365
Шрифт:
Саша кашлянула так выразительно, что было понятно: в этом она тоже отнюдь не спешит отправляться в постель.
— Потому я выскочил в ближайший магазин…
И на него там вполне понимающе смотрели, между прочим. А какой-то мужчина, услышав размер, даже завистливо вздохнул и пробормотал что-то вроде "мне б такую".
— И я понятия не имел, что мне подсунули! Я в этом совершенно не разбираюсь.
Игорь лгал. Во-первых, выбирал он сам, иначе от покупки константной осталась бы только цена. Ему, между прочем, предлагали много чего — от кружевного пеньюара,
— Ну, а что мне было брать? — совершил последнюю попытку оправдаться Игорь. — Непрозрачную хлопковую сорочку до пола?
— Игорь! — Саша добыла из пакета пеньюар и встряхнула им. Вполне целомудренная в её руках тряпочка, кажется, должна была послужить не по прямому предназначению, а удавкой. — Я уж помолчу, что оно ничего не прикрывает…
— Оно и не должно… — проворчал Игорь, на заявлении типа "что я там не видел" успешно прикусив язык.
— Оно стоит почти три тысячи!
— Это мало? И я ж снял ценник, — он предполагал, что Саша уточнила в интернет-магазине. Ему обошлось дороже.
— Это много! — возмутилась Александра. — Я не нуждаюсь в таких дорогих подарках. Разодранная Магнусом пижама стоила в десять раз дешевле!
Игорь волевым жестом захлопнул ноутбук, решив, что ситуацию надо как-нибудь вывернуть себе в пользу, и хитро посмотрел на Сашу.
— Если ты это наденешь, будет выглядеть так, как будто подарок я сделал себе, а не тебе. И никаких проблем в ценовой политике.
— Игорь! — она вновь замахнулась на него пеньюаром, но в последний момент остановилась. — Это совершенно бесчестно.
Ольшанский, в принципе, и не сомневался в собственном коварстве, но ни капельки стыда по этому поводу не испытывал.
— Да, — охотно согласился он. — Я совершенно беспринципный тип, коварно соблазняющий юную невинную деву. Но для достойного злодейского антуража просто необходимо было избавиться от предыдущего наряда. Он абсолютно не подходил к картинке. Такая красивая девушка — и такие отвратительные штаны.
— В прошлый раз, — в том же тоне повторила Саша, — я была пьяна и беззащитна, и ты нагло этим воспользовался.
— Налить вина? — тут же уточнил Игорь.
Саша возмущённо ахнула, потеряла бдительность и наконец-то была захвачена в коварный плен. Сидеть у Игоря на коленях ей, кажется, совершенно не понравилось, и первые две секунды она искренне пыталась вскочить, но вскоре смирилась с абсурдностью идеи и, расслабившись, попыталась устроиться поудобнее.
Он тяжело вздохнул.
— Александра, — почти предупредительно промолвил Игорь. — Ещё минута, и мне уже будет всё равно, что на тебе, эта сорочка или монашеская пижама.
Она залилась краской и вскочила на ноги, но, судя по тому, с каким грозным видом удалилась в ванную перед сном, Игорь не ошибся: аналог своей пижамы Саша больше не искала. Пока что, правда, она
262
14 августа 2017 года
Понедельник
Ещё заходя в офисное здание, Игорь выглядел довольным, как тот мартовский кот, получивший-таки желанное вознаграждение за месяцы ухаживаний. Саша, к слову, тоже отнюдь не казалась несчастной и измученной; избавившись то ли от собственного страха перед новым этапом отношений, то ли от каких-то предрассудков, она то ли дышать стала свободнее, то ли не позволяла дурным мыслям лезть в голову. После того, как они, смеясь, долго и нудно застёгивали декоративные пуговицы, настроение было отличным у обоих, и Игорю казалось, что так и продлится до вечера.
Но, стоило только переступить порог кабинета и узреть Всеволода с очередной папкой, Игорь понял, что стоит ждать беды.
Сева, надо сказать, преобразился. Его пухлые щёки покрывала совершенно неуместная небрежная щетина, свидетельствовавшая о долгих часах работы, глаза светились воистину маниакальным огнём, а в движениях мелькало что-то очень и очень сильно напоминающее о том, почему работать надо в строго ограниченных количествах.
— Я, — гордо провозгласил он, — все выходные трудился над доработкой твоей архитектуры, раз уж мою не хотят принимать. И теперь требую, чтобы мои изменения были внесены!
Игорь скривился. Он посмотрел на талмуд, который новоиспечённый коллега держал в руках, и честно сказал:
— Читать не буду. Говори так.
Саша, предвкушая не самую приятную беседу, змеей проскользнула мимо Игоря и умчалась на своё рабочее место. Все остальные с совершенно постными лицами натянули на головы наушники и, наверное, включили музыку громче обычного.
Всеволод нахмурился. Он не понимал, почему его изменения так отчаянно не хотели принимать, его авторитет — признавать, а перед ним — если не преклоняться, то уважительно склонять головы в благодарности за избавление от лишнего кода.
Игорь открыл всё-таки папку и скользнул взглядом по нарисованному графику. Это совершенно не походило на переработку, скорее на отчаянную попытку всё испортить.
— Нет, — отрезал он. — Я уже это не утверждаю. И можешь не рассказывать ничего, не лезть ко мне и не пихать свои бумажки. Я принимаю только обоснованные коррективы.
— Ты ничего не принимаешь! — возмутился Всеволод. — Я буду жаловаться… Регине Михайловне!
— Вперёд, — снимая наушники, бросил ему фразу как вызов Дима. — Ты хоть понимаешь, парень, куда лезешь? Мы столько времени корректируем даже самые идеальные архитектуры, а ты просишь тут же утвердить твою и начать работу заново. Иди, успокойся, занимайся своей частью, а не путай людям все карты.