7Я

Sunon Boy

– Я не могу слышать голос его, но это еще не значит, что господь безмолвно слушает каждого сына своего. Остается нам рабам божьим только верить в его милость, надеяться на чудо. А пока держи каждый удар жизни, не теряя веру в господа. Это всё испытания наши, но ожидай многое, ибо…

– Пути господни неисповедимы.

– Всё так, Пэйт.

– Спасибо, Михаил, мне пора в дорогу.

– Не оступись по дороге на скользком льду, канал ещё не подмерз…

– А идти ещё не одну версту.

Пэйт, как обычно, приходил в центр Рубержа,

где играла на скрипке его любимая скрипачка Джанет Дюран. Но сегодня весь трепет перед тем как услышать игру на скрипке был лишь одним катализатором для хорошего настроения. А вторым – утренняя весть о том, что родная сестра жива. Пэйт слушал в наушниках одну из до сих пор живых песен ушедшего времени давно погибшего автора. Размечтавшийся о новой жизни с сестрой, он подпевал строки из этой песни: «Над рекой Невой стоит туман, над дурман травой пам-парам-пам!». Пэйт весело обходил стороной скучные стеклянные дома и панельки довоенного времени, казалось, их никогда не снесут Конечно, Джанет в основном преподавала изобразительное искусство, но игра на скрипке среди серых улиц Рубержа придавала очень много сил учить студентов искусству, чтобы самой не умереть от одиночества, в ожидании родного брата, ушедшего в центр зоны Франции – Ла Тур Нуара. Пэйт любил приходить на каждое ее выступление, чтобы услышать прекрасную игру на скрипке, благодаря которой он мог не думать о проблемах, спокойно наслаждаясь прекрасной музыкой и игривым танцем уличного музыканта. Скрипачка перебирала пальцами струны, извиваясь под мелодию, которую пропускала сквозь души прохожих. Джанет потихоньку отходила, чтобы взять следующие ноты, медленно подходя к апогею своей мелодии. Смычок то взлетал ввысь, то медленно опускался вслед за горделивым носом довольной своим исполнением великолепной скрипачки и популярной художницы Джанет Дюран. Пэйт всегда боялся подойти к ней ближе, желая оставить Джанет своим идеалом – кристально чистым человеком, чьи руки никогда не испачкаются в крови. Пэйт не хотел, чтобы Джанет что-либо знала о нем – бесстыдном эгоисте, нещадно убивающем всех, кто встанет у него на пути. Поэтому Пэйт всегда старался затеряться в толпе, скрыться любой ценой от невинных глаз француженки, и только громко аплодировать каждый раз, когда Джанет заканчивала игру. После каждого выступления она гордо произносила одну и ту же фразу: «Моя музыка всегда со мной!». Она очень нравилась Пэйту, потому что иногда заставляла задуматься: «а что всегда со мной?»

Глава 2 «Изорванный плащ»

Пэйт и Джек стояли на своем излюбленном месте. Небольшой участок трассы, что служил мостом, под которым проходила железная дорога. Джек, опираясь на перила моста, беспокойно смотрел вдаль, где виднелись огни ночного города, окутанные ядовитым смогом оружейных заводов, закрывающих даже тусклый свет луны над паутинным куполом.

– Дорогой человек, сигаретки не найдется?

– Держи. – не торопясь какой-то проходимец отдал сигарету и ушел дальше по своим делам.

– Пэйт, опять сигареты стреляешь…

– Да брось, Джек. Я стрельнул не сигарету, а пару минут чистой радости.

– Когда же ты бросишь курить.

– Когда и без сигарет буду счастлив. Но, знаешь, Джек, я уважаю некурящих людей.

– То есть шлюх без вредных привычек, в том числе?

– Дебил, отдавать тело кому попало – привычка куда более мерзкая.

– А что насчет курящих животных?

– Джек, ты где такое видел?

– В японских мультиках, они и не такой рисуют в Китай-городе.

– Какой ещё «Китай-город»? Это квартал Одиннадцатых.

– Да

какая разница?

– Как корабль назовешь, так он и поплывет.

– Пэйт, что за бред? Тебе стоит поменьше общаться с русскими.

– Да ладно тебе, душевные они парни.

– Поэтому и приняли в Немезис все страны мира. Их сука даже анализатором речи не поймешь.

– Умом Россию…

– Да заткнись ты!

– Джек, ты чего такой злой сегодня?

– Чувствую, что-то плохое должно произойти, это точно.

– Расслабься, всё только начинается.

– О чем ты? Моя чуйка никогда не подводила.

– Поэтому я тебя и позвал сюда. Я знаю где искать сестру.

– Погоди, это не шутка? Лилия правда жива?

– Есть одна проблемка. Она в руках Желтой Мафии.

– Пэйт, только не говори мне…

– Что собрался разворошить там всё вверх дном. Не бойся, у меня есть план.

– Пэйт, ты можешь умереть.

– Нет, Джек. На этот раз я смогу наконец-то начать жить.

– О чём ты? Что тебе мешает жить на окраинах Рубержа? У нас же есть и жилье и работа, живи спокойно!

– Джек, куда я приду с такой жизнью? В глубокой старости запомню только, как хотел спасти родную сестру, но испугался даже попробовать.

– Ты всегда был таким. Пэйт, видишь где мы стоим?

– Не-а. Только то, что вдали. Желтая Башня. Даже в такой темноте за несколько километров виден свет из окон башни.

– Мы ведь на мосту, Пэйт. Настолько часто здесь виделись и общались, что уже не замечаешь этого места.

– А кому нужен этот мост?

– Я и сам не знаю. Но мне было бы жалко с ним расставаться.

– Слушай, Джек. Хотя бы в этот раз перестань за меня бояться. Я еще встречусь с тобой на мосту, вот увидишь!

– Спасибо, Пэйт…

Едва ли не сразу после этой фразы к Пэйту и Джеку подошел парень в фиолетовом плаще, желая спросить, как пройти к храму, в которой служит отец Михаил.

– Эй, парни…

– Тебе чего?

– Пэйт, лучше бы в этот раз ты продолжил его фразу.

– Джек, это так не работает.

– Ты чего так странно вырядился? Косплеер что-ли? Тогда Китай-город в той стороне. Там все аниме фестивали проходят.

– ДА КАКОЙ ЕЩЁ СУКА «КИТАЙ-ГОРОД»?! ТАМ ЯПОНЦЫ ЖИВУТ И РАБОТАЮТ! ВЫ, ДВА НЕДОУМКА!

– Ты чего такой злой?

– Тебя так бесят неверные имена?

– Не путай ИМЕНА и НАИМЕНОВАНИЯ! Назови ты себя хоть Джеки Чаном, ничего не поменяется! Но стоит тебе назвать оружейный магазин «Тортики Насти» – ВСЁ ПОЙДЁТ ПО ПИЗДЕ!

– Спокойнее, друг, тебя то как зовут?

– Никакой я тебе не друг, да и какая нахрен разница как меня зовут?!