1971
Шрифт:
Парень охнул от боли (тычок был сильным) и понуро сошел с ковра. Начали подниматься сшибленные мной двое парней - лежали они секунды три - одному я хорошо заехал локтем в челюсть, второму кулаком в грудь. Мог бы и «ножом», но тут было бы тогда спорно - то ли был укол, то ли нет - нож- то ненастоящий, как проверишь? А мне нужна чистая победа! В общем - пробежал между ними и добил. Одного полоснул по горлу, схватив за волосы и отогнув голову, второго просто ткнул в шею - сильно наверное, он ойкнул и с гримасой боли откинулся на ковер, зажав место ушиба. Но где мне было соразмерять силы? Быть бы живу! У нас же реальный бой, как вы и хотели!
Оставшийся
Пот лился по лицу, майка под курткой вся мокрая. Выложился я почти по-полной. Все-таки парни крепкие, а я не в пике своей формы. Кстати, вот оно и проявилось - возраст, растренированность, лишний вес. Немного лишнего веса, но все-таки есть. И суставы уже не так гнутся как в двадцать пять лет. Печально! Но… буду работать над собой!
Все закончилось в общем-то вполне мирно. Не считая опухших челюстей и здоровенных синяков. Парни оклемались, и потом долго, уважительно трясли мне руку, спрашивая, где я так поднаторел с ножом, и понимающе кивая головой, когда я говорил, что это военная тайна. Скорее всего они решили для себя, что я какой-то такой шпион, вроде Джеймса Бонда, и выйдя на пенсию развлекаюсь, тренируя оперов. Нет, не шпион, а разведчик - шпионы только у врагов.
Помылся в душе, оделся, бросив потную майку в сумку к не менее потным штанам и куртке, и наконец-то побрел домой. Сегодня был трудный день - и морально, и физически. Вначале в райкоме пытались разорвать мой разум, потом, в зале - уже все мое тело. Для моего пятидесятилетнего организма это все-таки было слишком.
Тренер звал меня пить чай вместе с Виктором, посидеть, поговорить, но я отказался, мотивировав тем, что слишком устал, и что пока я совсем не свалился, пока разогрет и «на ходу» - лучше уж пойду домой. Потом как-нибудь посидим за столом. Будет еще время. Попрощался и вышел в морозную темень вечера.
До дома добрел без приключений, чему и был несказанно рад. Не надо мне сейчас никаких уличных грабителей, не надо никаких военных приключений - просто добрести до кровати и упасть, заснуть, забыться. Усталость накопилась - не только за сегодня, а за все дни, что нахожусь в этом мире. Не радовали ни успехи на ниве литературы, ни то обстоятельство, что я теперь довольно-таки богат по меркам этого времени. У меня на сберегательной книжке скопилось около ста тысяч рублей, и за эти деньги можно было много чего купить. Например - двухэтажный дом в центре города. Три двухэтажных дома. Со всеми удобствами. Или семь штук трехкомнатных кооперативных квартир в «профессорском» доме на Ленинском проспекте в Москве.
Честно сказать, мне эти деньги не особо-то были и нужны. Нет, ну так-то нужны - не верю тем, кто говорит, что ему ну совсем, прямо вот совсем не нужны деньги! Как сказал один мой знакомый: «Не люблю бессребенников - они-то больше всего и воруют!». Я не бессребенник. И денег заработать хочу. Но только для того, чтобы быть свободным. Деньги, что бы там не говорили - делают свободным. Они освобождают тебя от унизительной необходимости все время думать, как эти самые деньги добыть. Как сделать так, чтобы ты и твоя семья не голодали.
Знаю, плавали. Прекрасно помню девяностые годы. Даже вспоминать противно...
А так - если мне хватает денег на самые необходимые нужды - зачем они мне еще? По ресторанам кутить? Я этого не люблю. Не мот. И в карты не играю. И на ипподроме бабло не просаживаю.
Кстати, надо подумать - куда вложить эти деньги. Может
Тогда может лучше накупить участков под строительство частных домов? Где-нибудь в Подмосковье, там, где участки будут в двухтысячных стоить огромных денег?
Ха! Не прокатит! Это тебе не в 2018 году! Во-первых, твоими действиями сразу заинтересуется ОБХСС - с какой целью скупаешь участки? И на какие шиши?
Во-вторых, если там ничего не будет построено - участок просто отберут! Нельзя держать участок земли и ничего на нем не строить. Закон такой. Хоть фундамент, да должен стоять. А возиться со строительством...оно мне надо?! Я и на своих книгах бабло заколачиваю - дай бог всем так зарабатывать! Сам в шоке!
Сейчас бы хейтеры завыли: «Ага! Бабло заколачивает! А не Книгу пишет! Вот он, стяжатель, ремесленник от литературы! Вот он, графоман!» Дебилы! Графоман тот, кто пишет без денег и кладет свои опусы в стол! Потому что их никто не хочет читать - ни за деньги, ни просто так, а он не может не писать! Вот что такое настоящий графоман! А я работаю за деньги, и пишу за деньги! И делаю это вполне неплохо - добротно и людям нравится. А если людям нравится - какого черта вы воете, жалкие твари? Завидуйте молча! Пованивайте там у себя на флибустах и Либрусеках, изощряйтесь в говноумии - мне плевать! И в 2018-м было плевать, и сейчас, в в 1971 - тем более плевать.
А квартиру я куплю. И машину куплю - жигуленка. Пока что только «копейки» жигули делают, так ну и что? Первые копейки славились качеством. Их еще не успели испоганить. Пока что это «фиат». И все лучше, чем на этой дурынде «Волге» кататься. Зачем мне такая здоровенная машина? Только внимание привлекать. Пусть Зина на ней катается. Как только жигуленок куплю, так и верну ей «Волгу», и совесть будет чиста.
Зина не спала, ждала меня. Знала, что я на собеседование ходил, волновалась. Когда рассказал ей, как все прошло, облегченно вздохнула и повела меня ужинать. Поздновато, да, но есть хотелось неимоверно - нагулял аппетит. А потом в постель. И сегодня мне было не до сексуальных игрищ.
Проснулся утром, когда Зина уже уехала. Неторопливо встал, почистил зубы, умылся. В одних трусах побрел на кухню, где нашел накрытый белым полотенцем завтрак - холодный омлет, молоко и варенье. Достал не очень свежий батон, обследовал его на предмет плесени, таковой не нашел, нарезал на кусочки и приступил к завтраку. Есть не хотелось, но завтрак - это самый важный дневной прием пищи. Не поешь - потом будешь себя чувствовать совершенно отвратительно.
Так же медленно и расслабленно помыл посуду, поставил в шкафчик. Потом с минуту соображал - то ли вернуться в постель и валяться до обеда, как морская звезда нажравшаяся моллюсков, то ли продолжить ковать бабло с помощью пишущей машинки. Ни к какому выводу не пришел, отправился в зал, включил телек и уселся в кресло, глядя и слушая то, что подавали мне из этого зомбоящика. Слушать особо было нечего - диктор важно вещал о новых победителях соцсоревнований, о том, как надо углУбить и улучшить, но под это бормотание очень приятно засыпать. Несут хрень, ну и пусть несут. А я буду дремать в кресле, как нажравшийся вкусной еды кот. Коты умеют наслаждаться покоем!