2007 № 09
Шрифт:
Однако американцы долго любоваться не дали. Не для того они подняли в космос двадцать истребителей. Они хотели продемонстрировать превосходство, но так, чтобы их потом не обвиняли в необоснованном нападении на мирную станцию. Потому американцы избрали совсем другую тактику. Они появились на радарах внезапно — поскольку двигались по пересекающейся орбите с более высоким наклонением, чем наша. На открытой аварийной частоте по-русски потребовали покинуть район станции «Союз-3». Мы, разумеется, не услышали это безумное требование. Вся армада прошла мимо и ниже, чтобы вернуться через восемьдесят минут.
На самом деле, это была их ошибка.
Но приказа пока не поступало. Как сейчас помню, код на открытие огня был 125.
Сейчас много снимают фантастических фильмов о космосе и астронавтике. Есть даже про космическую войну. Только кинодеятели — не знаю, специально, что ли? — постоянно демонстрируют всякие глупости. Кто-то из них вообразил, будто война в космосе ведется с помощью лазеров. Истребители обстреливают друг друга лучами, взрываются с грохотом, разваливаются на куски. Ерунда, конечно. Лазерное оружие требует мощной энергетической накачки. Такую энергию может дать только взрыв, но при этом будет разрушен и сам лазер. Проблема решается инженерными способами, но слишком затратно выводить лазеры в космос, обслуживать их, а толку получить чуть.
Поэтому лучше кинематического оружия для космоса ничего не существует. При тех огромных скоростях, с которыми мы летаем, в условиях пустоты обыкновенная пуля, даже обычный гвоздь, имеет колоссальную разрушительную силу. А ведь чтобы уничтожить космический корабль, много гвоздей не надо — сам по себе корабль слабо защищен, ведь не потянешь же танковую броню в космос. А у нас не гвозди, у нас снаряды калибром 23 миллиметра. Страшная вещь!
И еще. Никто в космосе не взрывается. Тем более с грохотом. Снаряды прошивают вражеский корабль в полной тишине, а все остальное делает вакуум.
Понятно, что такая война плохо выглядит на экране. Это не зрелище. Настоящая война, в отличие от показухи, всегда незрелищна…
На втором заходе американцы попытались атаковать станцию. Снаряды попали в стыковочный узел. Но приказа на открытие огня все не было, и армада ушла на второй круг.
И только после третьего появления американских истребителей я услышал в наушниках: «Код один-два-пять». Управляя малыми двигателями системы ориентации, я подогнал назначенную цель к перекрестию на экране радиолокационного пеленгатора и нажал на гашетку. И сразу выругался. Потому что у меня отказала пушка. А бой уже начался. Наши и вражеские снаряды крушили тонкую обшивку аппаратов, люди умирали в полной тишине, и только Центры управления полетами слышали их хрипы и проклятья.
Армада ушла на третий круг. Я обнаружил, что еще жив и все еще давлю на гашетку. Но пушка не работала. Доложил в ЦУП. Через несколько минут пришел приказ: тормозить и сходить с орбиты с посадкой на полосу под Саратовом. Приказы не обсуждаются, но я все губы искусал от отчаяния. Ведь ребята оставались в ожидании новой атаки, а я возвращался на Землю.
Мы победили в той битве. Ценой неимоверных потерь.
Станция «Союз-3» была разрушена. Погиб Комаров. Погиб Добровольский. Погиб Волков. Погиб Пацаев. Аппарат Лазарева получил серьезные повреждения, но Василий чудом сумел ввести его в атмосферу
А мне? Повезло ли мне? Не знаю до сих пор. Я не предал друзей. И не бежал трусливо с поля боя. Пушка отказала. Такое могло случиться с каждым, но случилось со мной. И это тоже не вычеркнешь из памяти. И, может быть, кто-нибудь из друзей думает, что на самом деле я дезертир. Как, Алексей? Я дезертир? Только скажи честно…
92-е сутки полета
Алексей, прочитав мои записи, размышляет, а была ли реальная возможность избежать войны на орбитах.
Я ответил, что, наверное, да. Можно посмотреть различные гипотетические ситуации. Допустим, мы запустили бы сателлит первыми. А у американцев первым слетал бы астронавт. Мы высадились на Луне. А американцы — на Марсе. Если бы шло такое соревнование, то нужды в войне нет. Каждый получал бы свою долю приоритетов и славы, а астронавтика бы развивалась.
— Но тогда в чем было бы наше преимущество? — сомневается Алексей. — Не люблю я это «было бы», но скажи: в чем?
— В том же, в чем и сейчас. Наш строй правильный, нацеленный в будущее. Американцы все равно бы надорвались. И оставили космос нам. Но зато не полезли бы в заваруху. Не было бы войны. Ведь сами сколько человек потеряли. И нас чуть не угробили. Другого места будто нет в Солнечной системе…
Фрагмент седьмой
108-е сутки полета
…В Солнечной системе все устроено разумно.
Чем больше я на эту тему думаю, тем больше в этом убеждаюсь.
Я атеист и материалист. Коммунист. Я не верю в бога, который создал Вселенную и нашу маленькую Солнечную систему в ней. Гипотеза бога избыточна. Это я и раньше понимал, а теперь точно знаю. Однако и у меня захватывает дух, когда думаю, как здорово получилось, что наш разумный вид развился именно на Земле, а не в другом каком-нибудь месте.
Смотрите сами.
Рядом с Землей есть Луна. Самая ближайшая цель для астронавтики. Она достижима даже с использованием обычных ракет на керосине и кислороде. Она нужна для того, чтобы мы могли испытать себя, убедиться в практической возможности достижения соседнего небесного тела.
Следующей целью, без сомнения, является Марс. В периоды противостояний он близок, но все равно требует углубленного развития космических транспортных средств. Чтобы добраться до него, необходимо создать атомные реакторы и электроракетные двигатели. Марс научит нас совершать длительные межпланетные перелеты, высаживаться на чужие планеты и взлетать с них. Если на Марсе существует какая-то жизнь, ее изучение позволит нам получить опыт работы с инопланетной биосферой.
Затем планеты-гиганты с системами спутников. Это — чужая планетная система в миниатюре. У гигантов мы сумеем отработать навигацию в системах у других звезд, опять же освоим высадку и старт, используя спутники в качестве моделей планет.
Еще и это очень удобно: между Марсом и Юпитером существует пояс астероидов. Астрономы считают, что в поясе можно найти самые разные обломки: железные, из водяного льда. Такой астероид легко освоить: установим там атомный реактор, а вещество астероида станет топливом. Электрореактивные двигатели разгонят эту глыбу, и она превратится в звездолет. Так мы доберемся до звезд.