1972
Шрифт:
Странно, конечно – я еще там, в своем 2018 году замечал: мы не любим государство США, но очень по-доброму относимся к его жителям. Ну вот как так получается? «Кирдык твоей Америке!» – и все тут. А людей жалко. Людей-то хороших там не меньше, чем у нас! Тот же Пабло с Лаурой – чем они плохи? Или Стив? Им плевать на то, что говорят про русских, им плевать на пропаганду. Хотя да, знаю – случись война с Россией, и пойдут они на фронт нас убивать… и ничего с этим не поделаешь. Вот наверное для того я и здесь – чтобы не случилось, чтобы люди не убивали друг друга по воле мерзких кровожадных политиков. Наверное, так. По крайней мере –
Итак, представители федералов вновь появились в моем поместье. Вернее – представитель. Тот самый старший группы, который записывал мои слова и строил кислую морду, долженствующую означать недовольство моим гнусным поведением. «Сказочник! Ишь, напридумал! Маньяков всяких!»
Теперь он был тих и даже грустен. Куда-то делся тот апломб и напор, с которым он впервые появился в этом доме. Видимо, что-то где-то изменилось. Вот только что именно и где?
– Приветствую вас, господин Карпофф! – кивнул он мне, когда я вошел в гостиную.
Я подошел к нему и протянул руку, чтобы рукопожатием так сказать перейти на новый уровень общения. Дал по сусалам, а потом «кинул косточку» – подружился. Всегда лучше слабенькая «дружба», чем яркая и сочная неприязнь. Люди должны дружить, а не собачиться. Жизни ведь так коротка! Увы, понимаешь это только к концу пятого десятка прожитых лет.
– Привет, сэр… – я выждал паузу, и человек меня понял:
– Зовите меня Джек. Да, это мое настоящее имя. Я ваш куратор, и теперь постоянно буду с вами работать.
– Звучит несколько угрожающе – куратор! – ухмыльнулся я – И в чем же вы будете меня курировать? Джек…
– Во всем – не смутился собеседник – Какие бы ни были проблемы, вы можете ко мне обратиться. Вот мой контактный телефон. Когда меня нет на месте, скажете, что эта информация для Джека Уоррена, и представитесь – хотя и это не обязательно. Это ваш личный телефон для связи. Изложите проблему, а мы будет ее решать по мере возможности. А возможности у нас, как вы понимаете, достаточно велики. И как подтверждение – вот, возьмите.
Он положил на столик четыре карточки, запаянные в прозрачный пластик. На них были фотографии – я узнал и себя, и Нину, и Пабло с Лаурой. Лицензии на ношение «ручного оружия» на территории США.
– А вот и еще подарок! – Джек достал из папки, которую принес собой две зеленые карточки с гербом США и положил передо мной. Знаменитые грин-кард, за которые некогда некоторые представители нашего бывшего советского народа готовы были душу продать!
Я никогда не держал такие в руках, но видел, знаю, как они выглядят. Только вот я же не просил! Не потребуют ли теперь у меня мою бессмертную душу в обмен на эти «сокровища»?
– И чем обязан за все эти подарки? – осторожно осведомился я – что за них потребуете?
– Не потребуем, а попросим – улыбнулся мужчина – Вы сказали, что у вас бывают некие… прозрения. Вот мы и просим время от времени делиться с нами этими прозрениями. Про маньяков… или еще про что-то интересное.
– Что, нашли? – посерьезнел я – скольких он успел убить?
– Нашли пока семь трупов – веселость слетела с лица Джека. Да, веселого тут было меньше, чем нисколько – Там, где вы, Майкл, нам указали. В сарае. Стул, на котором он разделывал жертв – весь в засохшей крови. Ну и так далее. Само собой, честь поимки маньяка взяло на себя наше ведомство. В газетах пока нет, но скоро будет. Вас светить не собираемся –
– Вот только без угроз! – криво усмехнулся я – не вздумайте где-нибудь это сказать! Впрочем, я все равно откажусь.
Я посмотрел на грудь собеседника, и тот понимающе кивнул:
– Запись не ведется. Только беседа один на один. Вы слишком ценный сотрудник, чтобы не предусмотреть меры безопасности.
Сотрудник! Ах ты ж… Ну да… а кто я для него? Внештатный сотрудник, получающий вознаграждение за свои услуги. И деньгами, как в самом начале, и услугами – как сейчас, когда мне выдали и лицензии, и виды на жительство. Кстати – очень серьезные, дорогого стоящие услуги. Теперь, к примеру, я могу официально работать на территории США – то есть, открывать свое дело, или наняться к кому-то еще, без уведомления эмиграционной службы. Фактически грин-кард приравнивает иностранца к гражданину США, единственное, что не сможет владелец грин-кард, так это голосовать. И вот еще – при серьезном уголовном преступлении грин-кард могут изъять. Гражданство же не изымут никогда.
Кстати, через пять лет проживания по грин-кард можно подавать на гражданство. И если кто-то думает, что получить грин-кард так запросто и не стоит никакого труда – он жестоко ошибается. Даже тот, кто выиграл грин-кард по лотерее, может отправиться домой ни с чем после собеседования в американском посольстве – рожа не понравилась, и вали в свой Урюпинск! Фигу тебе, а не грин-кард.
– Чтобы выдать вам лицензии на скрытое ношение оружия на территории США, нам волей-неволей пришлось оформить грин-кард. Так что если вы думаете, что это сделано специально, чтобы таким образом слегка на вас нажать и принудить к тому, чтобы вы приняли гражданство США как политический беженец – вы ошибаетесь. Просто вы просили вам помочь – мы помогли. А чтобы помочь, пришлось поступить именно таким способом – законным способом.
Ну да, ну да… я такой наивный русский писатель – жизни не знаю! Втирай, втирай мне в уши эту мутотень, а я буду слушать и улыбаться. Спецслужбы – синоним вруны, лжецы, коварные рыцари плаща и кинжала. Верить вам – себя не уважать.
Но да ладно. Плевать. Результат очень хороший, и теперь можно будет не бояться выходить на улицу имея при себе оружие. А то я с некоторых пор стал чувствовать себя голым, выезжая в сторону Большого Яблока. Уж больно много людей спят и видят, как бы это продырявить мое многострадальное тело. Нож с собой брал, но он не особо уберегает от толпы с огнестрелами. Может пора телохранителей нанимать?
– Майкл… вы позволите называть вас по имени? (я кивнул). Майкл, можно вопрос? Личного характера… (киваю) Скажите, а как так получается, что вы вдруг стали молодеть?
Оп-па! А вот этого не ожидал. Сейчас – не ожидал. Думал, продержусь подольше…
– А с чего вы это взяли? Ну… что я молодею?
– Майкл… у нас есть ваши фото годовой давности, и двухгодовой давности. Мы сравнили. Так что с вами происходит? У вас почти пропала седина, и вы не выглядите на пятьдесят лет. Как так случилось? Можете как-то это объяснить?