1998

Sandman

— Спасибо, Гермиона. Только вот, боюсь, детишки странно посмотрят, если я с ними учиться буду.

— Учиться никогда не стыдно, Хагрид. А учитывая твою историю, я думаю, все поймут твое желание присутствовать на занятиях.

— Кстати, по поводу занятий: я со здешним учителем договорился, так что он мне пару местных зверюшек предоставит. Да и вы, наверное, не откажитесь мне подсобить?

— Разумеется, нет, Хагрид, — Джинни кивнула. — Заодно и нам расскажешь.

После обеда Хагрид им кое-что рассказал про Абраксанских коней, которые везли карету Шармбатона, а потом все вместе отправились в холл. Там уже стояли ученики всех трех школ магии, а также присутствовали директора.

— Мистер

Блек, следуйте за мной. Мы решили посмотреть на ваше первое занятие, вы не против?

— Нет. Надеюсь, вы не откажетесь мне помочь.

Стрельцов привел их в здоровенную аудиторию. Северус сразу отправился за кафедру, предложив директорам место в сторонке. Студенты расселись за партами, некоторые косились на Хагрида, невозмутимо сидевшего в дальнем ряду.

— Успокоились, — холодно проговорил Северус, нацепляя на себя маску бесстрастия и ровно оглядывая студентов. — Так-то лучше. Уроки боя и зелий буду вести я, и предупреждаю сразу — дисциплина будет поддерживаться в отношении всех присутствующих.

МакГонагалл тихо хмыкнула.

— Вы что-то хотели сказать, профессор? — спросил Блек, не поворачивая головы. — Попрошу вас не отвлекать меня, иначе я буду вынужден удалить вас из класса.

Эффект эти слова произвели именно такой, на какой и рассчитывал парень — директор сразу замолчала, признавая его главенство здесь и сейчас, а студенты и вовсе чуть ли дышать не перестали.

— Итак, начнем. Я назвал этот урок именно уроком боя, а не защитой от темных искусств, как многие из вас привыкли его воспринимать, ибо я не собираюсь ограничиваться набором контр-заклятий и щитов. На своих уроках я научу вас, как побеждать на дуэли, как выжить при нападении, как стать непреодолимой помехой в планах Зла. Для начала, ибо я уверен в вашей совершенной некомпетентности в этом вопросе, расскажу об отличиях Темной и Светлой магии. Так вот, таких отличий не существует. Тьма и Свет — красивые слова, за которыми любят прятаться лжецы. Тьма не обязательно зло, свет — не обязательно благо. Однако с некоторых пор принято называть Темными некоторые атакующие заклятья, требующие серьезной магической мощи и наносящие противнику существенный урон. Я с этим не согласен, но, увы, мало кто разделяет мою точку зрения. Однако после моих занятий вы будете думать так же, как и я. Вы хотите что-то спросить, директор МакГонагалл. — Добавил он, поворачиваясь к ней лицом.

— Да, мистер Блек. Вам не кажется, что некоторые заклятья заслуживают звание Темных?

— Нет, не кажется. Разберем на примере так называемых «непростительных». Первое — Империус, заклятье подвластия. Идеально подходит для конвоирования и допроса, если маг не имеет опыта сопротивления этому заклятью. Незаменимо в случае, когда под рукой нет сыворотки правды. Заклятье Круциатус, заклятье боли. Весьма эффективно приводит в разум пострадавших от легиллименции, заклятья Империус, выпивших Одурманивающего зелья. Третье — Авада Кедавра, смертельное. Тут несколько сложнее, приведу пример: на вас напал…ну, скажем, дементор. Вы не успели вовремя среагировать, и он лишил вас возможности использовать Патронуса, вытянув счастье. Связать или оглушить его невозможно, отогнать не получается. Дементоров можно уничтожить двумя путями — заклятьем Авада Кедавра или требующим куда большей магической мощи заклятьем Инферфламио.

Студенты, да и преподаватели, молчали, потрясенные логикой и спокойствием Блека.

— Вижу, моя маленькая лекция вас убедила. А сейчас еще проведем показательный бой, чтобы вы поняли, к чему следует стремиться, и верно рассчитывали свои силы. Директор Стрельцов, вы не откажетесь мне ассистировать?

И, чтобы уравнять силы, возьмите себе в помощники…скажем, мисс Грейнджер и мистера Уизли.

Видно было, что директор Дурмстранга словами Блека уязвлен, и твердо решил проучить наглого мальчишку. Чего Блек и добивался. Северус взмахом палочки создал помост, вокруг него возвел мощный щит, который должен был оградить зрителей от рикошетов. Сам он отправился на одни конец, другой заняли Рон, Гермиона и Стрельцов. Блек поднял палочку вверх, разрешая противникам использовать любую магию. По сигналу МакГонагалл, которая на пару с Максим взялись поддерживать щит, противники засыпали Блека серией оглушателей, сногсшибалок и разоружающих заклятий. Северус молча выставил один из высших щитов — «Возмездие», который мало того, что отразил чары, так еще и в двойном количестве.

— Кажется, я говорил о бое, а не о дружеской потасовке. Тормента!

Рон, который был занят отражением собственных же заклятий и добавленных к ним щитом, болевое заклятье пропустил. Северус мгновенно снял его, и теперь противники начали серьезный бой. Северус по ходу еще успевал комментировать происходящее, поясняя некоторые моменты.

— Вот распространенная ошибка — использование цепочки чар, направленных на психику. Против мага, владеющего окклюменцией, они вовсе бесполезны, так что я их даже отражать не буду, — пояснял действия Гермионы он, походу отбиваясь от других заклятий.

Пару минут спустя Гермиона рухнула бездыханной. Студенты, равно как и преподаватели, вскрикнули, видя попадающий в нее бледно-зеленый луч. Что странно, Блек ни слова не произнес.

— Авада Кедавра! — проревел Рон, который успел пощупать пульс Грейнджер и такового не обнаружить. Вот этот вот луч был насыщенного зеленого цвета, и несся он с огромной скоростью. Впрочем, Блек сумел создать на его пути очередной серебряный щит, и успокоил Рона таким же бледно-зеленым заклятьем, какое поразило Гермиону.

— Сдавайтесь, профессор.

— Мортус! Пунито Каелум! Танатос! — два смертельных заклятья и молния, требовавшие каждый своего контр-заклятья, полетели в Блека. Но тот просто выставил перед собой руку, в которую и ударились заклинания. После чего обезоружил и связал опешившего от такой наглости Стрельцова.

— Так, а теперь приводим в чувство мисс Грейнджер и мистера Уизли, и приступим к разбору полетов. — бодро сообщил Блек, замысловатым движением палочки возвращая сознание своим друзьям.

— Гермиона! Ты живая! И я живой?! Он же нас…

— Вот и приступили к разбору полетов, — говорил Северус, освобождая директора и возвращая ему волшебную палочку.

— Черт меня подери, как такое возможно? Я же сам ей пульс проверил! Она мертвая была, как и парень!

— Вы разве слышали, чтобы я говорил Авада Кедавра? Или вы решили, что бледно-зеленый цвет моего заклятья — просто эффект от невербального произнесения? — парень насмешливо фыркнул. — Это было невербальное заклятье Кедавра Авада, приносящее эффект ложной смерти. Использовалось в старину для транспортировки тежелораненных.

— В старину — это пару тысяч лет назад?

— Ну, вообще-то, две с половиной, но это совершенно не важно! Меня что поражает — вы что, все дружно решили, что я могу вот так вот хладнокровно во время учебной дуэли прикончить двух человек? Тем более собственных лучших друзей?

— Просто ваша вступительная речь произвела на нас сильное впечатление, мистер Блек, — пояснила мадам Максим.

— Ладно, Блек, с этим разобрались. А как ты выжил после моих заклятий?

— А вот об этом надо спросить не у меня. Профессор Хагрид, перечислите, пожалуйста, основные черты драконов.