365
Шрифт:
Бабушка отвернулась и сделала вид, что пытается распробовать своё же мясо. Игорь, упрямством отнюдь не уступавший Еве Анатольевне в определённые моменты своей жизни, строго посмотрел на неё и был поражён, когда женщина смутилась. Она никогда не выражала ни единой ноты смятения, тем более, под взглядом какого-то мальчишки! Его бабушка воспитала не одно поколение студентов — и даже не десять, — и она-то знала, как правильно себя вести и как игнорировать чужие укоры! Сколько на неё смотрело студентов, проклинало за двойку и пыталось подстеречь у кафедры, дабы вымолить балл повыше?
— Ба, — вкрадчиво начал
— Такой же, как и твой дед! — обвинила его Ева Анатольевна. — Такой же внимательный! Вы, Ольшанские, сколько крови выпили за мои почти восемь десятков! Я просто не хотела бы, чтобы мой внук женился на неподходящей девушке. На какой-нибудь гулящей вроде твоей Веры. Или на женщине, что старше него. В конце концов, нынешняя косметология легко скрасит не год, а и все десять, и…
— Вот только не надо вешать мне на уши макаронные изделия, — скривился Игорь. — Насчёт Веры — охотно верю. Но насчёт разницы в возрасте, так тебя это никогда не смущало. Ты ж сама мне говорила, что лет пять — не приговор, и надо придерживаться современных взглядов, не так ли?
Ева Анатольевна смутилась и завозилась на своём месте.
— Говори правду, — с нажимом потребовал Игорь. — Я и так знаю, что ты знакома с Сашиной мамой!
— Конечно, знакома! — фыркнула Ева Анатольевна. — Она ж собиралась замуж за твоего отца!
Игорь уронил вилку под стол и даже этого не заметил. Он так и сидел, с открытым ртом глядя на бабушку.
— Замуж? — переспросил наконец-то он. — За моего отца? И ты спрашивала, потому что…
— Потому что, — Ева Анатольевна встала, — вы с Сашей очень напомнили мне мою с твоим дедом фотографию из далёкой молодости. И мне очень хотелось бы быть уверенной в том, что моему внуку не разобьют сердце так, как сделали это сыну. Но, исходя из возраста, я могу быть спокойна. Оленька всегда была на меня похожа, даже в молодости. Андрей ещё смеялся, что наш сын выбрал такую же, как и его мать. Потом сто раз забрал свои слова назад: в отличие от этой вертихвостки, я не сбегала из-под венца!
— Винница — большое село, — пробормотал Игорь. — Знакомые, родственники, бывшие невесты… Такое впечатление, что мы живём не в реальной жизни, а в мыльной опере…
Ответом было только короткое пожатие плечами.
— Вам с Сашей ничего не грозит, — ответила Ева Анатольевна. — Я просто уточнила на всякий случай.
О, бабушка всегда была человеком с холодным умом. Именно поэтому Игорь и не ждал с её стороны какого-нибудь подвоха.
— Наверное, потому я ей так и не понравился, что напомнил папу. Или деда, — протянул он. — И как всё это случилось?
— Ольга была моей студенткой, — ответила Ева Анатольевна, даже не думая отмахиваться от вопроса внука. — Довольно неплохо училась, должна я тебе сказать. С Колей они познакомились на каких-то очередных общественных работах, в восьмидесятых туда часто гоняли. Их группа из меда, наши, политеховские — сошлись в одной точке. Он ей помог что-то там сделать, они разговорились. Ольга мне нравилась, и деду твоему нравилась. И Коле, само собой. Дело уже к свадьбе шло, они заявление подали, а потом она польстилась на этого проклятого торгаша, Владимира, и сбежала! Коле сказала, что её не интересует учёный или медик-фанатик, она хочет реальной
Игорь вздохнул. Дальнейшую историю, содержавшую свадьбу и долгую несчастливую семейную жизнь, он прекрасно знал. Папа никогда не смотрел на свою жену с особым восторгом, большую часть времени проводил на работе, и теперь причина такого поведения была более ясна.
— Да уж, — Игорь закрыл глаза, пытаясь переварить услышанное. — Слушай, ба… И что теперь делать? Я даже не знаю, как об этом рассказать Саше.
— Не рассказывай, — посоветовала Ева Анатольевна. — Оно ей ни к чему. Мать её — стерва, но дети не отвечают за своих родителей. А Коля… Вы ведь живёте отдельно. Только, ты уверен, Игорь, что она не такая, как её мать? Та тоже была со стороны такая хорошая…
— Уверен, — ответил он. — И уверен, что другая мне не нужна.
Ева Анатольевна поцокала языком, но ничего больше не сказала. Очевидно, на что-то такое она и рассчитывала.
219
26 сентября 2017 года
Вторник
Эндрю, ввалившийся в кабинет, разумеется, без стука, обыскал помещение внимательным взглядом и плюхнулся прямо в Регинино кресло. То, что Игорь стоял в метре, его отнюдь не смутило. Правда, офисная мебель, удивившаяся такой наглости, прокрутилась вокруг своей оси и едва не сбросила Эндрю на пол, но он удержался, ногтями вцепившись в подлокотник.
— Доброе утро, — холодно поздоровался с ним Игорь. — Мне казалось, что мониторинг закончился неделю назад. И вы с мистером ван Дейком собирались покинуть Винницу в прошлый понедельник.
— Мистер ван Дейк покинул Винницу в прошлый понедельник, — ответил на английском Эндрю, а потом капризно заявил: — А я остался! Потому что мне в тех Нидерландах чертовски скучно, и женщины мне их не нравятся!
Игорь закатил глаза.
— Мне как-то всё равно, — сообщил он. — У меня нет времени тебя выгуливать по барам, а потом таскать по гостиницам.
— Кстати, — Эндрю хитро улыбнулся. — Ты понравился той администраторше. Она у меня трижды уже спросила, свободен ли тот симпатичный друг, который приволок меня в прошлый раз. Я обещал уточнить. Ты свободен?
— Я воспользовался твоим способом примирения, — сообщил Игорь, подавляя желание стянуть Эндрю с кресла. — Потому нет, я несвободен.
Деланно распахнув глаза, Эндрю схватился за сердце, изо всех сил демонстрируя, что он поражён подобной смелостью, а потом улыбнулся и устроился уже ровнее.
— Поскольку я решил остаться и дождаться миссис Разумовскую, — протянул Эндрю, — я несколько раз наведался на вашу кухню. Узрел там достаточно грустную Александру. Она так не хочет замуж?
— Нет, у неё другой повод, — ответил Игорь.
Саша ждала результаты анализов и, если честно, дрожала от страха по вечерам, хотя искренне пыталась не показывать это. Они должны были прийти в четверг, уже окончательные, и девушку колотило от дурного предчувствия. Игорь верил, что всё там будет хорошо, но и сам не ощущал былой уверенности.