Ааргх
Шрифт:
За Сун я не волновался, изящный эльф тоже двигался с блистательной девичьей грацией, а вот попытки славного Эшли подражать женскому качанию бёдрами выглядели едва ли не вызывающими. Оставалось надеяться, что на него не будут обращать слишком уж пристального внимания, в крайнем случае сочтут просто чрезмерно эксцентричной дурой, переевшей «волшебных грибов». Такие тут тоже были.
Мы с гномами скользили параллельно колонне, опекая её, как оленя на охоте, Туром и Нетуром – слева, я – справа. Ведьмы ушли довольно далеко от замка, но лес стал заметно реже, на небо выкарабкалась полная луна, и в дополнительном
Заросшее мхом, не очень высокое нагромождение камней, чёрных и красных. Вокруг них вытоптанная не одним поколением широкая полоса плотно утрамбованной земли без единой травинки или даже случайного листика. За ней, вплоть до редких, но могучих деревьев – сплошной зелёный дёрн, аккуратнейшим образом подстриженный и ухоженный. Видимо, ведьмы не первый год пригоняют свой замок именно к этому местечку на свой чёрный праздник. Просто от всего этого: от земли, от камней, от самого места веяло какой-то удушающей тоской и болью…
Мне трудно объяснять такие вещи, потому что ааргхи по сути своей мало подвержены унынию и самокопанию, мы живем очень скромно, без лишней уверенности в завтрашнем дне и глупых сожалений о дне вчерашнем. А вот для людей, особенно личностей истерических, творческих, обладающих богатой фантазией и неустоявшимся мировоззрением, «места силы» представляют реальную опасность сойти с ума.
Вообще-то под данное описание подпадал и мой драгоценнейший хозяин… Оставалось верить в лучшее и утешать себя тем, что сходят скорее с большого ума, а это к графу Эльгенхауэру-младшему никак не относится. Потому что тот, у кого есть мозги, поперед всех геройствовать не полезет.
Ведьмы выстроились в круг, плечом к плечу, те, у кого были куклы, поставили их на мягкий дёрн, на шаг впереди себя. Зачем – непонятно, но посмотрим… Те, кто нёс букеты листьев папоротника, быстро пустили их по кругу, так что по одной зелёной веточке было теперь у каждой участницы, включая и наших трёх, они, естественно, тоже безропотно приняли веточки.
Однако главной, или Верховной, ведьмы по-прежнему видно не было, хотя всё действо явно подчинялось строгой и чётко разработанной программе. Присутствующие развели руки в стороны и, низко опустив головы, дружно запели. Хор безбожно фальшивил, что скажешь, любители и наверняка не особенно репетировали…
Слов и мелодии я, разумеется, не воспроизведу, но если вкратце, то что-то невнятное о возрождении Великой Рогатой Матери, уничтожении её врагов, посевах из костей, поливах из крови и о новом мире, который из этой грязи непременно произрастёт. Может, и произрастёт, я же не земледелец, спорить не стану.
Но вот то, что груда камней в центре круга явственно завибрировала в такт песнопению – факт непреложный. Куски красного гранита светились, словно угли, а чёрная порода зримо наливалась совершенно особенной мощью, словно концентрируя в себе саму Тьму. И камни пели! Они издавали ноющий, саднящий звук, неприятно режущий уши, «место силы» действительно обладало могучей первобытной магией!
И я всё чётче понимал, что ведьмы собрались здесь неспроста. А следовательно, мне всё меньше и меньше нравилась сама наша затея, всё было слишком
Додумать не удалось – на вершине каменных глыб, словно из ниоткуда, возникла женская фигура в белых одеждах. Ну где-то, как-то, очень приблизительно похожая на ту, что приходила к нам в видениях на глади Слепой реки. Хотя там, помнится, было ещё две, так может, эта Верховная? Спросить не у кого.
– Сёстры! – по одному знаку все затаили дыхание. – Сегодня великая ночь Бельтейна! Долгожданный праздник посвящения и поцелуя! В эту ночь мы снимаем с себя все одежды, все запреты и все правила. Каждая из нас, шагнувшая внутрь круга, может предаться любым своим желаниям, даже самым низменным и порочным, и никто не посмеет сказать ей «нет»… Это ваша ночь, сестры!
Ведьмы ответили диким воем, визгом, топаньем и аплодисментами, но стоило фигуре в белом поднять руку, как вновь повисла тишина.
– Согласно обычаям, пусть к священным камням выйдут жаждущие посвящения!
Из круга выдвинулось шесть или семь женщин, судя по походке и стройности, довольно молодые. Они опустились на колени, и голос зазвучал вновь:
– Вы все знаете условия Договора. Знак «ящерицы» получит лишь та ведьма, что сумела не оставить следов и совершить истинное подношение. Все ли вы готовы?
– Да, о Верховная… – хором ответили вызвавшиеся.
Ага, значит, всё-таки это Верховная… Они никогда не называют друг друга по имени, только титулы, звания и уровень посвящения. Боятся, что, зная имя ведьмы, её колдовство может быть отправлено с удвоенной силой обратным адресом ей же! Ну а мы магии не обучены, мы будем бороться по старинке, дедовским способом.
Я прикинул в руке проверенный нож – докину наверняка, но поражу ли? Такая стерва, как ведьма, облеченная властью, вряд ли вскарабкается на всеобщее обозрение, не защитив спину магией от случайных колюще-режущих предметов. Будем ждать, гномы тоже славятся выдержкой.
– Все ли принесли вытопленный жир младенца?
– Да, о Верховная…
– Младенец был ещё жив?
– Да, о Верховная…
Я вдруг почувствовал, что выдержка мне изменяет. Огромным усилием воли закусил рвущийся наружу рык и увидел, как две «ведьмы» в задних рядах накрепко вцепились в третью, удерживая её от скоропалительных действий. Бедный юный граф, он всё ещё не понял, какое каменное сердце надо иметь, чтобы выжить в Приграничье и победить наверняка! А нож я всё-таки кину, вдруг попадёт? Но попозже.
– Вымажьте жиром губы и поцелуйте черный камень!
Все быстро сунули руку за пазуху, достали флаконы и склянки, размазали что-то блестящее по губам и поочерёдно запечатлели страстные поцелуи на горячем граните. Камень молчал, но вдруг, после последней кандидатки, он на миг вспыхнул красным! Девушка отшатнулась.
– Ты солгала! Ребёнок был уже мёртв, когда ты вытапливала его плоть… Бельтейн не прощает измены. Смотрите все!
В тот же миг провинившаяся схватилась за горло, опрокинулась навзничь, засучила ногами, её тело изогнулось под неестественным углом, она захрипела и… Я понял, что камень убил её. Все ведьмы круга дружно плюнули на землю. Те, что прошли посвящение, вновь опустились на колени, не обращая ни малейшего внимания на труп своей недавней подруги.