2-Герой-2
Шрифт:
Кребень опомнился. Вино откупорено, чего ж ему, выдыхаться теперь? Он опомнился. Смех подступал изнутри в гортань, но если вы полагаете, что Матвей Кребень способен был на боевом мостике впасть в истерику – вы глубоко не правы. Жива! Нет, воля ваша, но это остроумно. Однако же, мы на работе. Текст-программер лежал под пальцами левой руки. Клавиатура на нем сенсорная, щелканья клавиш на том конце линии никто не услышит. Канал Генштаба не мог быть прослежен в аудиорежиме, но видеоряд, внедренный в канал, автоматически нарушал режим секретности. Спасибо тебе, Навь, за точный адрес. Жди гостей.
– Да… здесь Кребень. С большим удовольствием вас увижу, Хелен Джей, или как вас там… – проговорил Кребень. Видео со своего передатчика он решил в эфир не пускать. Если голосом Кребень еще владел, то на приличное выражение лица его уже не хватит.
Изображение Ларкин искажалось наводками от захлебывающегося избытком
В это время левая рука войтамана закончила набор команды и коснулась сенсора "ввод". Наносекунду спустя начальник группы радиооптиков получил ее. Команда вывела начальника из оцепенения. Ему потребовалось немного времени и десяток точных движений, чтобы подключить к дублю командирского дешифратора сканер-определитель. Он сразу же увидел на анализаторе спектра характерный зубец "видео", выделил его светостилом и запустил определитель в свободный поиск.
Еще одну команду от командира получил мастер-пилот войсковой старшина Попугаев. Следуя ей, он вызвал по внутренней проводной защищенной линии радиооптика и приказал результаты сканнинга перевести к нему на пульт немедленно по готовности. Затем он взял управление шипоносцем на себя, выбросил "всем нашим" вымпел "срочно вернуться в порт" и, просунув тонкие нервные кисти рук в перчатки, закрыл глаза – "Стратокастер" стал готов к немедленному старту.
– Вас ли я вижу, дорогая Хелен Джей! – сказал между тем Кребень, скалясь, чтобы любезность имелась и в тоне.
– Картинки от вас я, видимо, не дождусь, но по голосу вижу, что вы улыбаетесь, – сказала Ларкин. – Ну, воля ваша. Надеюсь, с тягостными словесами типа "как же так!" и "глазам не верю!" мы возиться не станем, войтаман? Меня трудно убить, Кребень, многие это отмечали.
– Как вам будет угодно, генерал… позвольте мне вас так называть. Но, сами понимаете, подтверждение вашей подлинности было бы уместно, как вы полагаете? Я имел горестное счастье лично видеть ваш… простите, труп. Моя жизнь до сих пор складывалась вполне грубо, генерал, различным волшебствам в ней как-то места не находилось. Нет, я вам верю, генерал, голос, код, стать – я вам верю, но… Ведь вы – либо двойник, либо виртуальная копия. О чем же тогда мне, Большому Шефу Запада, с вами, самозванкой, разговаривать? Спасибо, конечно, что на время прекратили бой – достойно Ларкин! – дав мне возможность провести спасательные мероприятия, но…
– Кребень, знаете, я вас уважаю, – произнесла Хелен Джей. – Жаль, что мы не познакомились раньше (Кребень невольно кивнул). Жаль. Но я не собираюсь вас в чем-либо убеждать. Разговор у меня к вам предметный, короткий и деловой. Кребень, вы у меня на Западе всего два дня, если не меньше. Вас здесь знают, в лучшем случае, понаслышке. Я здесь живу полвека. Я могу вас уничтожить мгновенно. У меня много всего разного. О чем я забывала докладывать в Генштаб. Но я ненавижу стрелять в своих, более того, я слишком промедлила и допустила конфликт между вами и "Ямахой"… все кто погиб – на моей совести. Дело простое, войтаман. Парадоксально ведь, но на фоне происходящего в Галактике, Запад сейчас – самое спокойное и безопасное место, согласитесь. А вы, следуя маниакальным приказам Сухоручко, пытаетесь покой разрушить. Уничтожить то, над чем я полвека трудилась. Хрен вам, Кребень, хотя я вас и не виню. Приказ, и все такое. Я должна быть на вас зла за Амальгаму, Кребень, но вам повезло – вы мне симпатичны. Поэтому я приняла решение оставить вам жизнь. За это вы должны немедленно покинуть район Погоста. "Ямахи" для охраны Пыльного Мешка вполне хватит.
– Генерал, вы мне тоже нравитесь, живы вы, или нет, но на Западе сейчас командир – я, – сказал Кребень. – Вы правы, генерал, я без году неделя, как Шеф, и я плохо себе представляю состояние дел в вашей империи, я готов поверить, что вы способны
– Я вас понимаю, Кребень. Я же сказала: я не угрожаю. И надеюсь, что до бряцания солнечными батареями дело не дойдет. У вас приказ и вам необходимо прикрытие. Я собираюсь вас прикрыть. Выслушайте меня.
– Вот как!
– Представьте себе. Итак, дано. У вас приказ Сухоручки – предполагаю, "вплоть до расстрела" – Ёся это обожает – уничтожить Мешок со всем его содержимым. Стратегическая целесообразность данной акции, антигуманной и циничной, обосновывается Президентом и Генштабом – читай – Ёсей Сухоручко – эскалацией пограничного конфликта СМГ – Неведомо Кто. Мешок с планетой внутри объявлен плацдармом НК в Галактике, подлежащим уничтожению и тра-та-та подобное. Превентивный удар. Принимая решение, Министерство Обороны скрыло от общества тот простой факт, что планета, земного типа, густо населена и население ее зомбифицировано. Несмотря на наличие достаточных мощностей, накопленных Западной ППС под моим руководством, способных обеспечить эвакуацию населения Странной в пределы СМГ, с последующим избавлением странников от имплантантов, – такая альтернатива даже не рассматривалась. Таким образом, налицо критическое противоречие интересов высшего руководства Минобороны и Комитета Галактической Безопасности интересам чести цивилизации СМГ… Дискуссию открывать мы не будем, но я тоже не вчера родилась, Кребень, не перебивайте. Во-первых, трескотня по поводу плацдарма – чушь собачья. Из Мешка можно попасть на Ту Сторону. Сухоручке это слабо, ну а раз не Сухоручке, то и никому. Не дай бог, война закончится. А во-вторых, высшая движущая сила цивилизации не в том, чтобы защищаться, Кребень, а в том, чтобы защищать, сколь угодно при этом рискуя, вас же должны были этому в школе учить… Моя личная честь и совесть не позволяет мне игнорировать преступные действия Генштаба, кроме того, Кребень, с должности-то меня никто не смещал, я по-прежнему еще вполне себе легитимный Большой Шеф Запада. Странная под моей защитой. Запрещаю вам продолжать акцию. А чтобы Сухоручко не сердился – позвоните ему и объясните, что я обладаю возможностью для выхода в Меганет на всеобщем информационном канале с дли-инной речью по поводу продажности Сухоручки, Чандрагупты, вероломного обмана ими Королевы, порочных связях их с бандитскими кланами… факты, документы, неплохая фильмотека… Вот вы Нурминена ловили-ловили, а он времени не терял, Кребень. Пару гигабайт доказательств я могу вам сейчас переслать. А Меганет даже Сухоручко не сможет перекрыть цензурой, даже по законам военного времени. Здоровья ни у кого не прибавится, не правда ли, Матвей? А мой любимый фильм – текст переговоров в Добром. Случайно ко мне попал, великолепная работа, Матвей. Пенсию, кстати, семье полковника Хутырко уже оформили? Погиб мужик в бою.
Координаты абонента светились перед Кребнем на малом мониторе, курсовой экран показывал, что "Стартокастер" медленно разворачивает на пеленг нос.
– Очень любопытно, генерал, – сдерживаясь, проговорил Кребень. У него горели от непереносимого стыда уши. – Но я так и не понял – что вы конкретно предлагаете? Насколько я всегда мог судить, вы при жизни отличались высокой связностью речи и точностью формулировок. Что вам надо?
– Оставьте в покое Мешок – на месяц, войтаман. Вы вполне в силах приостановить акцию, объяснив задержку невозможностью наличными силами поднять вакуум на Погосте до прежней отметки. Если вы не хотите воспользоваться моим именем – сделайте все сами. Вызовите платформу с пространственным деструктором. Как раз месяц. Я слышала, вы предлагали моему Бояринову. Я очищу Странную от людей – и стреляйте себе на здоровье.
– А взамен?..
– А взамен я откладываю свое воскрешение на неопределенный срок.
– Вот так предложение! – сказал Кребень. "Готов к старту" – горел перед ним знак, и Кребень подтвердил старт прикосновением к красной кнопке на пульте. – Маловато будет. Хелен Джей, дорогая – если чудо возможно и вы настоящаяХелен Джей – вы плохой игрок. Даже если у вас существуют доказательства бреду, что вы тут несли…
– Доказательства я вам отправила. Полюбопытствуйте на досуге.
– Фальшивка же, Хелен Джей. А экспертиза в нынешней обстановке, знаете… Если вам угодно, я обнаружил диверсионную группу НК, пытающуюся скомпроментировать высшее руководство Союза Миров Галактики и посеять хаос. Разделяй и властвуй. По-моему – убедительно.
– Мама, "Стратокастер" вышел на предстартовую позицию, оцениваю точку финиша в боевом радиусе от вашего пеленга, – сказал вдруг Бояринов. – Остановить агрессора не могу. Уходите с пеленга, связь – прервать!
– Все правильно, Дан, я этого и ждала. Продолжай нести службу. Так что вы там говорили про бред, войтаман?