оправдавший доверия бывший прапорщик Татаринцев, было закуплено через оптовую фирму в Латвии семь пистолетов системы «Вальтер», которые, однако же, вскоре были похищены неизвестными лицами, взломавшими ночью сейф, в котором хранилось боевое оружие, и… И все это кануло словно в воду.
Правда, один вальтер все-таки засветился три года назад, когда выстрелом из пистолета в голову был убит бывший вице-губернатор области, место которого чуть позже и занял господин Похмелкин-старший.
В общем-то и для подполковника Моисеева, и для Сергачева расклад был ясен, но одно дело он ясен тебе, и совершенно иное дело, когда уже следователь прокуратуры поинтересуется у бывшего прапорщика Татаринцева, с какой целью он летал на два дня в российскую столицу и что именно он делал в Москве эти два дня.
А потом уже пойдут конкретные вопросы и по Краснохолмску. И одним из этих вопросов будет такой: каким образом господин Татаринцев умудрился приобрести на более чем скромную зарплату инструктора новенький «БМВ», причем не позже чем через месяц как был застрелен прежний вице-губернатор области, и за какие такие заслуги нынешний вице-губернатор области посодействовал бывшему прапорщику ФСБ в получении шикарной трехкомнатной квартиры в центре города? Варианты ответов предполагались разные.
Пожалуй, с того самого момента, когда Ирина Генриховна поручилась за Чудецкого, заявив, что он не способен на убийство, она уже считала себя причастной к его дальнейшей судьбе, и в те минуты, когда на
Впрочем, хрен редьки не слаще. И то и другое даже на слух звучало препаскудно.
И чем больше она об этом думала, тем все четче и явственней, словно контуры какого-то предмета, выплывающего из вязкого, плотного тумана, перед ней вырисовывалась картина происшедшего. Вернее, заключительной части того, что случилось в квартире, где была убита девушка.
Она хотела уж было рассказать о своих выводах Турецкому, однако сразу же отвергла эту мысль, вспомнив, как он отчитал ее в своей палате: «Когда вздумаешь поручиться за кого-нибудь еще…» И тогда она позвонила начальнику МУРа.
— Владимир Михайлович, вы сказали, что я могла бы обратиться к вам в любую минуту. Так вот…
— Рад буду помочь. Опять что-то случилось?
— Хотелось бы не по телефону.
— Господи, да ради бога! Когда сможете подъехать?
— Если не возражаете, в четыре. У меня как раз занятия заканчиваются, и я смогла бы…
— Жду! Подходите прямо к КПП. Пропуск будет заказан.
Перед тем как уехать из Гнесинки, Ирина Генриховна сунула в сумочку небольшой флакончик французских духов, недавний презент от благодарных родителей, и спустилась к своей «лягушке», маленькому по сравнению с «БМВ» и «мерседесами», зеленого цвета «дэу», который в автомобильных пробках действительно был похож на болотную лягушку, неизвестно зачем выпрыгнувшую на забитую гудящими иномарками и отечественными «Жигулями» дорогу.
До Петровки добралась довольно быстро и уже без семи минут четыре припарковалась напротив кованого, на высоком фундаменте, забора, за которым и находился легендарный МУР.
Яковлев уже ждал ее в своем кабинете и, как только Ирина Генриховна переступила порожек, предложил:
— Чаю? Кофе? Но с бутербродами. Буду весьма признателен, если не откажетесь, так как сам с утра ничего не ел.
— Я тоже, — призналась она.
— В таком случае кофе и пару тарелок бутербродов, — распорядился Яковлев.
Секретарша уже развернулась, чтобы уйти, и только тут Ирина Генриховна вспомнила, что пришла не с пустыми руками.
— А это вам от меня, — сказала она, доставая из сумочки духи. — Рекомендую от чистого сердца. Франция. Получше чем «Шанель» будет.
— Господи, да вы… вы чего? — зарделась девчонка, однако ухмыляющийся Яковлев уже кивал ей, расплываясь в улыбке.
— Бери-бери, дурочка. Не каждый день такая лафа подваливает. Это тебе за анальгин… или как там его?
Когда за секретаршей закрылась дверь, Яковлев предложил гостье уже знакомое ей кресло:
— Рассказывайте. Что случилось?
У нее уже была заготовлена первая фраза, и она выложила ему все свои сомнения относительно кражи вещей, которые были вынесены из квартиры, где было совершено убийство. И одним из пунктов ее сомнений относительно того, что кражу, а следовательно, и убийство совершили Дима Чудецкий с тем вторым парнем, который вместе с ним вошел в подъезд дома, было то, что вышли они с одной и той же багажной сумкой, с которой и вошли в подъезд. И уже из этого вытекало, что кто-то третий уже после них проник в квартиру Лопатко и, видимо наткнувшись на девушку, убил ее ударом ножа.