А вот еще...

Колфер Йон

— Вы не возражаете? — произнес голос, исходивший, казалось, отовсюду. — Выражаясь несколько старомодно, порох в пороховницах сыроват уже… Если вы согласны посидеть неподвижно, я могла бы поддержать эту иллюзию еще немного.

— Так ты говоришь, эта, заарктурь твою медь, комната — иллюзия? — возмутился Форд, снова ткнув в стену пальцем.

— Вы не… Разве я не говорила… Ну да, да, иллюзия. Этот вестибюль существует исключительно у вас в головах. У вас у всех. Эта комната виртуальна. Или вам хотелось бы, чтобы я донесла эту

информацию до вас иным способом?

Форд почесал подбородок и не без огорчения заметил, что он не столь скульптурен, каким был на Хэй-Виляй.

— А как насчет видео?

Небо разом исчезло, сменившись несколькими изображениями птицы-робота, нетерпеливо щелкавшей клювом.

— А, — кивнул Форд. — Путеводитель «Автостопом по Галактике, мод. II». Так я и думал. Я тебя не видел с… — Форд порылся в воспоминаниях (которые с каждой секундой делались все отчетливее), — с тех пор, как ты пыталась разнести Землю к чертям собачьим.

— Вовсе нет, — возразила птица. — Совсем не с тех пор. Подумай хорошенько.

— Я вижу, ты апгрейдилась. Перья, там, золотые…

— Это иллюзия, бетельгейзианин. Я выгляжу так, как хочу выглядеть. Как делал ты — там, на курорте. Помнишь подбородок?

Форд мечтательно вздохнул.

— Еще бы. Это было круто. Особенно тень — профиль прямо-таки божественный.

— Я видела нескольких богов, — заметила птица. — У некоторых с подбородком так себе. Как по-твоему, зачем Локи так культивировал свою бороду?

Форд немного подумал.

— Возвращаясь к моему вопросу… так как насчет видео?

H2G2-2 нахмурилась, что, поверьте, не так просто сделать с клювом вместо носа.

— Ты что, не слышал? Порох в пороховницах заканчивается. Я не смогу долго удерживать этот вестибюль.

— Да тут ничего сложного. Всего-то двухмерная анимация, древняя такая хреновина. Я знаю, ты сможешь, если захочешь как следует.

Птица драматически закатила глаза и исчезла с одной из стен, а на ее месте возник черный экран с четырьмя схематическими, почти проволочными фигурами. У одной имелись в наличии немного неестественные выпуклости на груди, у другого — ущербный подбородок.

— Ха-ха, — хмыкнул Форд, обращаясь к небу. — Очень смешно.

На экране возникла мультяшная птица, парящая над головами четырех проволочных человечков.

— Добро пожаловать, — объявила птица, — на видеопрезентацию, которую мне хотелось бы назвать «Иллюзии для идиотов».

Форд предупреждающе помахал в воздухе пальцем.

— Значит ли это, что все люди в построенной тобой иллюзии идиоты, или это просто идиотское объяснение?

Птица не обратила на него ни малейшего внимания.

— Как многомерный, суперсовременный, всезнающий путеводитель, оснащенный лучшей моделью мордоорганического мозга, способной производить более десяти триллионов операций в наносекунду…

— Поближе к делу! — рявкнул Форд экрану. — И быстрее, а то я задницей чувствую приближение

плохих новостей, и мне хотелось бы побыстрее понять, в чем их суть. Кое-кто в этом помещении неважно справляется с плохими новостями, и мне стоило бы предварительно обработать истину, прежде чем выкладывать ее.

— Что ж, если ты кончишь ныть…

— Я кончил. Будь добра, продолжай.

Птица неспешно откашлялась, наслаждаясь драматическим эффектом.

— Как я говорила уже… Будучи столь совершенным биогибридным организмом, я без труда воткнула пучок нейронов в центры сна каждого из ваших мозгов — кстати, бетельгейзианец, твой найти оказалось сложнее — ну, а потом замкнула вашу нейронную сеть на мою.

Форд нахмурился.

— А ну покажи мультики, — потребовал он.

Голубые лучи протянулись от кончиков крыльев нарисованной на экране птички; они воткнулись в уши нарисованных человекоподобных фигур, выскочили у каждой из другого уха и, вернувшись к H2G2-2, уперлись ей в лоб.

— То есть ты нас усыпила и спроецировала сновидение?

— Я продлила вам жизнь, и довольно надолго.

— Но эта жизнь чисто виртуальна, так что на деле мы нигде не были?

— Совершенно верно. Нигде и никогда.

— Значит, мордоорганический, говоришь?

— Я старалась объяснить по возможности сжато.

Форд снова потыкал в стену, на этот раз двумя пальцами, наблюдая за причудливым взаимодействием нескольких разных изображений.

— Значит, все это сон. И не только эта комната?

— Нет, — холодно ответила эта птица. — Не только эта комната.

Форд потыкал еще.

— А как далеко назад?

— До «Бета-клуба».

— «Бета-клуб»… Что-то не нравится мне, как это звучит. Как пожарная рында. Бета-дзынь-блям-клуб. — Форд перестал расхаживать вдоль стены и застыл на месте. — Пресвятые какашки!

— Большое спасибо, — заявила птица — Путеводитель «Автостопом по Галактике, мод. II», — за несдержанность выражений. Я запрограммирована подпитываться энергией оскорблений.

— Можно подумать, мы так не умеем, — огрызнулся Форд.

Необходимое пояснение. У некоторых биологических видов, например, у цифролей с Сезефраса Магны, газового гиганта из системы Плеяд, дело обстоит в буквальном смысле слова так. Цифроли — крошечные плавающие представители семейства гастро-зоо, поглощающие излучаемую хищниками враждебную энергию и использующие ее в качестве собственного источника энергии. Чем больше злится хищник, тем быстрее уплывают от них в газовом океане цифроли. Сезефрас-магнусианские газовые драконы научились подбираться к цифролям как бы невзначай — небрежно насвистывая какой-нибудь модный мотивчик или притворяясь, будто ищут оброненную монетку. Как правило, цифроли попадаются на эти дешевые приемы, и их не спасают ни мощные энергетические фильтры, ни детекторы заподлянки.