86
Шрифт:
— Находясь в мастерской, я как вон тот бармен, — я кивнул в сторону барной стойки: — Если у него есть коньяк, он его нальет, если нет кредитов, то не нальет. Он лишь промежуточное звено, винтик в механизме. Такой же, как и я.
В глазах мужчины появилось раздражение.
Чувствуя что почти убедил, добавил: — Мне не от хорошей жизни пришлось покинуть родную планету и тухнуть здесь. Если бы представился шанс, я первым обратился бы к вам или вашим друзьям. У меня престарелые родители и деньги очень нужны.
Под конец фразы,
— Ищи варианты, — процедил он через зубы: — деньги не проблема, как что будет, свяжешься вот с ним.
Второй мужчина, на которого указали, скинул мне контактный номер комма и поспешил на выход. Я смотрел в спину его хозяина и понимал, что даже многократная смерть не сможет достучаться до совести этого человека и заставить уважать права остальных.
Скорее всего, любое силовое воздействие, закончится смертью моих родителей на Земле, а потом и моей, стоит мне покинуть здание корпорации Экспансия на время покинув модифицированное тело и вернувшись в свое. Разговаривавший только что со мной человек был одним из тех, кто прибыл на Эхплис в поисках развлечений и острых впечатлений. Деньги были пылью, как впрочем и люди.
Все, что я мог сделать, это поставить его в общую очередь к моей мастерской, прировняв хотя бы в этом с остальными. ИИ станции начислял имеральды основываясь на своем собственном суждении. Один солдат мог сдать покореженный кусок металла и получить 400 имеральдов, а второй солдат мог получить 10, сдав почти целого киборга. Как я подозревал, все дело было в способе получения покореженного металла. Мародерам и перекупщикам ничего не светило, только личное участи в бою и проявленные усилия оценивались по достоинству.
Я не спешил делиться своими наблюдениями с вопящими под моей дверью барыгами. Чем дольше они будут в неведении, тем больше смогут заработать простые солдаты, перепродавая собранный лом.
— А что будет, если одеяло украдут? — солдат придирчиво осматривал маскхалат, не находя отличий от того, что он мне дал три минуты назад.
— Оно перестанет работать, — в сотый раз уже объяснял я, каждого интересовал один и тот же вопрос.
В мастерской пришлось ввести часы приема посетителей. В первые дни солдаты не хотели понимать, почему никто не спешит открыть для них дверь в два часа ночи и выполнить заказ, стоило им набрать десять имеральдов за сданный лом.
Ежедневно я принимал посетителей с двух часов до четырех. Мне так было удобно, мнения у остальных я не спрашивал. На двери мастерской появилась кривая надпись краской 86 и время работы.
— А как мне отличить его от чужого одеяла? — солдат не унимался.
— Если хотите можем сделать отличительною метку, — сказал я.
Судя про реакции, он этого и добивался, вытягивая из меня жилы своим нытьем. Все началось со Светы, подружки Шельмы, попросившей сделать изображение маленького белого
— Давайте напишем Жора! — я постарался никак внешне не проявить своего желания убить сидящего напротив меня посетителя.
— Смотрю не легко тебе приходиться, — вошедший после наконец-то покинувшего меня осчастливленного надписью солдата, был неожиданным и неприятным гостем.
Губастый, один из трех командиров отрядов, что приглашал меня на переговоры. Вошедшая вслед за ним девушка-техник, была совсем некстати.
— Я уже закрываюсь на сегодня, — попробовал откреститься от предстоящего разговора.
— Мы не надолго, да и времени еще без десяти, — губастый без разрешения уселся на стул.
— Чем могу вам помочь? — я проявил вежливость.
— Помочь можешь, но не мне, а ей, — сказал мужчина и добавил: — возьми ее в ученики.
— Юра, — позвал я партнера.
В последнее время парень ходил с обнаженным торсом. Железо, которое я в него напихал, имело множественные разъемы на руках, шее, левой половине живота и даже на лице. Вокруг правого глаза шла металлическая пластина, от которой создавалось впечатление что глаз искусственный.
— Что там? Я занят, — показавшись в дверном проеме, парень недовольно уставился на пришедших.
— Это мой помощник и его менять я не собираюсь, — не поворачиваясь, показал я себе за спину: — А большему количеству людей здесь делать не чего.
— Спасибо Юра, — отпустил я парня.
Он тут же ушел, бросив злой взгляд на девушку, та рассматривала его тело с явным страхом и отвращением. Демонстрация напарника достигла цели, и сама девушка точно теперь не будет рваться в мои помощницы.
Губастый отлично понял, зачем я звал парня, он задумался, как дальше вести беседу.
— Позвольте я кое-что скажу и покажу? — я решил направить разговор в нужную мне сторону.
— Ну, вы же у себя дома, — деланно хохотнул гость.
— Вы не могли бы положить руку на этот квадрат, — я обратился к девушке, не зная как ее звать.
— Я Жанна, — она уловила заминку в моем голосе.
Не раздумывая, она подошла к столу и прижала ладонь к квадратной поверхности. Я изобразил крайнее неодобрение увиденным и картинно закрыл лицо руками.
— Что? — девушка отдернула руку и с опаской осматривала теперь ее.
— Вот это я и хотел продемонстрировать вам уважаемый, — сказал я обращаясь к губастому: — вы так затюкали вашего техника, что он совершенно не думает. Делает только то, что ему скажут. Не удивительно что нет прогресса в саморазвитии.
Насладившись видом кислой физиономии командира отряда Тролли, я перевел взгляд на девушку.
— Жанна, даже несмотря на то, что наша прежняя встреча была для вас крайне неприятной, — я заметил тень пробежавшую по ее лицу: — вы продолжаете мне доверять. Вам это не кажется странным?