86
Шрифт:
Выдержав его бешенный взор, я добавил: — На ближайшую неделю мужчины рядом с ней худшее, что может быть для ее психики.
— И откуда ты все знаешь, — сплюнув мне под ноги, раздраженный моей правотой Сидор скрылся в дверном проеме соседнего помещения.
— Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — я уже забыл эту девушку, но стоило ей улыбнуться, как память услужливо напомнила, что именно она приветствовала меня в первый день посещения корпорации Экспансия за стойкой информации.
— Добрый
— Для подачи формы о досрочном расторжении контракта нет необходимости в личной встрече с клиент менеджером, — ее улыбка стала слегка натянутой: — Достаточно просто заполнить формуляр.
С последними словами она протянула мне планшет.
— И как быстро удовлетворяют прошение о расторжении контракта? — просил я, не спеша брать в руки протягиваемый гаджет.
— К сожалению моя должность не позволяет мне получить доступ к подобной информации. Насколько я знаю, все решается в индивидуальном порядке, — ее лицо окончательно потеряло естественность.
— Я спросил просто так, простите, — милая девушка минутой назад мне нравилась намного больше: — На самом деле я не собираюсь расторгать контракт, у меня другой вопрос.
Не поверив мне, стоящая передо мной служащая компании что-то внесла в стоящий перед ней терминал.
— Жробин Алекс, примите мои поздравления, за четыре недели пребывания на Эхплисе вы ни разу не умерли и увеличили свой кредо-счет на приличную сумму, — ее улыбка снова была широка и искренна, а в глазах появился интерес: — Клиент менеджер вас ожидает!
— У вас очаровательная улыбка, — не сдержавшись, сказал я, прежде чем направиться вслед за появившейся сбоку другой девушкой.
От моего комплемента оставшаяся за стойкой девушка зарделась и чуть слышно сказала: — Меня зовут Лера.
— Сегодня в семь у бара Пропеллер? — предложил я.
Дождавшись чуть заметного кивка, я улыбнулся и последовал за уже заждавшейся провожатой, для которой наш обмен договоренностями не составил секрета и явно злил.
— Что вас привело ко мне, — спросил клерк: — Насколько я могу судить ваши дела идут в гору.
— Это так, — осматривая кабинет, который приобрел наконец-то необходимые атрибуты обжитого помещения, сказал я: — Но это и вызывает мои беспокойства.
— Какого рода и что конкретно вас беспокоит, — сложив пальцы домиком, он уставился на меня.
— Согласно контракта, если я умру два раза, то мой третий клон лишится возможности покидать станцию, — начал я, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — Но хочу вас уведомить, что сложившаяся полу криминальная ситуация на самих станциях не гарантирует сохранности жизни.
Видя его удивленно вздернутые брови я добавил: — Я бы даже сказал, что лишиться
— Вы еще не достигли третьего уровня и не видели тех монстров, с которыми придется столкнуться, — покровительственно улыбнувшись, осклабился клерк: — После встречи с ними, любые стычки в коридорах базы покажутся вам детскими куличиками.
— И тем не менее, — я не принял его игриво- снисходительного тона: — Если мой третий клон умрет на станции, что будет со мной.
— Согласно раздела 57/14 подписанного вами договора, у вас будет выбор, или заплатить пол миллиона рублей за тело нового клона и отправиться опять на базу или сесть в тюрьму на десять лет.
В повисшей в комнате тишине, было что-то гнетущее.
— Существует ли вероятность того, что правосудие восторжествует и убивший меня человек понесет заслуженное наказание? — задал я главный вопрос, ради которого и был разыгран весь этот спектакль.
— Ну что вы, — сообразивший что я не собираюсь скандалить, расслабился клерк: — Территория планеты Эхплис не подпадает под законы юриспруденции нашей планеты, как впрочем и тела клонов не являются членами нашего общества, что нивелирует любое действие современных законов по отношению к ним.
— Могу я получить официальное заявление вашей компании, относительно данного вопроса?
— Пожалуйста, — распечатав несколько листков бумаги, он протянул их мне: — И не советую обращаться к адвокату, он вам ничем не поможет.
— Большое спасибо, — прощаясь, я искренне улыбался, так как получил все что хотел.
Я получил индульгенцию на свои действия на территории планеты Эхплис, и все что произошло и произойдет будет иметь только одного судью, мою совесть.
— Ты опять их убил, — сказанное не было вопросом, это была констатация факта.
— Да, — я кивнул головой, не имея желания врать.
— Зачем? — Витр сидел напротив меня.
— Когда у них закончатся оплаченные клонированные тела, предстоит выбор, — посмаковав паузу, я продолжил: — или заплатить полмиллиона рублей и сова оказаться здесь чтоб быть убитыми или пойти на десять лет в тюрьму на планете Земля, как нарушители контракта с Экспансией.
— Кто тебе это сказал? — удивился он.
— Я в свой отпуск не пожалел времени, и сходил к юристу и адвокату, — осклабился я: — шесть часов свободы стоили полученной информации.
— Смотрю ты подготовился, — Витр как-то сразу сник.
— Здесь нет закона! На нижних уровнях станции трупы солдат лежат по несколько дней, никто не заботится о правосудии! — взорвался я: — какого хрена я должен играть в толерантность, если могу и хочу жить в согласии со своей совестью?
— А что будет, когда ты будешь не прав? — спросил он.