90-е

Смолин Павел

— Я напишу компании письмо с благодарностью! — Успокоил его мой великодушный родитель.

Через пять минут мы сидели в приемной — у Дзюндзи-сенсея сейчас клиент. Увы, драматично записаться на осмотр не вышло — к Ито отправляет другой врач, и просто так к нему не попасть, поэтому ждем перерыва, чтобы поговорить в кафетерии.

Вот он — молоденький, в очках на улыбчивом лице и в белом халате. Раскланялись, простите что без предупреждения-ничего страшного. Зашли в кафетерий, заказали всякое рисовое, и я респектнул иконе хоррор-манги.

Он поблагодарил

и респектнул в ответ — за «Проклятие» и «Звонок». Уже почти без угрызений совести поблагодарил.

— Дзюндзи-сенсей, а вы бы хотели заниматься только мангой?

— Я не очень быстро рисую, поэтому, боюсь, жить только на гонорары у меня не получится, — Грустно улыбнулся он.

В моей прошлой реальности со временем у него получилось, поэтому можно попробовать ускорить — отсутствие необходимости ходить на "завод" ведь неминуемо скажется на продуктивности.

— Я бы хотел предложить вам работу, — На правах старшего озвучил батя, — Мой сын планирует заниматься множеством проектов, и отзывался о вас с большим уважением, — Воспользовавшись паузой, Дзюндзи-сенсей поклонился, — А еще — называет вас «жанрово значимым», поэтому вы бы оказали нам честь, согласившись стать штатным мангакой нашей семейной фирмы. Условия…

Рику-сан достал из портфеля и вручил контракт — шаблоны у него всегда при себе есть, так что просто вписали нужные детали, пока ждали икону жанра.

С поклоном и двумя руками приняв контракт, сенсей его просмотрел и задумчиво хмыкнул.

— Подумайте и позвоните мне! — Корпоративно-безукоризненно улыбнулся батя, протянув визитку, — И еще раз простите, что не предупредили о нашем визите заранее, — И мы отвесили коллективный поклон.

— Ничего! Ваш визит — честь для меня! — Поклонился Дзюндзи-сенсей в ответ, и мы попрощались.

— Спасибо, пап! — Широко улыбнулся довольный ребенок по пути к машине.

— Да ладно, я ведь знаю — рано или поздно эти вложения окупятся!

— Обязательно!

***

У аэропорта, под неодобрительным взглядом бати, взял Нанако за ручку и откланялся. Усевшись в такси, спросил девушку о предпочтениях, и мы поехали на каток.

— Давно не виделись, и я соскучился! — Улыбнулся я ей в машине.

— Я тоже по вам соскучилась, Иоши-сама! — Покраснела она, — Рада, что ваше лицо полностью вернуло свою красоту!

Тут немного покраснел уже я.

— Как твои дела вообще? Ладишь с девушками?

— Да! Мы вместе уже пару раз ночевали на ферме Кохарун!

— Вот оно как? «Кохарун», значит?

— Да! А еще — Хэру-тян и Нана-тян! — В конце указала она на себя, вызвав немного неприятных ассоциаций со старой соседкой. Фигня, выветрится.

— Рад за тебя! — Искренне порадовался я за своего секретаря.

Добрались до катка — ну и народу здесь! Подтянув шарфик повыше и натянув шапку пониже, получил на прокат коньки, переобулись и вышли на лёд. Взявшись за руки, чинно покатили вдоль бортика, уворачиваясь от других посетителей. Такое себе, если честно, но в компании с Нанако — вполне весело!

— С какой стороны

ты начинаешь есть таяки?

Нанако глубоко задумалась, машинально приняв влево — это я потянул ее, и мы объехали парочку пенсионеров, и ответила:

— Даже не знаю — пока о таких вещах не задумаешься, как-то не обращаешь внимания! — Мудро заметила она, улыбнувшись с мило-беспомощной миной.

— Вот и я до вчерашнего вечера не задумывался! — Покивал я и указал на ларек с закусками: — Пошли, проверим!

— Идем! — Охотно согласилась девушка.

Аккуратно переставляя коньки — не переобуваться же — дотопали до ларька, взяли по рыбке с кофе, и уселись на скамейку, глядя на катающихся аборигенов.

— Теперь я даже не знаю, как начать! — Хихикнула Нанако, вертя рыбку перед глазами.

— А я сделаю вот так! — Снова вгрызся в середину.

— Этот способ — точно самый неудобный! — Засмеялась девушка.

***

Домой вернулся полностью довольным неожиданным свиданием.

— Братик, папа забыл купить «Сникерс»! — Сдала нехорошего батю сестренка, встретив меня в коридоре — сегодня она белочка.

Радуясь своей предусмотрительности, достал из кармана плаща шоколадку и протянул Чико, победно посмотрев на вздохнувшего отца — выглянул из гостиной на кипиш.

— Папа все равно хороший! — Улыбнулась ему подобревшая после дозы шоколада девочка, и они вместе вернулись в гостиную.

Мне же нужно поработать, наверстывая упущенное время — руками я тоже пишу быстро, но не настолько, поэтому остаток вечера убил на дописывание второго тома «Махоутокоро» — в плане редактуры фанаты нынче в пролете, так что сразу отправлю в издательство с требованием не экономить на моем шедевре!

Зазвенел мобильник, я снял трубку и услышал взволнованный голосочек Чико:

— По новостям показывают дедушку Ринтаро!

Поблагодарив, метнулся в чердачную «гостиную» и включил телек. Так и есть — показывали сад Аоки, на фоне которого дед с уморительно серьезным видом рассказывал о гусе из покрышки, который подарили ему мы с сестренкой.

— Увидев в молодом поколении столь трогательное стремление объединить любовь к природе с желанием выразить себя в творчестве, я задумался, и решил, что должен поспособствовать этому благому начинанию!

Кадр сместился, явив нам невероятно тонко вырезанного из покрышки японского журавля. Одной покрышки для такого явно мало, поэтому деду пришлось склеивать и сплетать несколько. Если его покрасить — от чучела хрен отличишь!

— Вместе с фондом «Хонда» мы приняли решение провести национальный конкурс на лучшую скульптуру из покрышки! Помимо немалых денежных призов, победитель получит возможность возвести у штаб-квартиры студии «Тохо» двадцатиметровую скульптуру Годзиллы!

Ржака!

— Организаторы оказали мне честь, пригласив стать главой судейской коллегии, и я приложу все силы, чтобы оправдать столь высокое доверие. Следить за конкурсными этапами можно будет по телеканалу «Хонда-плюс», который начнет вещание первого марта!