72

Доуз Кейси

Я молчу, после чего, не зная что сказать, бросаю:

– Наверное, спасибо.

– За то, что не считаю себя подосланным? Не торопись. То, что я не вижу в тебе предателя, не значит что я не вижу в тебе придурка. Попридержи благодарности.

К Сью вновь вернулся ее насмешливо-высокомерный тон.

– Ну если ты не считаешь меня хотя бы подосланным – подбочениваюсь я – может объяснишь, кто такие «Они»? И как они связаны с тем, что мы здесь?

– Это лишь теории.

– И о чем они?

– Мы не знаем как здесь оказались. Поэтому хоплэты строят

разные догадки на сей счет. Одна из самых популярных – что нас просто похитили и закрыли здесь. С какой целью – непонятно, но под «Они» ребята подразумевают тех самых похитителей. Лично я в это не верю. Зачем кому-то это делать, при этом не предпринимая никаких действий вот уже два месяца?

– И что на это говорят те, кто склоняются к этой версии?

– Они упорно верят, что мы можем быть детьми кого-то влиятельных из мира. И тогда нас просто держат до момента выкупа. Но что-то долговато для выкупа ценных детей, да? Если мы так ценны – то почему никто даже не обращает внимание на окно, что стоит у всех на виду и откуда мы постоянно шлем сигналы? И вряд ли все мы могли быть такого подозрительно одинакового возраста.

Понимаю, что согласен со Сью.

Версия с похищениями – бред. Если бы нас правда похитили – то почему тогда со мной задержались на два месяца? И прочие несостыковки.

– И они думают, что эти самые похитители прислали меня к вам? С какой-то целью и часами?

Она дергает плечами, как бы показывая, что все это полный бред и она с этим согласна, но такие хоплэты есть. Включая Ричи.

– Но ты в это не веришь – подытоживаю я – к чему тогда ты склоняешься? К какой-то другой версии?

– Ни к чему. У меня голова кругом – она крепко обхватывает пустую жестянку и, оперевшись ладонью о колено, резко поднимается – просто хочу выбраться и все, а не лясы чесать о том, как здесь оказалась. Оказалась и все.

Я киваю, но не спешу подниматься. Потому она в упор смотрит на меня сверху вниз и толкает ногой, как Ричи с утра, только не так больно:

– Вставай, Лаки. Рабочий день начался, нам пора. Познакомишься с Хоплесом получше.

– 2-

Перед тем, как окончательно отправиться в путь, Сью решает заморочки со своими волосами. Они частично высохли, частично так же валяются мокрыми патлами, поэтому она заплетает их обратно в хвост. Ее майка снизу уже подсохла, сверху все так же облепляет топ, но ее это не парит.

Половина хоплэтов уже разбежались.

Пытаки умчались одними из первых – включая Лютера и Ричи. Теперь почти разбежались и все кормаки – а чистяки начали свое дело как раз, когда Сью подбежала ко мне. Раньше я и не обращал особо внимания на нее – как сказал Лютер, все здесь «хоплэты». Но поскольку мы неволей стали общаться, я замечаю, что влажная майка облегает ее по фигуре – и та у нее есть. И талия на месте. Глаза – светло-зеленые, но обрамленные ярко-рыжими бровями, оттого будто даже интересные. В целом, думаю, Сью одна из самых симпатичных девчонок здесь.

Может, мне так кажется конечно, потому что я

уже знаю, что она лидер кормаков и подружка основных лидеров Хоплеса, а лидеры всегда кажутся привлекательными. Но так или иначе – что-то в ней определенно есть.

Видимо, я засматриваюсь, потому что она весьма недвусмысленно щелкает у меня перед носом пальцами:

– Правило номер один, Везучий.

– Я тебя не трогаю – невозмутимо фыркаю я и поднимаюсь – больно надо. Я вообще засмотрелся..

– Я заметила.

– Да нужна ты мне – закатываю я глаза и на удивление мой тон реально звучит правдоподобно – я в точку засмотрелся. Пытался вспомнить хоть что-нибудь из прошлого.. и ничего.

– Бывает – равнодушно кивает она.

Кажется, версия с тем, что я заглядывался на нее – больше приходилась по душе самолюбию Сью. А едва я обозначил другую – как она сразу потеряла интерес.

Ясно, ей нравится находится в центре внимания, хоть и находясь в нем, она демонстративно этим пренебрегает. Лютер сказал, что романтики здесь не было, но теперь я сомневаюсь, что у Сью ничего никогда не было с Лютером или, как минимум, с Ричи, который дает ей различные недвусмысленные клички.

Удивлюсь собственной тупости и выбегаю вслед из холла за ней. Я очухался черт знает где, черт знает с кем, черт знает зачем сюда меня закинули и хрен пойми, где выход – все совсем безнадежно, а я думаю о том, спала ли одна из девчонок Хоплеса с одним из парней.

Я и правда рехнулся.

Сью не особо меня ждет, но я быстро ее нагоняю:

– Зачем бежать? – возмущаюсь я, еле поспевая за ней трусцой – мы же не пытаки.

– Да, но так же должны обежать немало. Нам нужно принести побольше еды, и чем больше отсеков мы пройдем, тем больше найдем.

– Но есть же еще кормаки. Они тоже принесут. Нафиг лезть из кожи вон?

– Из твоей-то кожи вылезти несложно – замечает она, кивая на мои костлявые руки.

– Это ускоренный метаболизм – бурчу я.

И сам удивляюсь, что узнаю значение этого слова лишь в тот момент, когда его употребляю. До этого и знать не знал, что это такое. Обрывочная память – бесполезная и бессвязная, как сказал Лютер.

Так точно, командир.

– Ну-ну – легкая усмешка появляется на ее губах – давай, напрягись и меньше трепись. Болтовня скрадывает дыхание и ты быстрее устаешь. А я тебя ждать не буду. А останешься один..

– Попаду в трап – заканчиваю я уже с легкой отдышкой.

– Точно, Лаки. Так что работай тем единственным, что удачно выросло у тебя из задницы.

Я озадаченно вскидываю бровь.

– Ногами, идиот – заливисто смеется она и делает значительный рывок вперед, увеличивая между нами дистанцию – догоняй, скоро будет сектор В-02, там привал.

Я не успеваю особо разглядеть Хоплес – только и думаю, чтобы не потерять из виду Сью и не остаться самому. В какой-то момент понимаю, что это обосновано даже не страхом перед непонятным трапом, а реальным страхом здесь на фиг заблудиться. Я не знаю этих коридоров и отсеков – а если верить Лютеру, то здесь еще и семь этажей.