90-е

Смолин Павел

Щелкнув ручкой, начал изображать мыслительный процесс:

— Все любят животных, верно?

— Почти все! — Поправила мама.

— Достаточно близко, — Хохотнул я, — Значит, фильм у нас будет про собаку!

— Как «Хатико»? — Спросила мама.

— Не настолько грустный! — Покачал я головой, — Жанр — семейная комедия.

— «Семейная» — это хорошо! — Одобрила мама.

— Раз «семейная», значит будет про семью. Семью американскую — тогда фильм посмотрит весь мир, а если снимем с японцами —

только Азия.

Мама кивнула, мол, принимается.

— Американцы любят, когда главный персонаж в конце фильма приходит к успеху, поэтому у киносемьи будет небольшой бизнес, под который они весь фильм будут пытаться найти инвестиции.

— Например? — Улыбнулась мама с интересом в глазах. Кому-то явно весело!

— Например, освежители воздуха для автомобиля! — Пожал я плечами, — Под это дело «Хонда» еще и линейку таких выпустит!

— Воистину — сын своего отца! — Сымитировала вздох мама Хомура.

— Приму как комплимент! — Улыбнулся я, — А еще у семьи трое детей — девочка-младшеклассница, пацан-среднеклассник и старшая дочь — старшеклассница.

Мама покивала.

— По стечению обстоятельств, которое я придумаю потом… — Сделал вид, что не переписываю сюжет прямо из воспроизводящегося внутри головы фильма, — К семье попадает щенок какой-нибудь крупной проблемной собаки.

— Сенбернар! — Не подвел мой «соавтор».

— Сенбернар! — Радостно записал я, — Далее начинается классика — дети собачку любят, а глава семейства нет.

— Папа не позволил мне в свое время завести кота! — Пожаловалась мама Хомура.

— Какой кошмар! — Искренне ужаснулся я.

— Мяу! — Заглянул в гостиную Сакамото-сан.

— Ты меня услышал?! — Умилилась мама и сцапала котика на ручки.

— Ну и трам-парарам, папа ближе к финалу тоже начинает любить собачку, которую похищает злобный ветеринар.

— Зачем? — Удивилась мама.

— На опыты, например, — Пожал я плечами.

— А почему именно эту собаку?

— Я не знаю, — Расстроился я, — Так вышло!

— Это вот с таким несерьезным отношением ты пишешь сценарии? — Расстроилась и мама.

— Это же шаблон! — Начал я оправдываться, — Сейчас пойду наверх, наполню его диалогами и деталями, придумаю пару побочных арок, а в фильм на роль ветеринара возьмем максимально мерзкого плешивого мужика, и вот увидишь — никто и не заметит проблемы!

— Вот как? — Неуверенно протянула мама.

— Именно так! — Обнадежил я ее и пошел наверх.

***

Вечером, осилив «Бетховен» на две трети — было бы что осиливать? — заметил, что Чико как раз закончила с домашкой.

— Как насчет изготовления подарка для Ринтаро-сенсея своими руками? — Предложил я ей.

— Давай! — Кивнула всегда готовая к любому кипешу сестренка.

Нарядились в «наряд селюка: зимняя версия» и спустились вниз,

не забыв надеть вязаные шапочки — на улице холодно, и в соломенной никак.

— Бать, я возьму старую покрышку? — Спросил я сидящего на диванчике в обнимку с мамой отца.

— Конечно! В конце концов, ты же сам просил меня ее не выкидывать! — Пожал он плечами, и мы с сестренкой двинулись в гараж.

— В мире существуют настолько отвратительные вещи, что это делает их прекрасными! — Уделил я по пути время эстетическому воспитанию юной японской поросли.

— Это как твой «Биочервь»? — Поморщилась не сильно-то оценившая биопанк Чико.

— Не настолько травматично. И по-прежнему не говори взрослым, что я давал тебе его почитать, хорошо?

Я — ужасный старший брат, да. С другой стороны — я в ее годы и похуже вещи смотрел/читал, и ничего, вырос нормальным. По большей части.

— Не скажу! — С улыбкой пообещала хорошая девочка, — Тогда что мы собираемся делать?

— Увидишь в процессе! — Загадочно улыбнулся я, нашел на верстаке ножик и хищно направился к валяющейся в углу покрышке.

Через полтора часа — давно не практиковался — все было готово, и я открыл несколько банок с краской.

— Получается гусь! — Радостно сделала правильный вывод Чико, посмотрев на результаты первичной покраски.

— Да! Ты абсолютно права! Это он — гусь из покрышки!

— Никогда бы не подумала, что из колеса можно сделать что-то подобное!

Довели покраску до конца, для этого переместившись во двор — воняет же. Оставили гуся сохнуть — краска особо крутая, поэтому минут через двадцать уже можно будет нести такой-то подарок легендарному бонсайщику.

— Как думаешь, дедушке Ринтаро понравится? — С явным сомнением в голосе спросила Чико.

— Не может не понравиться! — С основанной абсолютно ни на чем уверенностью заявил я.

— Пойду позову маму и папу! — Решила сестренка прибегнуть к фокус-группе.

Увидев новый попаданческий шедевр, хроноаборигены выпали в осадок.

— Это подарок для дедушки Ринтаро! — Похвасталась Чико.

Батя закашлялся и спросил:

— Сын, ты уверен, что стоит дарить Ринтаро-сенсею что-то настолько… — Пожевал губами, — …Необычное?

— Как японцы, мы ведь ценим все редкое и необычное? — Развел я руками.

— Просто Иоши-кун подумал об окружающей среде! — Внезапно придумала этому оправдание мама Хомура, — Перерабатывают ведь далеко не все старые покрышки? — Обратилась она к бате.

— Не все, — Подтвердил он, с огромным сомнением глядя на образчик подъездного искусства.

— И если хотя бы часть того, что просто выбрасывается, использовать таким образом — нашей планете станет уже немного легче! — Закончила мысль мама.