1998
Шрифт:
— Хотите, дам вам более подробную информацию о себе? Я очень предусмотрительный! Так что все уже готово. Жду вас и тех, кого вы пригласите с собой, в холле через пятнадцать минут.
— Через полчаса, пожалуйста, Северус! — Лили умоляюще сложила руки.
— Ну, разумеется, Лили. Вот, мой прокол — не подумал, что девушке захочется переодеться. Так значит, через полчаса, — и они рука об руку вышли в Зал, где теперь было гораздо меньше народу — младших разогнали спать, а некоторые из претендентов, раздосадованные выбором Кубка, разошлись заливать свой позор.
Северус прихватил друзей и приятелей с разных факультетов, и отправился
— Все уже порталами пользовались? Ну, тогда: Летус!
— Куда это нас закинуло? — поинтересовался Рон, внюхиваясь во влажную теплую ночь.
— Небольшой островок в Индийском океане. Так, дайте приглядеться. Ага, все точно! — воскликнул Блек, направляясь к груде дерева, сваленной в кучу неподалеку от берега. Он взмахнул волшебной палочкой, и огромный костер осветил пляж на двадцать метров вокруг. По периметру освещенного круга обнаружились шесты с факелами. Мигом разобравшиеся во всем этом безобразии дурмстрангцы зажгли и их. Блек взмахнул палочкой, и вокруг костра появилась куча подушек. Потом он хлопнул в ладоши, и стали появляться подносы с разнообразной провизией, как экзотической, так и не слишком. Потом проявилась барная стойка, за которой орудовало трое домовиков.
— Ну вот, собственно, и все! — Блек слегка поклонился. — Первый тост за мной: за волшебство! — под одобрительные возгласы он осушил бокал.
Веселье началось. После тостов за Чемпионов, за каждую из школ поочередно, за дам, за кавалеров, пирушка окончательно превратилась в вечеринку. Уже все перезнакомились и совершенно друг друга не стеснялись. Один из русских взялся быть ди-джеем, самостоятельно наколдовал себе оборудование, и вскоре пляж заполнил ритм румбы. Некоторое время спустя Северус о чем-то пошептался с ди-джеем, и тот объявил о спецзаказе для Джинни Уизли. Все погрузились в тишину, в которую прервали щелчки кастаньет. Джинни и Северус встали друг против друга, поднимая палочки в традиционном жесте вызова. Подростки зачарованно наблюдали — все интуитивно чувствовали, что в это вмешиваться нельзя. Внезапно эти двое сорвались с места, угрожающе кружа друг вокруг друга, то практически сливаясь на фоне костра, то разлетаясь в разные стороны. Заклятья мелькали так часто, что рябило в глазах, когда музыка внезапно затихла, равно как притух костер и факелы. Остановились и бойцы. Потом она взвилась снова, выпевая ноты безумного напряжения и возвращая огням свет, но теперь бой продолжали уже не мужчина и женщина, а грифон и дракон. Они взвивались в воздух, там встречались, переплетая крылья и когти, и падали, чтобы разлететься опять. Высоко взвившись, они вновь сцепились, и так и рухнули на песок. Раздались вскрики ужаса, но, когда пыль вместе с музыкой улеглись, взгляду открылась целующаяся пара.
Зрители захлопали в едином порыве. Им только что продемонстрировали удивительное представление, и они хотели как можно лучше отблагодарить актеров. Когда страсти улеглись, Рон наклонился к Гермионе.
— Ты знаешь, что только что было?
— Танец.
— Нет, это не просто танец, это один из древнейших ритуалов, забытый еще в средневековье. Я на его описание наткнулся у Северуса в библиотеке — книга лежала открытой на столе. Подозреваю, что Сев специально ее так оставил, чтобы кто-то из нас прочел.
— И что же
— Помолвки.
— Хочешь сказать, они сейчас объявили о своей будущей свадьбе?
— Угу, — Рон обернулся, повинуясь легшей ему на плечо руке. — Что ты хотел, друг?
— Мы с Джинни хотели попросить тебя рассказать о случившемся здесь сегодня ее родителям.
— И объяснить?
— Да, — Блек деловито кивнул и скрылся в темноте.
— Ну, в общем-то, чего мы удивляемся?
— Гермиона, они школьники!
— Рон, они взрослые люди, особенно Северус.
— Кстати о последнем: его нигде нет. И Джинни — тоже.
— Повторяю, Рональд Уизли, они взрослые люди. И даже если они сейчас делают то, о чем ты подумал, они имеют на то полное право, тем более, если они помолвлены, — слегка покраснев, отрезала Гермиона.
— Просто я за них волнуюсь, Гермиона. Но ты права — тропическая ночь, мы сидим с тобой одни, и почему-то говорим о других. Хотя я бы предпочел и вовсе молчать, — он закрыл Гермионе рот поцелуем. Она сначала для виду сопротивлялась, но потом признала правомерность его действий.
10
Рассвет Северус и Джинни встречали в небе, кружа над островом. Здесь, высоко над землей, Солнце вставало медленно и торжественно, окрашивая легкие перистые облака во все оттенки красного и оранжевого. Постепенно спускаясь, они сумели растянуть картину встающего светила почти на полчаса.
— Судя по всему, что наш гипотетический пример оказался заразителен, — Северус неотрывно смотрел на восток, и ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что и Джинни поступает также.
— Ну, не такой уж и гипотетический, к счастью. Но ты прав.
— Особенно меня удивили Лили и Влад. Когда я им говорил, что после этой вечеринки нам будет легче, так как мы будем не соперниками на Турнире, а просто приятелями, ради шутки затеявшими состязание, то я совершенно не имел в виду этого.
— Ну, если они вместе будут бороться с тобой, то расклад сил мало изменится. К тому же…
— Что к тому же?
— Сев, это в духе женщины — использовать одного мужчину, чтобы одержать верх над другим. Возможно, француженка просто с помощью Влада кинет тебя, а потом самостоятельно расправится с ним.
— Долохов слишком умен для этого.
— Дорогой, ум может быть хоть как у Дамблдора, но с телом справиться гораздо труднее. Вот, скажем, если я попрошу тебя признать, что ты и есть Гарри Поттер, и применю все женские хитрости, то ты сможешь мне отказать?
— Если ты захочешь, чтобы Северус Блек вновь стал Гарри Поттером, я готов в любой момент. Но мне казалось, что тебе полюбилась моя новая личность, да и к имени моему ты уже вполне привыкла.
— Да ладно уж, не надо. А ты и правда готов сделать это?
— Если ты попросишь. Все равно я и в виде Северуса Блека постоянно нахожусь в центре внимания.
— Вообще, идея соблазнительная. Достаточно представить лицо мамы…
Примерно через час они разбудили остальных, и, прибравшись за собой, отправились обратно. Поспели они как раз к завтраку, что вызвало всеобщее восхищение.
— Слушай, Сев, а что за фигню вы вчера устроили? Ясно, что это ритуал какой-то, только вот какой?
— Учитывая то, что процентов восемьдесят из вас проснулись в чьих-то объятьях, включая и тебя, Влад, ты мог бы предположить, что этот самый ритуал призван возбуждать зрителей, — ехидно ответил парень.