220 вольт
Шрифт:
Вскоре мы зашли в комнату, посередине которой стоял здоровенный стол в окружении разнокалиберных стульев. Около окна стоял сердитый молодой парень и раздраженно дымил в форточку. Одно сидячее место было занято тем самым лысым толстяком, который что-то быстро писал на листочке.
– Алексей Павлович, принимайте пополнение! – мой сопровождающий быстро отобрал из пачки, которую я до сих пор держал в руках, листики с моей подписью и тоже сел за стол.
Пожав плечами, я решил не отрываться от коллектива и занял за столом ближайшее к двери место.
– Сейчас-сейчас, одну минуточку! –
– Итак, Вячеслав Владимирович, я закончил – голос Алексея Павловича заставил меня обратить на него внимание.
– Хоть мы уже и знакомы немного, но тем не менее представлюсь. Алексей Павлович Малеев, председатель областного комитета по радиовещанию.
– С Игорем Степановичем вы уже знакомы – он кивнул на секретчика – А вот с Андреем Леонидовичем Кандауровым еще нет.
Парень у окна посмотрел на меня, сердито буркнул «Привет» и зажег очередную папиросу. Такими темпами у него скоро из ушей никотин начнет капать.
– Прежде чем я вас введу в курс дела… – лысый повернулся к секретчику – все подписано?
– Да, ознакомлен и подписи все на месте.
– Так вот, прежде чем расскажу, из-за чего такая суматоха – Алексей снова повернулся ко мне и пододвинул листочек – ознакомьтесь, пожалуйста с этим документом.
Я взял предложенное. Постановление совета министров номер такой-то, от 49 года. Про новые приемники, которые требуется выпускать только с диапазоном средних и длинных волн. Приемники назвать «Москвич» и «Салют». Или уже готовым присвоить такие названия – тут я не понял. Ну вроде нормально все, никакого криминала.
– Ознакомился – я вернул листик на стол и подтолкнул его назад.
– А теперь ответьте, пожалуйста, каковы на ваш взгляд причины подобного решения про диапазон принимаемых волн? – оппа, а парень у окна подобрался, будто сейчас бросится на меня.
– Только средние и длинные… Никаких коротких или ультракоротких диапазонов… – я начал делать вид, что размышляю. На самом деле ответ мне был известен. Еще до попадания я интересовался, почему во многих советских приемниках было так. Ведь докрути несколько витков на катушку или смени конденсатор, добавь антенный вход – и практически любой приемник получал возможность принимать передачи на коротких волнах. И даже когда в позднем СССР появились приемники с коротковолновым диапазоном, он был в них исключительно для галочки – чувствительность там была такая низкая, что иногда отличалась на порядок от соседних.
– По каким-то причинам требуется для населения ограничить прием передач от удаленных радиостанций. Особенно в темное время суток – еще немного поизображав размышления, я поделился с окружающим послезнанием.
– Волшебно! – вдруг грохнул ладоням об стол Алексей Павлович. От неожиданности я аж вздрогнул.
– Андрей, как тебе такое, а? – он
– А-а-а… А как это? – наконец отмер он.
– Ну короткие волны обладают крайне специфичным поведением – я пожал плечами. – Только они обладают свойством отражаться от ионосферы с крайне малыми потерями. Поэтому на обычный приемник, особенно ночью, возможно услышать станцию, находящуюся за три или даже четыре тысячи километров. Средние и длинные волны такими цифрами похвастаться не могут, не говоря уж об ультракоротких.
– Это же тогда больше станций надо ставить… Но ведь это же тогда вредительство какое-то получается… – начал было парень и тут же заткнулся. Дошло, кого вредителями называет.
– Не вредительство, а забота о населении – я решил прийти ему на помощь – Вот так поставит капиталист в удобном месте радиостанцию и начнет транслировать всякую чушь, маскируясь под добропорядочного. Очень многое может произойти, пока какая-нибудь доярка поймет, что за гадость она слушает…
Я благоразумно не стал оповещать присутствующих о том, что полностью в курсе, что уже поставили и уже вещают. На приемнике, встроенном в больничный агрегат, я уже успел послушать «дойчевелле», «бибиси» и даже «голос америки». Хоть и делались попытки их глушения, но на данный момент щит явно проигрывал мечу. Пока их передачи отличались крайней наивностью и транслировали в эфир реальный бред в духе «по сообщению нашего корреспондента, в Москве произошла авария с фекалиями. Теперь все горожане ходят, зажимая нос». Но это пока, скоро в эфире начнется реальная войнушка «кто кого»… Может, помочь, чтобы мы их, а не они нас? Я отложил мысль в раздел «наподумать».
– А государству не сложно поставить чуть побольше радиостанций, вещающих на длинных и средних волнах – продолжил я – в результате через некоторое время население будет охвачено радио, а имеющиеся приемники с диапазоном КВ станут анахронизмом.
– Кем станут? – парень смотрел на меня уже с восхищением.
– Чем-то несвоевременным, пережитком старины – внезапно помог мне секретчик.
– Очень, очень восхитительно – вернул к себе внимание лысый – Вы уж, пожалуйста, не обращайте внимание на поведение Андрея. Просто я задал ему тот же вопрос утром и он не смог найти ответа, даже обладая значительно большим складом информации, чем вы.
Эх, дорогой товарищ ты мой начальник. Знал бы ты, каким складом этой самой информации я обладаю…
– Мне конечно приятно столько внимания вокруг моей персоны, но не могу не задать один вопрос: почему я? – мне в самом деле было интересно, как он на меня вышел.
– Ну… мы постоянно ищем образованных людей, которые обладают свободным от предрассудков сознанием – тут он немного замялся и опустил взгляд на стол – и к которым нет претензий от МГБ.
– Про вас я уже давно получаю множество сигналов от своих знакомых – продолжил он – ваше устройство по охлаждению воздуха или бесперебойное освещение – они же гениальны по своей простоте. Все лежало на поверхности, надо было только взглянуть под другим углом.