А может?..

atranquility

— Что вам рассказала Джейн? — спросил Сандро, когда все четверо на следующее утро собрались дома у брата Нины и его девушки. Александр был мрачнее тучи.

— В общем-то, рассказала она немного, — начала Нина. — Она говорила о том, что вы познакомились, когда отдыхали на Кубе, кажется, весной 2014 года, а когда отпуск закончился, даже не оставили друг другу никаких координат, и вообще знали друг о друге мало.

— Что она — мать Амели, сомнений нет: Джейн показала нам не только свой паспорт, но и свидетельство о рождении Эми, — продолжил Йен.

— Да

и, если честно, я почти уверена в том, что большая часть из всего сказанного ею тоже правда. Когда я обнаружила Амели неподалёку от нашего дома, мы с Йеном решили обратиться в полицию. Нас обоих насторожило, что в записке было сказано прямым текстом сказано: кто-то из нас является девочке родственником. Именно поэтому мы оба решили пройти тест ДНК, хотя, по правде говоря, не верили в правдивость этой записки. И, согласно результатам, я являюсь близкой родственницей Амели, — сказала Нина и протянула документы брату. — Конечно, я была шокирована, поэтому попросила специалистов ещё раз перепроверить анализ. Все они в один голос сказали: «Ошибки нет, результаты точны». Я с самого начала заметила, что Амели очень похожа на меня в детстве. Помнишь, я показывала тебе её фотографии, когда была на съёмках «Трёх иксов»?

Сандро кивнул.

— Я думала, что это просто совпадение, но, как оказалось, это не совсем так.

— Джейн рассказала правду, — наконец проговорил парень. — Между нами действительно был короткий роман, но общение с ней я продолжать не планировал, поэтому даже не оставил ей телефона. Я знаю, что на момент нашего знакомства она жила в Нью-Йорке, училась на дизайнера в местном университете…

— Судя по всему, образование она получает и сейчас, потому что на наш вопрос о том, зачем она оставила Амели, мы получили исчерпывающий ответ: «Мне нужно продолжать учёбу», — отозвался Сомерхолдер.

— Она имеет все навыки тайного агента, — усмехнувшись, заключила Нина. — Для меня до сих пор остаётся загадкой — как она отыскала адрес нашего проживания. Джейн сказала, что ей помог друг-программист — мне, если честно, это кажется малореальным, но факт остаётся фактом.

— Слушай, Сандро, — вдруг обратился к брату Нины Йен. — Когда вы общались, ты не замечал в ней никаких странностей? Ну, например, заторможенная речь, расширенные зрачки, внезапные вспышки ярости.

— Нет, — мотнул головой Александр. — Она вела себя абсолютно адекватно. А что?

О том, как себя повела Джейн в доме Нины и Йена, он ещё не знал.

— Вообще, Джейн с самого начала произвела впечатление не очень воспитанного и безрассудного человека, но это не самое страшное. Когда мы с Йеном сказали ей, что девочку отдать не сможем, она вдруг вскочила и попыталась сделать это самостоятельно. Когда Йен попытался её остановить, она начала его душить.

— Какой кошмар… — прошептала Катрин.

— Я надеюсь, это не закончилось чем-то серьёзным? — с беспокойством спросил Сандро.

— Конечно, мне пришлось применить к ней физическую силу, но всё закончилось так же быстро, как и началось: Джейн не обладала нужной физической

подготовкой, чтобы долго противостоять.

— Это всё очень странно, — пробормотал Сандро, заведя руки за голову и упершись локтями в колени. — Может быть, она была пьяна? Йен, Нина, простите, пожалуйста. Из-за меня вам пришлось со всем этим разбираться…

— Твоей вины тут нет, Сандро, — отозвался Йен. — Но пьяна Джейн точно не была. В какой-то момент я увидел её руки: они все были в следах от уколов.

— Конечно, в полиции разберутся, — сказала Нина. — Но Амели ей отдавать точно нельзя.

— Нина, Йен, каким бы ни был итог, хочу сказать одно: вы — большие молодцы, — сказала Катрин. — Не каждому под силу сохранить трезвость ума в такой неординарной ситуации, принять ребёнка, как родного, и заменить ему родителей. Спасибо вам.

— Если честно, мы уже не надеялись на то, что настоящие родители Амели найдутся, — ответил Йен. — Мы очень быстро привязались к ней и пришли к единому решению: мы хотели удочерить Эми, если до окончания срока временной опеки — то есть, до середины июня, — её родственники не выйдут на связь.

— Поэтому появление Джейн стало для нас как гром среди ясного неба, — призналась Добрев.

— Но, думаю, понятно, что забирать девочку при живом и способном воспитать её отце — не слишком правильно в первую очередь по отношению к ней и к тебе, Александр, — сказал Йен. — Для самоуспокоения можешь сам провести тест ДНК, чтобы во всём убедиться.

— Да я и так уже понимаю, что это всё правда, — произнёс Александр.

— Ты должен забрать Амели, — твёрдо сказала Катрин. Затем девушка положила ему руку на плечо и чуть тише, но с невероятной теплотой проговорила: — Мы должны.

— Катрин права, — закивала Нина, для которой этот разговор был словно нож, который резал прямо по сердцу. Однако, как бы ей ни было больно прощаться с Амели, она понимала, что Александр должен воспитывать свою дочь самостоятельно.

— Конечно, — рассеянно пробормотал Сандро, по которому было видно, что пока он находится в какой-то прострации. — Это моя дочь, и воспитывать её должен я, — озвучил он мысли Николины. — Катрин, — несмело обратился он к девушке, — если ты не готова, я всё пойму: это большая ответственность, и…

— Ну ты и эгоист, — хихикнула Катрин. — Я же сказала: мы должны забрать Эми. А это значит, что я буду помогать тебе со всем, что связано с этой малышкой.

Александр с робостью взглянул на свою девушку и улыбнулся, прижав её к себе. Нина и Йен тоже не смогли сдержаться от счастливой улыбки: Александр и Катрин встречались всего год, но их чувства друг к другу были настолько сильны, что они не делили детей на своих и чужих, как это и делают люди, по-настоящему любящие друг друга. Девушка Сандро окончательно разбила все стереотипы, по крайней мере, у Нины: изначально семейству Добревых знакомство с новой спутницей Сандро не принесло положительных эмоций — она показалась им слишком высокомерной и слегка эгоистичной, не готовой к серьёзным отношениям.