№3

Емельянов Алёшка

изыск, – любовью справлен.

Ты, может, сомелье?

Не знаю! Да и надо ль…

Распробуй тон в питье -

вина и авокадо…

Извергшийся поток

на чудо, смерть похожий.

Как жаль, миг короток!

В обед ещё продолжим…

Женщина

Просвирлен

и явно промашен,

промельничен терпко, легко,

снутри карамельно прокрашен,

приближен к усадьбам богов,

и вдоль, поперёк исцелован,

изобнят, истроган, как столб

Иисуса, теплом избалован,

отведавший вкусы меж проб

всеместий прекрасной из Женщин,

магической феи в сыть, сласть.

Не надо цариц, иноземщиц!

Лишь с нею хочу себя класть!

Всепробовать, чуять и ведать

до клеточек каждость её,

улыбкой, прижатьем обедать

желаю, мир сдав в забытьё!

Просвириной Маше

Underground

Расквасилась серая тишь,

туманом куря на рассвете.

И в кошке разжёвана мышь,

что с вытекшим глазом в привете.

Тут россыпи жёлто гниют,

без чаши, колёсьев тележка.

Сарай – туалетный приют,

угарным, бездомным ночлежка.

И в луже утоп бутерброд,

как будто слоёный корабль.

Есенинский кучится сброд,

стараясь заделать ансамбль

из выкриков, стуков в ведро,

замнившись поэтной пехотой,

заливши блевотой пальто,

стараясь довытянуть ноту.

Тоске, холоданьям почёт,

продрогшим, согнутым осанкам,

и нос отпростудно течёт

пи*дою младой нимфоманки.

Тут хмурые все за одно,

тут ссоры, кулачия блудней,

тут в листьях златистых говно…

Сюжеты воронежских будней.

Редкость

Сакральных и крашеных кралей

заведомо видно средь всех -

кто мазанный миррой, эмалью;

кого

ж не украсит злать, мех.

И мало так преданных чести,

потворщиц геройств и искусств.

Под слоем припудры и шерсти

одни лишь пародии чувств.

Циркачий, играемый облик

фальшивит в манерах, словах.

Всечуем естественный отклик,

который красив и в шагах.

Немногость редка, единична,

нечисленна в все времена,

искома и так экзотична,

поэтому так и ценна!

Заменитель

Вскипая и страстея,

прогнав от глаз кота,

соски лаская, шею

и впади живота.

О юных, статных грезя,

укуталась в мечты,

крадёшься, к влаге лезешь,

вздымаешь груди ты…

И фоном нот мотивы

кружат, ослабив стыд.

Тобой-красоткой, дивой

любой бы был бы сыт,

и внёс любовь иль похоть.

Тебе ж они не в масть…

И в одиночьи охать

ты выбрала… и мазь…

Направь орудье в низи,

к соседству бритых дыр

и в розовые листья,

их скользко харакирь.

Выпускание

Псиной отлаять на ветер,

рупором всех сматерить,

вышептав грусти у клети,

бранью, хулой одарить,

выпулить хохмы, подсечки,

сленгом щедро обложить,

срамны отцыкать словечки,

память-заплатки отшить,

брызгами рта орошая,

вылить и выдавить злость,

высказать, не вопрошая,

выкашляв зависти кость;

выплеснуть пыл недовольства,

выжать запасы тоски,

выреветь боль от изгойства,

вырыгать сажи куски,

выпеть все нотности птахой

и отрычать зверем ночь,