12
Шрифт:
– Да, - согласился Робус, - бывали, конечно, случаи, когда склаговская гниль на людей нападала, но это уж совсем в глубине топей, но, чтобы вот так, приперлись на край болот и всех кого ни попадя цеплять, не ладное это.
– Вот я и решил на этом берегу счастья поискать. Нашел на карте еще один лес и пошел туда пешком. Думаю, если на лодке поплыву, так потом против течения не выгребу такое расстояние. Незадолго до вас в Бразираге объявился. Сходил в лес, наткнулся на ходячего спрута, он как завизжал, я думал, сознание потеряю прежде, чем ноги унесу. Потом в деревне узнал, что эти твари, вроде как и мертвые
– Я больше не могу! – Айнагул уселась на влажную от вечерней росы траву. – Ни шагу больше сегодня не сделаю, хоть режьте! С утра идем, мы ж не машины!
– И то, правда. – Согласился Робус. – Ноги гудят, словно струны майладры.
Игровой мир. Склаг.
На следующий день путники достигли того места, где в высокой прибрежной траве кверху дном лежала широкая плоскодонная лодка. Спустив лодку на воду и погрузившись, мужчины немного поспорили по поводу распределения двух весел. В итоге, похожие на широкие деревянные лопаты весла, достались Робусу и Брунару, как самым выносливым и сильным. Спокойная, почти стоячая вода прибрежной зоны, превращалась в бурное течение в середине неимоверно широкого потока. Оказавшись вновь на более спокойной воде, гребцы, взмокшие от пота, сдались, передавая эстафету Александру и Слашу. Наконец, водная преграда была преодолена и лодка причалила к широким плавающим мосткам.
Путники, кроме Робуса и охотника, никогда ранее не бывавшие в Склаге, с удивлением смотрели на многочисленные ряды разнокалиберных лодок, пришвартованных к длинным, слегка колышущимся на водной глади деревянным дорожкам. Мостки сходились к деревянной пристани, которая в свою очередь упиралась в большой каменный мол, служащий причалом огромным, по обычным речным меркам, кораблям. Деревянные реи со спущенными парусами и развевающимися флагами, блестели сейчас в лучах заходящего солнца.
– Снова вечер. – Печально вздохнула Айнагул. – Ну, почему, мы всегда приходим куда-нибудь именно вечером?
– Это судьба! – Улыбнулся Максим. – А кто-то говорил, что Склаг не лучше Бразирага.
– Склаг, довольно большой город. – Возразил охотник.
– Я имел в виду его оборонительные возможности. – Пояснил забракский рыцарь. – Идемте друзья, я покажу вам свой дом.
Миновав, на удивление пустые улицы города, путники вышли к предместью, где за высоким кирпичным забором возвышался большой в три этажа дом, сложенный из отесанных камней гранита, золотящийся в закатном отсвете красной полированной черепицей. Рыцарь вплотную подошел к широким воротам и забарабанил кулаками в гулкую металлическую поверхность. Через несколько минут дверца, закрывающая маленькое смотровое окошечко отъехала в сторону, и через частую тонкую решетку на путников воззрели старческие глаза.
– О! – Раздался скрипучий голос за воротами. – Сэр Робус! Сейчас, сейчас, я открою сэр Робус!
С визгливым скрипом створка ворот отворилась внутрь небольшого открытого двора, пропуская путников в огороженное, а стало быть, безопасное пространство.
– Уф! Словно гора с плеч упала! Наверное, большинство из вас, то же самое чувствует. А что, дорогой мой Пабо тихо так в городе? Мы и не встретили никого.
– Так эва…, тьфу ты тролль, не выговоришь. Чародеи всех в столицу, эва…, тфьу!
– Эвакуировали. – Подсказал Робус.
– Вот-вот, - голова старика заходила ходуном, выражая согласие, - всех в столицу, я и говорю. А меня оставили, говорят, вдруг сэр Робус объявится с очень важными господами, надо быть готовым к встрече. Так я и ждал на крылечке со вчерашнего вечера, слух-то ведь не тот уже, да-да, не тот. Боялся, что не услышу, когда Вы сэр Робус стучаться будете.
– Умница ты, Пабо! – Рыцарь обнял старика, растрогав того до слез. – Вот ведь, лучший слуга на свете, уж поверьте.
– Я сейчас, сэр Робус, сготовлю вам ужин, потом постелю чистые постели, все как полагается, все сделаю. А как же невеста Ваша, сэр Робус, к которой вы давеча так спешили?
– Продажная стерва! – Вырвалось у Робуса.
– Ой, как же не хорошо! – Старик осуждающе зацокал языком. – Предать пэра Забракии. Ай-яй-яй. Не хорошо!
– Так значит, в городе совсем никого не осталось?
– Спросил Максим, следуя за Робусом и стариком внутрь дома.
– Ой, как же, - махнул рукой старик, - остались некоторые торговцы, не пожелавшие оставлять ворам свои товары. Пять или шесть человек, на весь город. Я успел еще провизии закупить, два уж дня как будет, когда весть о возможном нашествии исчадий черного мага прошла, тогда и закупил. Все ледники и погреба заполнил, а вдруг, думаю, осаду выдерживать придется. Стар я стал, чтобы на голодный желудок осаду терпеть, на сытый-то оно ведь легче.
Старик вопросительно глянул на рыцаря:
– Не так ли?
– Ты все правильно сделал, Пабо! И мы вот, голодные явились, а ты обещал нас накормить, чего ж тогда языком чешешь?!
– Ой. – Опомнился старик, шаркая в сторону бокового выхода из холла. – И действительно, заболтался старый. Все будет сэр Робус. Не извольте беспокоиться!
– Да! – Произнес Брунар, зачарованно оглядываясь по сторонам. – В таких богатых хоромах, мне жить еще не приходилось.
– Располагайтесь друзья! – Широко и добродушно улыбнулся Робус. Это главный холл. Там столовая. Если сюда пойти, можно попасть в нижнюю гостиную, там кладовые и разные подсобные помещения, мастерские. На втором этаже библиотека, кабинет….
Игровой мир. Забракский замок.
Дапоруст закончил делать записи в большой, расположенной на аналое, книге и, оставив перо в золоченой чернильнице, направился в комнату связи. Глубокие морщины покрыли и без того немолодое лицо чародея. Печаль по утраченному миру и сильная усталость серой пеленой стояла в его глазах.