1990
Шрифт:
Я еле от неё отбился… только после бурного секса… Такая она была возбуждённая покупками и моей щедростью…за её счёт… Я же просто контролирую её траты её же доходов с её же капитала, по поручению Саныча.
Ленка в постели была бесподобна… Я представляю, что обо мне говорят тут на «Мосфильме». Ни дня кровать в моей комнате отдыха тут за моим кабинетом не простаивает… А иногда и по три раза за день её перестилают по моей просьбе…
Заодно Ленка продемонстрировала мне своё новое, самое модное бельё, и «скромные» украшения. Умудрилась висюльку с брюликом
Закончив с принятием от меня её благодарности…Ленка с полуулыбкой развалилась на широком ложе…и загадочно молчала.
– Так, Леночка. Иди домой и хорошенько выспись. А то ночь будет длинная и напряженная, – обратился я к ней серьёзно.
– Ну Денчик…можно я тут останусь?, а то у нас в общаге мне покоя не дадут, – резонно она заметила.
– Да. Верно. Могут тебя там … Короче, не отдохнёшь…, – согласился я и тут же предложил:
– Давай ка езжай ко мне…в особняк.
– А наряд?, – спросила та.
– Возьми мою машину с водителем и перевези… и оттуда с ним и поедешь к семи на место. И чтобы без опозданий…, – дал я ей указания, уже одевшись и выходя в кабинет, закрывая за собою дверь. Из комнаты отдыха была ещё одна дверь, ведущая в подсобные помещения, чтобы в нужных случаях через неё уходить незаметно, вот как сейчас Ленке.
Не успел я обосноваться в рабочем кресле, как «ожил» селектор:
– К Вам ….
– Можно, – недослушав секретаря я ответил. Не имело значения, кто там. День Выборов начался…
Мне удалось после обеда покемарить часов до пяти, а затем я отправился на место действия в Москва-Сити. Там, судя по бодрым докладам исполнителей, всё было полностью готово.
Действительность меня не обманула. Таки да! Всё было полностью готово и народ уже съезжался. Особенно тот, которому нужно было переодеться в наши наряды. Ведь ещё были такие, кто заранее не озаботился никакими примерками и прямо тут им всё подгоняли. Но мы это всё предусмотрели и все наши кадры из костюмерного цеха были брошены на это.
Дабы предотвратить любые конфликты и обиды, аксессуары …женские…выдавались в порядке живой очереди, без права выбирать. То есть, как в лотерее спорт-лото. Бралась первая попавшаяся запечатанная коробка и выдавалась претендентке. Затем, под присмотром представителей Модного дома, которому эта коробка принадлежала, дама ознакамливалась с её содержимым и на свой вкус из неё выбирала, либо всё, либо что-то конкретное. Затем шла формальная процедура подписания временного договора хранения и инструктаж о материальной ответственности. Тоже было и с мужской частью. Почему я говорю «формальная процедура»? Да потому, что это всё равно застраховано. Но лучше перебдеть… ибо нафиг…
Зал ресторана был огромен. Столы были сдвинуты и выстроены вдоль
В центре из стульев был создан некий зрительный зал. Перед которым была небольшая трибунка. А на стене висел огромный массивный «экран». Конечно, технологии современности ещё не достигли того уровня, что я вижу во сне. Экран этот состоял из десятков обычных, можно сказать, телевизоров. Просто выводимое на него изображение разбивалось по особой технологии под управлением редактора, оператора и компьютера так, что мы видели перед собой цельную большую общую картинку, а не маленькую в каждом телевизоре.
– Дэн, здравствуйте, – поздоровался со мной первый встреченный мною приглашённый гость.
Я с недоумением на него посмотрел, не припоминая, чтобы нас друг-другу представляли. Вообще, приглашёнными занимаются у нас специальные люди. Их список составляют редакторы политических новостей, как самые опытные в этом. И я на него почти не влияю. Разве, что составил протекцию некоторым. Например, вон той группе напыщенных снобов, зовущих себя «Дворянским собранием Москвы» и то только потому, что меня попросила об этом Василиса, которую они наконец признали главной и избрали предводительшей дворянства России. Правда у них там тоже некий дуумвират. Со-предводителем у неё этот голубок «Князь Серебряный».
– Меня зовут Иннокентий…, – начал представляться поздоровавшийся со мною гость.
– Я надеюсь не Смоктуновский? А то извините…не узнал Вас в гриме, – не сдержался я от шутки в стиле Пуговкина в фильме «Иван Васильевич меняет профессию».
Мы оба посмеялись. Гость, было видно, уже привык к таким подколкам и добавил весело:
– Хорошо хоть не с попугаем Кешей из мультика спутали… «Таити, Таити, … не нужно нам никакое Таити…нас и тут неплохо кормят…»
– Извините, Иннокентий, перебил Вас…, – подвигнул я гостя продолжить.
– Да можно просто Кеша…, – тот меня поправил.
– Хорошо, Кеша… Кем служите?, – спросил я для поддержания разговора.
– Да вот в народные избранники подался, – тот ответил скромно.
– И что? Чувствуете народную поддержку?, – с неким сарказмом я спросил.
– Ну вообще в Замоскворечье да…, – просто тот ответил.
Тут меня пронзила мысль, а не тот ли самый это Иннокентий, что удачно скупил промзону на Красной Пресне ещё 86-м и тут возник этот город будущего Москва-Сити и продолжает строится…
– Кеша, а не Вам ли принадлежит всё тут…?, – при этом я обвёл рукой пространство вокруг.
– Оооо, нет конечно, – поспешил он с ответом.
Мы с ним ещё поболтали о всякой мелочи, а в конце, он как бы невзначай, заметил, – что и на месте «Мосфильма» мог вырасти город-будущего не хуже этого, если бы…не один прыткий молодой человек, и при этом многозначительно посмотрел на меня и коротко кивнув, поблагодарив за приятное общение, он удалился в сторону наполнявшей зал публики.
– Что это было? Угроза? Или предложение, от которого умные люде не отказываются?, – молнией пронеслись в моём мозгу вопросы.