2000 № 9
Шрифт:
– Патрик!
– завопил Ларри, хватая его за воротник.
– Познакомься с Каризой!
Очевидно, он не совсем правильно уловил, как ее зовут, потому что в устах девушки слово звучало, скорее, как Кариша. Необычное имя, но созвучное этому нестандартному лицу.
Патрик смущенно кивнул и позволил Ларри подтащить его поближе.
– Я рассказывал Каризе о твоей встрече с пришельцами. Она уверяет, что тоже их видела, - объяснил Ларри, показывая на небо, едва проглядывающее в затянутом туманной дымкой окне.
Патрик перевел взгляд с Ларри на Каришу. Его товарищ по команде
– Я никогда не говорил, что видел НЛО, - запротестовал Патрик.
– Ну что же, ухожу, вам нужно познакомиться получше, - пробормотал Ларри с преувеличенной, совершенно не присущей ему вежливостью и, проходя мимо, шепнул Патрику: - Эта девчонка больше подошла бы Нику. У него тоже не все в порядке с головой.
Патрик поглядел вслед уходящему Ларри и повернулся к Карише. Она улыбалась, словно подслушала слова Ларри и нашла их скорее забавными, чем оскорбительными.
– Ваш друг не верит в инопланетян.
– Это были всего-навсего яркие огни. Возможно, вертолет.
Патрик протер кружочек на помутневшем окне и выглянул на улицу. Ночная жизнь била ключом: скоростная автострада переполнена автомобилями, свет фар отражался в окнах зданий. Вдалеке виднелись фонари Бэттлшип Парк, где выставлялись старые корабли и самолеты.
– А вы?
Кариша подвинулась чуть ближе. Длинные, черные, как вороново крыло, волосы поблескивали. Патрик в свою очередь подступил к ней и потянул носом. От нее ничем не пахло! Совсем! Ни шампунем, ни мылом. Ноздри щекотал только запах чьей-то сигареты. Он был так поражен, что не уловил слов, и ей пришлось повторить вопрос.
– Вы верите в инопланетян?
– Нет. А вы?
Она почти ослепила его улыбкой, обнажившей сверкающие белые зубы.
– Разумеется. Не считаете ли, что было бы очень грустно, окажись мы единственными живыми существами во Вселенной?
– Вероятно, - пожал плечами Патрик.
Кариша стояла совсем рядом, едва доставая головой ему до плеча. Голова откинута, чтобы лучше видеть его глаза. Она чуть напряглась, словно ждала продолжения.
– Вы приносите мне удачу, - внезапно выпалил Патрик, чувствуя себя последним идиотом.
– Я? Каким же образом?
Он запнулся.
– Во время игры… Я катаюсь лучше, когда вы на трибуне.
Теперь он окончательно сглупил, признавшись, что следит за ней. Не хватало еще заявить, что он лучше слышит, когда она находится рядом.
– Вы знали, что я была на матче? Ну конечно, ведь мы знакомы. Вы и я…
Ее голос зазвенел было восторженными нотками, но тут же осекся и снова зазвучал мелодичными переливами. Совсем как музыкальный инструмент: он слышал настоящие крещендо и диминуэндо (* Нарастание и уменьшение музыкального звука. (Прим. перев.)), вот только музыку не совсем разбирал.
– Разве?
Он подался вперед, как всегда решив, что на близком расстоянии лучше поймет.
– Послушайте…
Кариша положила руку на его рукав.
– Вы не хотели бы… здесь ужасный шум.
Она обвела рукой забитый до отказа бар и кивком показала на дверь.
– Мы могли бы прогуляться.
Патрик чувствовал,
Она не отнимала руки, пока они шли через переполненный бар и коридор к лифту. Но едва они оказались в лифте, Кариша нашла своим рукам лучшее применение: стала гладить его по плечам, бицепсам, скорее изучая, чем лаская.
– Как чудесен мир, в котором есть такие создания, - тихо выговорила она. Пальцы ее скользнули по его груди, двинулись к ребрам, словно пересчитывая каждое.
– Ты такой твердый…
Подобные слова Патрик понимал без труда.
– У меня есть кое-что еще, - прохрипел он, притиснув ее к стене, и жадно потянулся проверить, так ли она мягка, как он тверд.
Она снова запрокинула голову, будто ожидая поцелуя, но когда их губы соприкоснулись, с испугом отстранилась. Ее пальцы впились ему в талию, и тревожный возглас, заглушенный его ртом, вырвался из горла. Но она тут же немного расслабилась и позволила целовать себя, правда, не отвечая на ласку.
Но тут зашелестели, отворяясь, двери, и Патрик поспешно отпрянул. Девушка выскочила, расталкивая собравшихся у лифта, и метнулась вперед, не дожидаясь его. Патрик принялся было протискиваться, отстраняя сотни протянутых рук, сжимавших программки и ручки, но не смог огорчить детей. К тому времени, как он подписал все программы, флажки и футболки, Кариша исчезла. Он поспешил на улицу, надеясь, что она ждет у отеля, но увидел лишь парковочную площадку, заставленную пустыми машинами. И ни единой души на тротуаре.
Он немного постоял на обочине, покачиваясь на носках туфель, чувствуя, как нарастает боль в икрах. Куда она могла исчезнуть? От площадки не отъехало ни одного автомобиля, и мотор никто не прогревает.
Пока он был в баре, прошел небольшой дождь, покрыв черный асфальт блестящей пленкой влаги, отражавшей розоватые отблески уличных фонарей.
Патрик поднял голову. Дождь развеял туман, и теперь Патрик мог любоваться звездами, яркими осколками, усеявшими темную бездну.
И тут одна точка стала сиять все ярче, мигать чаще. И расти. У него на. глазах она превратилась в пятно размером с десятицентовик. Нет, четвертак! Теперь она выглядела совсем как те огни, которые он наблюдал в прошлом месяце, когда отправился на Айленд в компании приятелей. Однако те пляшущие светлячки двигались по небу, а не сверху вниз.
Оно падало. И быстро! Прямо на него!
Патрик отступил на шаг. Еще на шаг. Но оно надвигалось, слишком яркое, чтобы быть чем-то кроме звезды. Сейчас грохнется ему на голову! Или угодит в автостоянку!
Он отскочил поближе ко входу в отель, не в силах оторвать взгляда от несущегося к земле объекта. Ослепительно белый свет, бьющий в него…
Он оступился и, словно споткнувшись о подставленную клюшку, плюхнулся на землю. Плашмя. Чуть зубы не вылетели. Он беспомощно шарил руками, стараясь ухватиться за траву. Работая ногами и задом, он отъезжал все дальше, пока не почувствовал затылком кирпичную стену. И только тогда, опираясь плечами, спиной, отталкиваясь руками, попытался подняться.