2007 № 09
Шрифт:
Наталья села рядом со мной.
Не успела захлопнуться дверца, как машина сорвалась с места и понеслась в сторону Красных ворот, ловко, на грани допустимого риска маневрируя в плотном потоке машин.
То, что Наталья больше не тыкала пистолетом мне в ребра, придало оптимизма.
— Вы из «Зеленого мира»? — осторожно поинтересовался я.
— Мы из Госбезопасности, — ответил Андрей. Час от часу не легче!
— А удостоверение покажете?
Андрей посмотрел на меня в зеркальце заднего вида и криво усмехнулся.
Понятно,
— А куда мы сейчас едем?
— К вам в гостиницу.
— Зачем?
— Глупый вопрос, — сказала Наталья.
— Там вас ждет майор Ворный, — ответил на глупый вопрос Андрей.
— Он в курсе событий?
— Отчасти.
— А мне вы можете объяснить, что произошло?
— Вас пытались убить.
— Это я понял.
— Что же вы еще хотите знать? — искренне удивился Андрей.
— Почему?
— Почему вас хотели убить или почему вы все еще живы?
— И то, и другое.
— Живы вы потому, что мы за вами присматривали. А кто и за что хотел вас убить, расскажет майор Ворный. Если сочтет нужным.
Дальше мы ехали молча.
Остановив машину возле служебного входа, Андрей показал охраннику удостоверение, после чего тот пропустил нас внутрь. Мы пересекли кухню, прачечную, миновали еще какие-то подсобные помещения и в конце концов вышли к грузовому лифту. Поднявшись на этаж выше, чем было нужно, мы спустились по пожарной лестнице, вышли в главный холл, откуда уже было рукой подать до дверей моего номера.
Оказавшись в номере, я тут же бросил кейс на диван, схватил из бара бутылку «Гринелса», налил полстакана и, не разбавляя, выпил. Только после этого я упал в кресло и умиротворенно вытянул ноги. Здорово бы было еще и душ принять, но на это сил у меня уже не оставалось.
— Присоединяйтесь, — сказал я Андрею с Натальей, взглядом указав на початую бутылку.
— Спасибо, — поблагодарил Андрей и жестом отказался от выпивки. — Мы ненадолго оставим вас одного.
— Конечно, — вяло кивнул я.
— Мы запрем дверь. Майор Ворный откроет ее своим ключом.
— Как скажете, — снова согласился я.
— Надеемся, до его прихода с вами ничего не случится.
— А что со мной может случиться?
Я попытался усмехнуться, но сам почувствовал, что получилось не очень убедительно. Я жутко устал. Глаза сами собой закрывались. Подбородок опускался на грудь.
— Распустите галстук, легче дышать будет, — посоветовал Андрей.
Я поблагодарил его за заботу едва заметным движением пальцев. И провалился в густой, тяжелый сон, похожий на беспамятство.
Я проснулся от нестерпимой головной боли. Какие-то твари, засевшие в черепной коробке, долбили в затылок тяжелыми молотками и одновременно старались пробуравить виски тупыми сверлами. Кажется, я застонал, еще не успев открыть глаза. А когда открыл их, не сразу смог сфокусировать взгляд. Когда же и это мне удалось,
— С пробуждением, Петр Леонидович, — поприветствовал он меня.
Я попытался сказать в ответ какую-нибудь любезность, но одеревеневший язык прилип к сухому нёбу. Я глянул по сторонам в поисках живительной влаги. Увидав открытую бутылку минералки, схватил ее и жадно выпил. Пусть выдохлась, подумаешь, теплая, плевать, что вкус противный, главное — мокрая.
— Который час? — спросил я, оторвавшись от бутылки. Аккуратно оттянув манжету, Ворный посмотрел на часы.
— Без двух минут одиннадцать.
За окном светло, значит — день. Выходит, я всю ночь проспал в кресле, как был, в пиджаке. Даже ботинки не снял. Только галстук растянул. Или это заботливый Андрей постарался?
— Плохо, Петр Леонидович? — участливо осведомился Ворный.
— Плохо, — не стал отпираться я.
Хотя и сам не мог понять, с чего это мне так плохо. Я точно помнил, что выпил перед сном всего-то полстакана джина.
Однако в литровой бутылке «Гринелса», стоявшей на столе, джина оставалось меньше чем на два пальца. Ворный приложился? Я искоса глянул на майора. Нет, не похоже…
Я ждал, что майор Ворный сам начнет разговор о случившемся вчера. Но Владимир Леонидович сделал неожиданный ход:
— Сходи-ка прими душ, Петр Леонидович, — предложил он. — Потом мы с тобой поедим как следует, накатим граммов по сто, и будешь ты у нас снова как огурчик.
Это было не совсем то, чего я ожидал. Но отказываться от такого замечательного предложения мне показалось глупым. Я снял пиджак, скинул ботинки, распустил до конца галстук и потопал в ванную.
Вернулся я примерно через полчаса. Мокрый, бодрый, одетый в темно-синий банный халат. Голова уже почти не болела и, как ни странно, хотелось есть.
Майор Ворный переместился за обеденный стол. Он снял пиджак, слегка ослабил узел галстука и подвернул накрахмаленные манжеты своей кипенно-белой рубашки. На столе громоздилось столько посуды, будто мы ждали еще, по крайней мере, четверых гостей. Рядом стоял сервировочный столик, доставленный в мое отсутствие. Судя по обилию блестящих крышек, Владимир Леонидович решил, что, раз уж я пропустил завтрак, следует сразу перейти к обеду.
Так мы и сделали. Я разлил по тарелкам душистую уху, а Владимир Леонидович наполнил стаканы остатками «Гринелса».
Закусив неразбавленный джин наваристой ушицей, я почувствовал себя просто замечательно. Самое время было переходить к серьезному разговору, и я многозначительно покосился на Владимира Леонидовича. Но он словно и не заметил моего взгляда — ел, сосредоточенно глядя в тарелку. Что ж, придется начинать мне.
— Хочу еще раз поблагодарить твоих ребят за вчерашнее.
По-прежнему не поднимая взгляда, майор Ворный молча кивнул.