365

Либрем Альма

Понедельник

— Твоя Вера мне звонила, — сообщил в лифте Лёша, как всегда, не выбирая ни время, ни место. Игорь сделал вид, что не услышал, но, к сожалению, не помогло. Алексей, как и его бывшая, относился к разряду крайне настойчивых людей. — Уточняла у меня рабочий график, между прочим.

— Я даже не буду интересоваться, откуда у неё твой номер телефона, — закатил глаза Игорь. — И даже не буду надеяться на то, что ты её послал.

— Сам разбирайся со своими бабами, — пожал плечами Алексей, проигнорировав какого-то стажёра, взятого ещё Региной. — Но если она придёт выдирать волосы кому-то

из наших девочек, то ты будешь виноват в этом, а не я. Ты что, не можешь послать её, прежде чем ухлёстывать за новенькой?

— Некоторые женщины, как и ты, Лёша, не знают слова "нет", — Игорь опёрся спиной о стенку лифта и равнодушно следил за тем, как за полупрозрачной дверью мелькали этажи офиса. Дождя не было, погода стояла, как назло, самая ясная, а Саша уехала на полчаса раньше, сделав вид, что не поняла предложения её подвезти.

Ольшанский не считал себя настолько идиотом, чтобы не понять: Лёша говорил о Вере не ему первому, и не слишком тихо. И, может быть, точно такими же словами и выражался. По крайней мере, вряд ли в нём проснулся культурный, толерантный и тихий человек — впервые за тридцать лет жизни.

Саша убежала хмурая-хмурая, хотя, впрочем, говорила, что это из-за родителей. Спросить, что именно с ними произошло, она не позволила — кто б мог подумать, что девушка на каблуках может так быстро бегать по ступенькам, а Лёша — всегда Лёша, — так не вовремя подходить с мобильным в руках и заказчиком на связи. И не пошлёшь же — услышат.

— Кстати, когда ты наконец-то соизволишь подтянуть свой английский? Стыдно тимлиду звать людей с другого проекта для синхронного перевода, — он скосил взгляд на коллегу, делая вид, словно просто шутит. Алексей скривился; иностранные языки для него были чем-то вроде персонального ада.

Обычно даже первое упоминание о чём-то подобном заставляло его прочно замолчать.

Пауза длилась один этаж; лифт открылся, и когда они вышли в холле, Лёша равнодушно бросил:

— Тебе что, одной мало?

— Кого, переводчицы?

— Девушки.

— Если ты хочешь забрать Веру, — раздражённо отметил Игорь, — то вон она стоит.

И только потом понял, что Вера действительно там стояла.

Что ж, море вроде бы пошло ей на пользу. По крайней мере, искусственный загар сменился натуральным, даже в меру, что на неё, в принципе, было не похоже. Волосы немного потемнели — краска, что ли, выгорела? — но всё остальное было в порядке. И платье симпатичное надела, то самое единственное из всего её гардероба, что ему нравилось.

Какого чёрта она здесь забыла?!

Она переминалась с ноги на ноги, стреляя глазами в проходивших мимо людей. Дальше холла, само собой, не пустили, там нужны были пропуска или идентификационные карты, но здесь, в приёмной для гостей, она чувствовала себя весьма органично.

Вера везде — особенно на вечеринках, где подавали алкоголь, — чувствовала себя органично.

— Здравствуй, — сделала она навстречу ему первый шаг, когда поняла, что Игорь планирует пройти мимо и обойтись коротким кивком. — Я пришла поговорить.

Что ж, может быть, и хорошо, что Саша убежала домой пораньше.

— Я тебя внимательно слушаю, — он всё-таки остановился, хотя явно нехотя.

— Что она тебе обо мне наговорила?

— Марина? —

Игорь изогнул бровь. — Что надо меньше выставлять в социальные сети свои фотографии, Вера. Впрочем, какое это имеет значение?

Она протянула руку, но он только отрицательно покачал головой.

— Мы расстались, Вера, — говорить ей это в лицо оказалось удивительно легко. — Ты неплохо провела без меня время, я без тебя — тоже. Если нам так комфортно отдельно друг от друга, зачем продолжать себя мучить?

— Я всё ещё жду тебя дома.

— Не забудь, что договор до августа, а потом тебе придётся либо съехать, либо проплатить дальше.

— Игорь!

Он посмотрел на неё, оглянулся на коллег — ну что за базарные бабы собрались?! — и тяжело вздохнул.

— Вера, я надеюсь больше не возвращаться к этому бессмысленному разговору. Мы существуем отдельно друг от друга. Меня это устраивает.

— Меня — нет.

Наверное, грубо было отвечать, что это её проблемы?

— Ничего не изменится, — ответил Игорь вместо этого. — Если тебе так будет легче, то, да, ты можешь считать, что я встретил другую.

— И это действительно так?

Он оглянулся на коллег — Лёша уже развесил уши так, словно они принадлежали заправскому слону, — и равнодушно пожал плечами.

— А это важно, Вера?

Она ничего не ответила. И даже не поняла, когда осталась одна в холле.

Всё действительно было кончено, хотела Вера того или нет. И это не зависело от того, встретил он кого-то или нет.

345

23 мая 2017 года

Вторник

Вера опять ждала его внизу.

Ситуация оказалась куда более неловкой, чем в прошлый раз; Игорь даже не заметил её сначала, переговариваясь с коллегами относительно развития проекта, и когда Вера встала в дверном проёме, преграждая путь, он остановился так резко, что кто-то, шагавший следом, едва не врезался ему в спину.

— Нам надо поговорить, — уверенно промолвила она и неодобрительно посмотрела на остальной коллектив. Собственно, от них требовалось отойти в сторону — Вере было всё равно, что она преградила дорогу всем, а не только своему бывшему молодому человеку, и, естественно, единственным замеченным фактом для неё оказалось присутствие в коллективе девушки.

Но Вере сейчас было не до злых взглядов в направлении чужих женщин. Она посмотрела на Игоря, аки невинное дитя, часто-часто моргая — это вызывало ассоциацию с каким-то мультиком, хотя Игорь не мог вспомнить его название. В любом случае, он не испытывал ни жалости, ни желания разговаривать.

В девушке, по меньшей мере, должна быть гордость.

— Мы уже вчера всё обсудили, — ответил он, но Вера не сдвинулась с места, упрямо глядя ему в глаза.

Стыдно, в принципе, должно быть Вере, но он чувствовал себя куда более неловко, чем она. Коллеги, уже догадавшиеся отступить, смотрели на неё кто с интересом, кто откровенно раздражённо, мечтая поскорее выбраться из здания офиса и отправиться домой. Кто-то уже шептался, и Игорь, даже если и очень бы постарался, не мог не уловить обрывки фраз, доносившиеся до него.