1919

Дос Пассос Джон

В составе миссии в Армении (авг. – дек. 1919); представ. «Чикаго трибюн» в Европе; в составе Ком-та пом. Ближн. Вост. (1920 – 22); секр. русск. Кр. Креста в Америке (1922); представ. США в Ком-те Нансена (1923); секр. Америк. Ком-та пом. русским детям (с апр. 1922).

В голодный год, холерный год, тифозный год Пекстон Хиббен приехал в Москву с Комитетом помощи.

В Париже все еще торговались о цене крови, ссорились из-за игрушечных флагов и речных границ на рельефных картах, об исторических судьбах народов, в то время как за кулисами испытанные мастера подрядов, Детердинги, Захаровы, Стиннесы, сидели тихо и спокойно и прибирали к рукам сырье.

В Москве был порядок.

В Москве была работа.

В Москве была надежда;

«Марсельеза» 1905-го, «Марш вперед, Христовы воины» 1912-го, хмурая покорность американских индейцев, пехотинцев, ждущих смерти на фронте, – все это звучало в чудовищных раскатах Марксова

«Интернационала».

Хиббен уверовал в новый мир.

Когда он вернулся в Америку,

кто-то раздобыл фотографию, на которой был снят капитан Пекстон Хиббен, возлагающий венок на могилу Джона Рида; его пробовали выкинуть из Красного Креста.

В Принстоне на двадцатом годичном собрании его выпуска однокашники пытались линчевать его; они были пьяны, и, может быть, это была всего только студенческая шалость, опоздавшая на двадцать лет, но ему уже накинули петлю на шею,

линчевать красную сволочь.

Нет больше в Америке места для реформ, нет больше места для старых лозунгов: социальная справедливость, прогресс, восстание против угнетателей, демократия; наденьте намордник на красных,

нет для них денег,

нет для них работы.

Член Америк, писат. лиги, О-ва участ. колон, войн, Ветеранов зарубежн. войн, Америк. Легиона, член Королевск. и Америк, геогр. о-в, кавалер русского ордена Св. Станислава, греческого ордена Спасителя, японского ордена Священного Сокровища. Член клубов – Принстонск., Журналистов, Гражданского (Нью-Йорк).

Автор: «Константин и греческий народ» (1920), «Голод в России» (1922), «Генри Уорд Бичер. Американский портрет» (1927).

Ум. 1929.

Новости дня XXVI

ЕВРОПА НА ОСТРИЕ НОЖА

Tout le long de la TamiseNous sommes all'es tout les deuxGo^uter l'heure exquise [107]

в этих условиях не удивительно ли, что ведомство юстиции относится столь явно благосклонно к уклоняющимся от воинской повинности, столь снисходительно к убежденным анархистам и столь безразлично к подавляющему большинству тех из них, которые по сей день находятся на свободе и не высылаются вот уже несколько лет после того, как была организована Стальная корпорация Соед. Штатов, а Уолл-стрит старается измерить, в какой мере разводнен капитал

107

Мы пошли вдвоем вдоль Темзы насладиться дивным часом (фр.).

ПЕРЕД ЗАКРЫТИЕМ ОЖИВЛЕНИЕ СО СТАЛЬЮ

Куда отсюда, братцы,Куда же нам идти?

ДИКИЕ УТКИ НАД ПАРИЖЕМ

ВОЙНА СТИМУЛИРОВАЛА ПРОИЗВОДСТВО ХИМИЧЕСКИХ УДОБРЕНИЙ

Куда угодно лишь быИз Гарлема уйти

победный исход войны зависит в равной степени от промышленных рабочих, как и от солдат. Наше незабываемое достижение в День независимости, когда мы спустили на воду сто судов, доказывает, сколь много мы сможем добиться, если возьмемся за работу с подлинным патриотическим рвением

РАЗЛИВ СЕНЫ ВОДОЙ СМЫТЫ КУПАЛЬНИ САМАРИТЭН

Я не знаю зачемИ кому нужнаК чертовой материЭта войнаНо будь спокойнаСердце моеЯ во всем разберусьИ выясню всеИ тогда я мой ангелМой кумирПривезу тебе с фронтаДорогой сувенирПривезу тебе туркаИ Вильгельма царяЧто еще можно требоватьОт такого как я

ПОСЛЕВОЕННЫЕ ПЛАНЫ ЭКСПЛУАТАЦИИ ВУЛКАНИЧЕСКИХ СИЛ ЭТНЫ

ДРЕВНИЙ ГОРОД ПОГРУЖЕН В СУМРАЧНОЕ МОЛЧАНИЕ

ДАЖЕ ВОСКРЕСНЫЕ КОЛОКОЛА БЕЗМОЛВСТВУЮТ

Куда отсюда, братцы,Куда же нам идти?

Ричард Элсуэрс Севедж

В Фонтенбло, выстроившись перед дворцом Франциска I, они впервые увидели большие серые «фиаты» – санитарные автомобили, которыми им предстояло править. Скайлер вернулся и сообщил о своей беседе с шоферами-французами, которые сдавали им эти машины, – они злились как черти, потому что теперь их опять отправляли

в окопы. Они спрашивали, какого черта американцы не сидят дома и не занимаются собственными делами, а вместо этого лезут сюда и захватывают все теплые местечки. В тот же вечер отряд был размещен в крытом толем и вонявшем карболкой бараке в маленьком городке в Шампани. Оказалось, что сегодня как раз 4-е июля, поэтому квартирмейстер распорядился дать им шампанского к ужину, а потом явился генерал с белыми моржовыми баками и произнес речь о том, что с помощью Am'erique h'eroique будет обеспечена la victoire, [108] и предложил тост за le pr'esident Вильсон. Командир отряда Билл Никербокер встал, слегка нервничая, и провозгласил тост за la France h'eroique, Г h'eroique Cinqui`eme Arm'ee [109] и la victoire к Рождеству. О фейерверке позаботились боши, устроившие воздушный налет, и все помчались в бомбоубежище.

108

Героическая Америка; победа (фр.).

109

Героическая Франция, героическая Пятая армия (фр.).

Как только они спустились вниз, Фред Саммерс заявил, что тут дико воняет и он хочет выпить и вместе с Диком пошел искать какой-нибудь кабачок; они крались вдоль стен домов, чтобы не попасть под случайный шрапнельный осколок зенитных орудий. Они нашли кабачок, полный табачного дыма и французских пуалю, распевавших «Мадлон». Все закричали «ура!», когда они вошли, и к ним потянулась дюжина рук со стаканами. Туг они впервые закурили «Капораль ординер», и все наперебой угощали их, так что, когда кабак закрылся и фанфары проиграли сигнал, заменявший у французов вечернюю зорю, они пошли, слегка пошатываясь, по темным как могила улицам, в обнимку с двумя пуалю, которые обещали довести их до их барака. Пуалю говорили, что la guerre – это une saloperie, a la victoire – это une sale blague, [110] и жадно спрашивали, не знают ли les am'ericains каких-либо подробностей о la r'evolution en Russie. [111] Дик сказал, что он – пацифист и готов стоять за все, что положит предел войне, и они весьма многозначительно пожали друг другу руки и заговорили о la r'evolution mondiale. [112] Когда они уже лежали на своих походных кроватях, Фред Саммерс внезапно приподнялся и, закутавшись в одеяло, сказал своим курьезным, торжественным тоном:

110

Война – это гнусность, а победа – грязные враки (фр).

111

Революция в России (фр.).

112

Всемирная революция (фр).

– Ребята – это не война, а гнуснейший сумасшедший дом.

Были еще двое ребят в отряде, которые любили выпить и поболтать по-французски, – Стив Уорнер, гарвардский студент, и Рипли, первокурсник Колумбийского университета. Они стали шляться впятером, отыскивая в окрестных деревнях трактиры, где можно было достать яичницу и pommes frites, [113] и обходили по вечерам все estaminets; [114] их прозвали Гренадиновой гвардией. Когда отряд перевели на Voie Sacr'ee [115] под Верден и на три дождливые недели разместили в разрушенной деревушке, именовавшейся Эриз-ла-Птит, они поставили свои кровати рядом, в одном углу ветхого, полуобвалившегося амбара, куда их загнали. Дождь шел днем и ночью; днем и ночью грузовики с солдатами и снарядами ползли по глубокой и жидкой дорожной грязи по направлению к Вердену. Дик обычно сидел на своей кровати и смотрел в открытую дверь на пляшущие, залепленные грязью лица молодых французских солдат, отправлявшихся в наступление, пьяных, отчаявшихся, оравших «а bas la guerre, mort aux vaches, а bas la guerre!». [116] Однажды Стив вошел в амбар в мокром дождевике, лицо его было бледно, глаза сверкали, и он сказал тихо:

113

Жареный картофель (фр).

114

Кабачки (фр.).

115

Священная Дорога (фр.).

116

Долой войну, смерть фараонам, долой войну! (фр.)