A.D. 999

Белл Жадриен

31 декабря 999 года

— Это какой-то трюк, — сказал Элвин. — Наверняка.

Локи печально улыбнулся:

— Никакого трюка, друг Элвин. На этот раз нет. Это я оказался в дураках.

— Ты Локи, злой бог викингов! — воскликнул Элвин. Он злился. Реакция оказалась неожиданной для него самого, и он даже не понял, почему так взорвался. — Ты вступил с союз с Сатаной и стал его Антихристом! Посмотри на волка — он несет печать Зверя!

— Не буду отрицать, хотя я не считаю себя таким же плохим, — ответил

Локи и, опустив руку, погладил выжженную на лбу животного отметину. — Но этот ваш Сатана, этот князь Лжи, он обманул и меня. А враг моего врага — мой друг.

Женщина, восседавшая на черном коне, сердито фыркнула.

— Подумать только, я помогала ему! И что? Всех нас — отца, брата и меня — беззастенчиво использовали! Рада, что вы тогда спаслись.

Кеннаг стояла, потрясенная, с белым как мел лицом и странно неподвижная. Бросив на нее обеспокоенный взгляд, Элвин снова повернулся к Локи.

— Рататоск, — обратился он к устроившейся на его плече белке, — ты знаешь его? Что ты думаешь?

Зверек нервно заерзал.

— Не знаю, что и думать. Локи нельзя доверять, но он не лишен достоинств. Насколько я знаю, он любит своих детей.

— Послушай меня! — зарычал Локи. — Сатана освободил меня и моих детей при условии, что мы поможем ему положить конец этому миру. После того как он выиграл бы свое сражение, я начал бы свое, за наступление Рагнарёка. Я бы отомстил наконец богам, убившим одного из моих детей и заточившим в неволю других. Мое тело все еще гниет под землей, но мой дух находится в этом, позаимствованном на время теле. Сегодня я узнал, что меня обманули, что мой враг собирается не уничтожить мир, а поработить его. Он обратился против моего народа, данов, помогавших ему, и приказал убивать их как скот. Он отказал мне в единственном, ради чего я жил, в мести. Он украл у меня час победы и смерти. И все же я до сих пор нужен ему. Для исполнения пророчества необходим Антихрист. Но когда год закончится и он победит, нужда во мне отпадет. Мы, я и мои дети, будем возвращены в заточение. Навсегда.

Он шагнул к Элвину и стоял теперь рядом с перепуганным Валаамом. Его тело дышало яростью, голубые глаза блестели. Элвин смотрел на него и не мог отвести взгляд от того, кто был возлюбленным Кеннаг, а стал вместилищем злого бога.

— Только вы двое можете остановить Сатану. Вы единственные, кто угрожает ему. Он боится вас. Вот почему он послал Хель и Гарма найти вас. Вы хотите остановить его, чтобы спасти свой мир. Я хочу остановить его, чтобы спасти себя. Эгоистично, конечно, но это можно понять.

— Если это не ложь, — сказал Элвин, но голос его прозвучал слабо и неуверенно. Все, сказанное Локи, походило на правду. Все соответствовало тому, что говорилось о Сатане в Библии. А слова Локи о намерении Сатаны воцариться в мире на вечные времена отозвались в нем холодным страхом.

— Кеннаг? — тихонько позвал он. Она вздохнула, словно выходя из транса.

— Ты взял тело моего любимого, — сдержанно сказала

Кеннаг, стараясь не поддаться злости и отчаянию. — Ты убил его?

Локи посмотрел на нее с сочувствием.

— Я не знаю. Сначала я был в своем теле, скованном цепями, потом оказался в этом. Спроси у Анджело, что он сделал с духом Брана.

— У Анджело? — изумленно переспросил Элвин. — У королевского советника?

— У него, — подтвердил Локи.

Боже, он ведь встречался с этим Анджело, разговаривал с ним, не зная… Элвин поспешно перекрестился. Значит, все это время Враг был здесь.

— Как ты думаешь, есть ли надежда на то, что Бран еще жив? — не отступала Кеннаг, не обращая внимания на состояние Элвина.

— Не знаю. Может быть.

Кеннаг перевела дыхание. Ее щеки слегка порозовели. Прежде чем Элвин успел что-то сказать, она снова обратилась к Локи:

— Нам необходимо попасть на остров Иона, туда, где ты и твои люди убили невинных монахов.

Локи ничуть не смутился.

— Я знаю это место. На них, — он кивнул в сторону осла и лошади, — вы туда не успеете.

Валаам, вытянув шею, посмотрел на Элвина.

— Оставь меня, — тихо сказал он. — Я только помешаю тебе.

Элвин погладил осла по шее.

— Валаам, когда я пришел мальчиком в монастырь, ты уже был немолод. Я не могу оставить тебя здесь.

Кобыла Кеннаг заржала и замотала головой. Не в первый раз Элвин удивился тому, что не понимает это животное. Она явно была наделена разумом и выражала свои мысли вполне ясно.

— Так ты позаботишься о нем? — спросил Элвин, и лошадь закивала.

— Если у вас ничего не получится, вряд ли этот Анджело пожалеет старого осла, помогавшего тебе, — указал Валаам. — А если все получится, то ты придешь за мной. — Его карие глаза немного расширились. — Придешь?

— Конечно, приду, — успокоил его Элвин, понимая, что эти слова решили все: он оставляет животное и отправляется в путь вместе с богом обмана.

Ничего другого не оставалось. Элвин сполз со спины Валаама и погладил его по мягкому носу. В глаза ему бросилось кольцо с пятиконечной звездой. Кольцо заберут, и он уже никогда не поймет речь осла. Поддавшись порыву, Элвин крепко обнял друга за шею и тут же отвернулся.

— Похоже, нам придется связать свои судьбы с тобой, — сказал он Локи. — Никогда бы этому не поверил, но, кажется, мы сражаемся на одной стороне.

— Отлично. — Локи кивнул. — Хотелось бы посмотреть на лицо этого ублюдка, когда все его замечательные планы начнут рушиться.

Он улыбнулся. Элвину стало не по себе. Хорошо, что Локи с ними, а не против них.

— Но как мы туда попадем? — спросила Кеннаг. — Ведь у твоего коня тоже нет крыльев.

— Хель не будет сопровождать нас, — сказал Локи. — У нее другая задача — помочь сдержать воинство Анджело. А вот моему Фенриру… — он любовно почесал волку холку, — крылья ни к чему. Опустись, сын мой, и позволь нам взобраться на тебя.