361
Шрифт:
Старик громко сглотнул, мотнув головой, открыл глаза и уставился на Билла.
— Уиллард, — невнятно произнес он.
Судя по голосу, когда-то у него был раскатистый бас.
Мы подошли к нему поближе.
— Вам звонил мистер Кришман.
Постепенно его взгляд стал осмысленным — Да, — прохрипел он. — Артур, иди в дом. Вы все, идите в дом.
Женщина средних лет улыбнулась совсем как косметичка из салона красоты.
— Вам не стоит утомляться, папа, — пропела она, а потом встала и обняла его, надеясь, что
— Пойдем, — позвал ее Артур.
— Линда, — окликнула девочку блондинка. — Иди сюда.
Выбежав из воды со своим ведерком, та остановилась передо мной и с серьезным видом принялась внимательно разглядывать, хотя солнце било ей прямо в глаза.
— Почему ты хромаешь? — спросила она.
— Я попал в аварию.
— Когда?
— Линда, ну иди же ко мне! — позвала ее мать — Два месяца назад, — ответил я.
— Где?
— Тебя мама зовет.
Пройдя мимо нас, Макэрдлы гуськом зашагали по тропинке к лесу.
Блондинка заставила девочку вылить воду из ведра, и они скрылись за деревьями.
Макэрдл предложил нам сесть и начал нас разглядывать, откинувшись на спинку шезлонга и под странным углом положив голову на выцветшую подушку.
— Ваш отец мертв, — произнес он голосом, прозвучавшим чуть громче шепота.
— Я хочу знать все про Эдди Кэппа, — сказал я.
— Он попал в тюрьму. Это было давно, — произнес он, медленно покачивая головой. — У федерального правительства, Эдди, на твой счет совсем другие планы.
— И он до сих пор в тюрьме? Эдди Кэпп все еще в тюрьме?
— Да, наверное. Не знаю. Сейчас я нахожусь в бессрочном отпуске, молодой человек. Я больше не прикован цепями к этой фирме, я... — Он опять уставился на Билла и нахмурился. — Уиллард? Ты ведь знаешь, что тебе нельзя сюда приезжать. Ты...
Биллу стало страшно.
— Нет, вы говорите про моего отца, — поспешно запротестовал он, сбив Макэрдла с толку еще до того, как тот успел сказать что-нибудь полезное.
Глаза Макэрдла вновь прояснились Он снова был в настоящем и, вспомнив, что он только что сказал, настороженно посмотрел на меня.
— Почему он не должен был сюда приезжать? — спросил я.
— Кто? О чем вы говорите? Я в отставке, я старый человек, у меня больное сердце...
— Мой отец не должен был приезжать в Нью-Йорк, так? Почему?
— Не знаю. Иногда меня подводит память, я не всегда отдаю себе отчет в том, что говорю.
Парень и девушка вышли на берег. Макэрдл гневно нахмурился.
— Вон отсюда! Не лезьте не в свое дело!
— Мы идем в дом, — с вызовом сказала девушка. Всю жизнь у нее были деньги и, наверное, ей было все равно, получит она от него что-нибудь в наследство или нет. — Пошли, Ларри.
Они остановились и начали лениво собирать полотенца, сигареты и солнечные очки.
— Наверное, вам лучше поторопиться, — сказал
Девушка сверкнула на меня глазами, собираясь сказать что-то язвительное, но не решилась. Схватив свои вещи и недовольно хмыкнув, она с обиженным видом пошла по тропинке, покачивая бедрами. Парень, сердито глядя на меня, поиграл мышцами, возмущенный, что его бросили одного, и побежал за ней.
Когда они скрылись из виду, я повернулся к Макэрдлу.
— Кто мог знать, выпустили Эдди Кэппа или нет?
— Не знаю, это было давно. — Его глаза затуманились, затем снова прояснились. — Может быть, его сестра Доротея. Она вышла замуж за одного менеджера.
— Как его фамилия?
— Стараюсь вспомнить. Картер или что-то в этом роде. Кэстл, Кимболл...
Кемпбелл! Да-да, именно так. Роберт Кемпбелл.
Я записал имя в блокнот.
— Это произошло в Нью-Йорке?
— Да, он был управляющим целой сети универмагов в Бруклине. Кажется, «Бохэк»... Нет, точно не помню. Такой шустрый молодой человек. Она тоже была молодой, куда моложе своего брата. Симпатичная штучка, с такими блестящими черными волосами... — Он снова уставился в пространство, поглощенный воспоминаниями.
— Кто велел Уилларду Келли держаться подальше от Нью-Йорка?
— Что-что? — Он слегка приподнял голову, но тут же снова уронил ее на подушку. — Я старик, меня подводит память, у меня больное сердце. Вы не должны полагаться на мои слова. Надо было отказать Сэмюэлю. Надо было сказать «нет».
— Сэмюэлю Кришману? Он ведь не знает ответа на этот вопрос, правда?
— Этот дурак никогда ничего не знал.
Он расхохотался, при этом его брюхо затряслось.
— Но вы-то знаете.
Он снова затянул свою песню про то, какой он старый и больной.
— Скажите, кто приказал Уилларду Келли держаться подальше от города? не отставал я — Не знаю.
— Кто приказал Уилларду Келли держаться подальше от города?
— Я не знаю. Убирайтесь!
— Последний раз спрашиваю, кто приказал Уилларду Келли держаться подальше от города?
— Нет. Нет!
— Вы мне скажете, — прошипел я. — Или я вас убью.
— Я старый больной человек...
— Вы умрете. Здесь и сейчас.
— Отпустите меня. Оставьте прошлое в покое!
Я опустил голову и, прикрывая лицо руками, вытащил стеклянный глаз.
Потом закрыл левый глаз, и для меня наступила темнота. Правый глаз оставался открытым, но без стекляшки это, должно быть, выглядело ужасно. Теплый протез катался у меня в ладони.
Я опустил руки, склонился над Макэрдлом и, зловеще улыбнувшись, завыл:
— Теперь я вижу твою душу! Она черна!
Услышав, как он ахнул и сдавленно захрипел, я открыл глаз. Макэрдл корчился в шезлонге, с ужасом глядя на меня. Лицо его было темно-лиловым.
Я вздохнул и вставил протез обратно. Билл уже мчался по тропинке, зовя на помощь.