30 июня

Комарницкий Павел Сергеевич

* * *

— Чёрт знает что! — секретарь Астрономического общества бросил письмо на стол — Пишут, сами не знают… Пал Викеньтич, вы полюбуйтесь: «наблюдаемый объект внезапно исчез, и далее по траектории движения обнаружен не был». Ох уж эти любители… Не овладев элементарными навыками наблюдения, уже торопятся завалить Академию Наук своими открытиями…

Пал Викеньтич, солидный благообразный мужчина, неторопливо вынул пенсне из жилетного кармашка, принялся читать депешу.

— Ну что вы так волнуетесь, батенька. Н-да, на метеорит не похоже…

— Я даже не знаю, регистрировать ли

мне сей казус? Новая Луна обнаружена студентом… — секретарь фыркнул.

— Вы вот что… — Пал Викентьич солидно откашлялся — Всякое астрономическое явление имеет свойство повторяться в наблюдениях. Вот тут — он ткнул пальцем в текст — молодой человек излагает свои соображения насчёт параметров орбиты якобы новооткрытого спутника нашей старушки Земли. Чего проще — пронаблюдать, исходя из указанных данных. Ежели факт имеет место, он подтвердится за пару-тройку дней, ежели нет — вы не обязаны фиксировать разные анекдоты.

— Вы полагаете?

— Да, пусть полежит у вас в столе покуда.

* * *

Герметичная дверь шлюза, чмокнув, мягко отошла в сторону. Ярара, всё ещё жмурясь — не проснулась толком — вошла в ангар, битком набитый всякой всячиной. Свет в ангаре почему-то горел, и девушка мельком удивилась, про себя отметив — надо дать задание роботу, проверить автомат дежурного освещения…

У стеллажа, на полках которого длинными рядами стояли бутылки — ни дать ни взять винный погреб — сидела на надувном пуфике знакомая серая фигура, с буйной нечёсаной гривой. Хвост сидящего на этот раз пребывал в относительном покое, что несомненно указывало на отсутствие сильных эмоций, а равно и чрезмерно глубоких мыслей.

Ярара невольно сморщила в улыбке нос, наблюдая за тем, как инженер ловко берёт бутылку, проворачивает её, профессионально держа двумя пальцами — одной за донце, другой за «пробку» — затем одним движением подключает к «пробке» оптический разъём программатора — «глаз». Шнур от «глаза» тянулся к маленькому пульту, прилепленному на магнитной присоске к стойке стеллажа, на уровне груди сидящего.

— Ты нарушаешь режим, моя киска — Ухурр начал тыкать когтем в клавиши программатора, и внутри «бутылки» вспыхнул, замигал крохотный огонёк — Я в твои годы никогда не вставал в такую рань, это вредно для здоровья.

Ярара ткнула пальцем в тугой свёрток, и тот, зашипев, зашевелился, на глазах превращаясь в такой же точно надувной пуфик, как и тот, на котором сидел Ухурр. На душе было тепло. Она больше не сердилась на инженера за вчерашнюю выходку. Она знала, что у него сейчас полно своей работы, и вот надо же — встал раным-рано, чтобы помочь…

— Правда, Ярара, шла бы досыпать — закончив программирование очередного контейнера, Ухурр поставил его на новое место. Белая полка, на которой уже стояли шесть контейнеров, тут же алчно присосалась своей поверхностью к дну «бутылки» — не оторвать, пока не введёшь пароль — Сколько вам с командором нужно телезондов?

— Думаю, тридцати контейнеров хватит пока — Ярара уселась рядом с Ухурром, прикрепила свой программатор на соседнюю стойку.

— Ну и сделаю. Иди спи, правда.

— Я так дисквалифицируюсь — улыбнулась девушка, беря «бутылку». Короткая фраза, и донце «бутылки» отклеилось от стеллажа.

Все контейнеры были прикреплены к стеллажу именно таким образом, чтобы при резких, нескомпенсированных

системой внутренней гравитации маневрах всё оставалось на своих местах. И снять можно, только зная пароль. Она провернула в пальцах контейнер, рассматривая содержимое. Сквозь полузеркальные стенки, покрытые изнутри теплоотражающим покрытием, виднелся мелкий, чёрный и блестящий песок, коим «бутылка» была плотно набита. Разумеется, это был не песок — телезонды. Рой таких почти невидимых «мошек» был способен самостоятельно перемещаться. Каждая песчинка была примитивной телекамерой, но все вместе они позволяли компьютеру создавать прекрасное объёмное голографическое изображение. Рой таких телезондов сохранял работоспособность, даже потеряв девяносто процентов «личного состава», правда, качество картинки при этом ухудшалось. Телезонды питались солнечным светом и могли служить очень долго. Под самым горлышком притулился сложенный модуль-матка, похожий на здоровенного жука — ретранслятор, посредством которого и будет осуществляться связь и управление телезондами. Сами крохотные песчинки-мошки были слишком слабосильны для такого дела.

Сброшенный в атмосферу, контейнер сгорит, подобно метеору, на заданной небольшой высоте, выпустив на волю облачко телезондов, которые направятся к цели. Просто и эффективно.

— …Дисквалифицируюсь…Твой дядя — настоящий зверь, жестокий и бессердечный — заявил Ухурр, принимаясь за очередной контейнер.

— Это почему? — иронично-весело осведомилась девушка.

— Да потому, что я на его месте скорее дал бы отрезать себе хвост, чем отпустил тебя в космос.

— Ещё чего! — возмутилась Ярара.

— Именно так. Если бы спросили меня, я ответил бы — место такой девушки отнюдь не в тесноте корабельных отсеков, среди потных взъерошенных космонавтов. Такая девушка должна возлежать в прохладном полумраке алькова, на алых подушках…

— Почему именно на алых? — Ярара окончательно развеселилась. Ухурр очень забавлял её.

— Золото лучше всего смотрится на алом, моя киска — инженер всё тыкал в клавиатуру, пристально вглядываясь в экранчик программатора — Я программирую на высоту три тысячи.

— Не мало?

— Нормально. Если выше, будут заметные потери на рассеяние. Куда вы собираетесь сбросить эту серию?

— Иахрр хочет в разные места, а я считаю, надо в одну страну. У нас тут сложности с языками…

— Да, я слышал. Неприятное осложнение.

— Ну вот… Я считаю, нам надо сосредоточить усилия на одной стране. Тут есть одна очень крупная страна, самая большая из всех. Добрая шестая часть всей суши, представляешь? Вот ей и заняться в первую очередь.

— А что командор?

— А командор говорит — нас трое, имеется в виду он сам, я и Урумма. Можно заняться сразу тремя большими странами, а потом выбрать наиболее перспективную. По-моему, он не прав. Мы так вконец зашьёмся.

— Иахрр — не твой дядя, его вполне можно убедить. Хочешь, мой голос ляжет солидно и весомо на чашу весов рядом с твоим?

— Не надо, я сама постараюсь договориться — рассмеялась девушка. Она поставила на белую полку уже запрограммированный контейнер, потянулась за следующим, и то же самое сделал Ухурр. Руки их встретились, и Ярара вздрогнула, сама удивившись необычности ощущений. Её взгляд встретил взгляд инженера. Глаза Ухурра смотрели серьёзно, даже чуть печально. Ни тени смеха.