А-Элита
Шрифт:
– Я все время путаюсь, – с неохотой признался Гром и затушил окурок в опустошенном спичечном коробке. – Антипаты, антиподы – очень созвучные слова. Кто придумал такие похожие термины?
– Разве суть в терминах? Вспомните поговорку: хоть горшком назови, только в печь не сажай. Согласен, слова похожие, но ничего, привыкнете. Все привыкают.
– Привыкну, – курсант закрыл в коробке хабарик «беломорины», постарался скрыть тяжелый вздох.
– И последнее, о чем я считаю нужным вам доложить, подводя черту под разговорами общего характера, – полковник взглянул на циферблат своих «командирских». – Да будет вам известно, экзамен с дохлым антиподом
Гром мотнул усталой головой, оттолкнулся локтями от столешницы, встал, выпрямил спину, прижал руки к бокам и отчеканил:
– Товарищ полковник, обещаю приложить все усилия, чтобы оправдать ваше доверие.
– Садитесь, курсант. Вольно. Иного я от вас и не ожидал. Сосредоточьтесь, я изложу вкратце суть предстоящей работы.
Полковник взял паузу, дабы курсант сосредоточился. Непростая задачка для человека, которого недавно вырубили ударом по единственной почке, дразнили «малышом», напугали запретом на курение, вынудили ломать голову у экрана компьютера, огорошили ощущениями, откровениями и в итоге доверием. В голове мешанина – личико девушки, информация о дисках, инопланетяне, анти– те и анти– эти, и еще эта чертова аура дохлого осьминога из разбитого яйца. А в пояснице ломота, во рту щиплет от выкуренного, и все остальное тело будто пропустили через мясорубку...
– Готовы, курсант? Сосредоточились?
– Так точно, – вынужденно приврал Гром, вздохнул глубоко, затаил дыхание и весь обратился в слух.
Последовавший незамедлительно монолог Стрельникова потряс курсанта до самых-самых потаенных глубин его молодой и немного наивной души.
Глава 4
Операция «Иуда»
В тот солнечный день, когда Лосев превратился в Грома и прописался в «Дюнах», уже не важно, под какой фамилией, вдалеке от теплых вод Финского залива звено «Су-39А» атаковало замеченный над зеленым морем тайги фашистский диск.
Экстраординарный инцидент: стычки с дисками вдалеке от крупных городов – большая редкость.
Мы потеряли все самолеты и пилота, который не успел катапультироваться, но на сей раз потери были ненапрасны – диск пострадал в бою и совершил вынужденную посадку в таежной глуши, в 126 км от населенного пункта Энск.
Как выяснилось позже, получивший фатальные повреждения диск дотянул-таки до желаемого квадрата, где летающее блюдце встречала группа фашистских пособников, ожидая посылку от хозяев-арийцев.
Из поврежденного транспортного блюдца (уточним – невеликого диаметра и объема) спешно эвакуировался экипаж: пара фашистов-людей и грей. Во время экстренной эвакуации раньше положенного сработала система самоликвидации диска, и в результате взрыва оба эсэсмана погибли, а грея серьезно ранило.
Оставшиеся невредимыми предатели
Грей внушил людям мысль, мол, недопустимо, чтобы его трупик был когда-нибудь кем-либо найден, и перестал подавать признаки жизни. Его еще долго несли, прежде чем решились закопать. Логично было бы взорвать труп или сжечь, однако фашистские прихвостни боялись обнаружить себя – над тайгой уже кружили вертолеты поисковиков. Место захоронения грея тщательно замаскировали. Еще какое-то время они шли группой, затем разошлись, надеясь каждый на личную удачу. Шансы на эту самую удачу были крайне малы – отряды поисковиков-десантников оцепили район, началась травля.
Одну двуногую дичь застрелил сержант-десантник и тут же лишился лычек вместе с краповым беретом за неумелый выстрел, повлекший смерть. Другой затравленный двуногий сунул в рот стволы охотничьего ружья и спустил курок. Третий канул в тайге, с вероятностью в 70% он утонул в болоте. Сквозь оцепление удалось проскользнуть лишь Антону Шубину, уроженцу города Энска.
Необходимая справка: Шубин Антон Леонидович, образование высшее, журналист-репортер энской газеты «Гудок», холост, беспартийный, несудимый. Недельный поход в тайгу журналист замотивировал как охотничью вылазку в компании приезжих друзей.
Шубин слыл знатным охотником и частенько разъезжал по стране с репортерским удостоверением в кармане. Профессионально общительный и не дурак выпить, он легко заводил знакомства со множеством самых разных личностей в городах и весях, куда заносили его судьба и редакционные задания. Время от времени то один, то другой, а то и целые компании развеселых знакомых навещали Шубина в Энске.
Просочившись сквозь оцепление, А.Л. Шубин как в воду канул (сначала и правда думали, что он утонул в каком-нибудь лесном озерце, и не подозревали, что он просочился), однако позавчера Антон Леонидович всплыл на 7-й линии Васильевского острова, возник в квартире известного органам и любимого ребятней детского писателя Кукушкина.
Однокомнатная квартира гражданина Кукушкина Аркадия Ильича, 54 лет, в прошлом дважды женатого, в настоящий момент холостого, несудимого и беспартийного, с марта 2001 года находилась «под колпаком» у госбезопасности.
А.И. Кукушкин – автор популярной сказки «Маленький великан», неоднократно переизданной у нас и шестикратно за рубежом, – являлся тайным диссидентом, или, выражаясь иначе, скрытым антисоветчиком. И, сам того не ведая, сотрудничал с британской разведкой.
Его окрутили на ежегодной книжной выставке в Москве. Соратник по перу с берегов туманного Альбиона предложил сказочнику с брегов Невы наладить дружескую переписку. Космополит Кукушкин с радостью согласился. И начался обмен депешами.
Соратник из Англии описывал будни литературной буржуазной богемы, а также интересовался настроениями советской творческой интеллигенции. Кукушкин охотно цитировал, кто да что болтал у него на кухне. А на кухне у Кукушкина чуть ли не еженощно позволяли себе предосудительно высказываться сильно пьющие мастера культуры, подчас с громкими именами, но чаще непризнанные. Письма в Лондон литератор Кукушкин строчил на английском, коим владел весьма и весьма скверно, между тем аналитики из МИ-6 кое-что для себя интересное в его посланиях находили.