12
Шрифт:
– На раз. Делаем шаг правой ногой, на два, левой. – Прошептал Максим обступившим его людям. – Раз! Два!
Люди, на возведенных за частоколом башнях, заметили прорывающийся через толпу мопров отряд. В монстров полетели стрелы, не причиняя особого вреда, но отвлекая часть монстров на себя.
В тысячный раз, а может и больший, Максим произнес команду шага. Пот крупными градинами катился по лицу юноши, а в ногах начиналась судорожная дрожь неимоверной усталости. Перед закрытыми воротами толпился десяток монстров, не способных пробиться ни внутрь укрепления,
Ворота приотворились на ширину человеческих плеч. Максиму пришлось снять энергетический купол, чтобы позволить своим друзьям войти в город. Очухавшиеся мопры, снова стянули кольцо, но рухнули в низвергнувшуюся под ногами пропасть.
Теряя сознание, Максим освободил энергию руны малого землетрясения, вызвав появление глубокого оврага между занятым людьми пяточком почвы возле ворот и толпой разгулявшихся чудовищ.
Максим открыл глаза. Непривычный настил из деревянных досок, помещенный на редкие толстые брусья, уходящие концами в пазы бревенчатых стен. Максим отвел взгляд от потолка. Ничем не закрытые и неоформленные стены из толстых бревен. Широкие окна, затянутые какой-то грязно желтой пленкой, пропускающей дневной свет внутрь убогого жилища. Возле окна престарый стол. На покрытой сколами и трещинами столешнице стоит глиняный кувшин с обломленной ручкой и отколовшимся краем. Рядом со столом две самодельных скамьи из грубо отесанных толстых досок. Максим оторвал затекшую спину от грубого дощатого настила высокой кровати.
«Эх. Матрас бы сюда…. Да свежее постельное белье»
Юноша с тоской вспомнил пуховую перину, приобретенную им после получения выигранных на ставках денег и оставшуюся в дома Слаша. Повернув голову, в сторону раздавшегося из-за спинки кровати шороха, Максим встретился взглядом с маленькой девочкой, с любопытством его осматривающей своими серыми широко открытыми глазами.
– Ты-ы та-ак до-олго спа-ал! – Протянула девочка звонким голосом, прячась за спинкой кровати так, что из-за деревянной кромки выглядывали только глаза. – Мой братик то-оже долго спа-ал!
– Я у тебя дома? – Спросил Максим улыбнувшись. – Где твои родители?
– Ма-ама ушла с те-етей Ма-арга-ат на ры-ынок. – Девочка вышла из-за кроватной спинки. В руках она вертела серебристый лист бриллиантового дерева. – Посмотри, что-о мне прине-ес братик из ле-еса. О-он у нас лесни-ик! Хо-очешь воды?
Максим кивнул. Девочка подошла к столу и взяв с него кувшин принесла Максиму:
– То-огда-а, пей!
– Спасибо! – Максим сам отнес кувшин на место. – Тебя как зовут?
– Ма-алва.
– А меня Макс.
– Како-ое стра-анное имя. – Проговорила девочка, как обычно растягивая звуки. – Те-етя Айни, просила тебя вы-ыйти к не-ей, ко-огда просне-ешься.
– Айни?
–
– Айнагул?
– Я и говорю-ю, те-етя Айни! – Девочка направилась к межкомнатной двери, призывно маша рукой. – Идем, идем.
Айнагул сидела на чурбане посреди небольшого двора и коротким толстым шестом толкла в кадке незнакомые Максиму семена.
– Это у них вместо песта и ступы. – Прокомментировала девушка. – Пытаюсь размять хлебные зерна. Живут они не богато. Варят кашу. Лепешки еще из этих зерен делают. Но, сегодня будет мясо, Дарус отдал жене покойного Харика амулет и деньги. Там не много конечно, но на недельку хватит.
– Так это дом того стражника, которого Витек с компанией в пустыне подобрали? Что потом помер в дороге?!
– Ага. – Кивнула Айнагул, делая перерыв и вытирая пот со лба. – Женщину зовут Карри. Она с двумя детьми в этом большом доме живет, естественно им нелегко приходится. Вся надежда была на заработок сына, его в этом году к бригаде лесорубов приставили. Но, на их караван с дарами лесной девы напали мопры. Половину людей перебили. Вторая половина в полу-истерзанном состоянии до города добралась. Я мальчишку вовремя с того света возвернула. Душа уже почти вылетела из тела, когда я приложила к нему свои руки.
– Так он маленький, как сестра?
– Нет! – Улыбнулась Айнагул. – Ему уже десять. По здешним меркам вполне работабельный возраст!
– Все равно, ребенок!
– Ну, уж. – Пожала плечами Айнагул. – В каждом монастыре свои правила. Кстати, в благодарность за спасение сына Карри разрешила Дарусу с матерью остаться в её доме. Но, я думаю, она надеется, что Дарус как-нибудь заработает на всех жильцов дома. По крайней мере, он уже подписал контракт с городской стражей, так что с голода не умрут.
– А где остальные? Про мать детей и Маргат знаю.
– Дарус несет караул. Сашка с Робусом всю ночь помогали стены от мопров защищать, спят сейчас в одной из комнат. Друзья твои вместе с Дарусом пошли, тоже решили внести свой вклад в дежурство. И мальчишка, за ними уплелся. Тем более, его зовут Тарус, что почти одно и то же с Дарусом, так, что вот такие пироги…. Совет старейшин, между прочим, негодовал в начале по поводу испорченной тобой дороги. Потом, правда, признал, что, таким образом, их ворота не подвергнуться штурму. Так, что, почти угодил.
– Я по ходу дела долго спал, да?
Девушка задумчиво скосила глаза и поджала губы, затем ответила:
– Мы позавчера пришли.
– Ого! – Вырвалось у Максима. – Это меня барьер так измотал. Надо чаще практиковаться, нарабатывать магическую выносливость.
После ужина в доме жены Харика, мужчины отправились на короткий отдых, чтобы в ночь заступить на дежурство. За столом остались только Максим и Александр. Женщины уже убрали посуду и их разговору никто не мешал.