Аберрация
Шрифт:
— Учуял что-то, парень?
— Граница аномальной зоны впереди, в тридцати метрах, — тихо произнес «геккон». — Вон за теми валунами. И она… все время движется… пульсирует.
Роулинг поднес к глазам биноктар, включил автоматическую подстройку и программу фильтрации изображения на различных частотах. С минуту изучал панораму, потом разочарованно бросил:
— Ничего не вижу!
— Граница депрессии невидима в электромагнитном спектре.
— Как же ты ее определяешь?!
— Чувствую… — пожал плечами Гитар.
— Ну и что дальше? — ехидно прищурился Роулинг.
— Активируем защиту и продолжаем движение.
— Так, — Роулинг повернулся к остальным. — Внимание, господа. Мы добрались до зоны. Дальше двигаемся в другом порядке:
Теперь вся группа со стороны выглядела совершенно инородной окружающей обстановке. Мешковатые комбезы превратились в текуче-бликующие, скрадывающие фигуры силуэты, а шарообразные шлемы, покрытые зеркальным слоем, только усиливали впечатление, будто по равнине двигалась цепочка инопланетян. Они медленно приблизились к россыпи больших полукруглых камней, за которыми расстилалась до самого горизонта совершенно пустынная местность.
Фигура Гитара, шедшего первым, неожиданно задрожала, мгновенно уменьшилась в размерах в несколько раз, словно отдалилась на сотню метров, и исчезла. Роулинг инстинктивно замер на месте, получил чувствительный тычок в спину от Мбонги и рявкнул:
— Стоять!
Все замерли. Профессор Нганакаа шумно отдувался, в наушниках слышалось его прерывистое пыхтение. Затем голос Кирилла произнес:
— Граница?
— Похоже, — процедил Роулинг. Он осторожно протянул вперед руку и сделал маленький шаг. Ладонь не встретила никакого сопротивления, но вдруг уменьшилась до лилипутских размеров. Фрэнк поспешно отдернул руку.
— Оптическая дисморфия, — прокомментировал сзади Мбонга. — Граница зоны обладает, по-видимому, свойствами линзы…
Он не договорил. Перед ними на равнине возникла крохотная бликующая фигурка, шагнула навстречу и вмиг превратилась в человека, облаченного в «айзек» и шлем HMD.
— Следуйте за мной, — раздался в наушниках голос Гитара, и человек призывно махнул рукой.
— Идем! — решился Роулинг и первым сделал шаг за границу неизвестности. За ним последовали остальные.
На какие-то доли секунды у Фрэнка перехватило дыхание, возникло ощущение стремительного полета, а в следующее мгновение он обнаружил себя стоящим на точно такой же вересковой равнине. «Геккон» стоял рядом с ним, по другую руку замер Береснев, сзади выглядывали Мбонга и Ирен, и все дружно уставились вперед, не в силах оторвать взгляд от открывшегося зрелища.
Там, где в скалах прежде скрывался комплекс «Хроноса», имея наверху лишь капониры лифтовых и вентиляционных шахт да грузовой порт, распростерлась необычная конструкция. Больше всего она была похожа на колоссальный цветок раффлезии, [50] увеличенный в тысячи раз. Только лепестков у цветка было одиннадцать вместо пяти и все — разного цвета. А в центре возносилась на неопределимую высоту, подобно гигантскому пестику, знакомая ослепительно-белая «друза» хроногенератора, окутанная сполохами бледно-зеленого пламени. Временами то над одним, то над другим лепестком «цветка» возникала сетка молний того же цвета, что и лепесток, из которой медленно проступали призраки каких-то то ли строений, то ли растений, то ли причудливых скал. Сетка молний истаивала, и следом за ней так же медленно исчезали видения. А по всей равнине между невидимой границей зоны и конструкцией происходила непонятная активность. То и дело возникали странные подвижные вихри, напоминающие вращающиеся веретена; то тут, то там из почвы неожиданно прорастали ветвящиеся «кусты», поднимаясь на высоту нескольких этажей и моментально распадаясь в пыль, и даже часть привычных глазу растений вела себя необычно, меняя свою форму и цвет, а то и передвигаясь с места на место непонятным образом.
50
Раффлезия — тропическое растение-паразит, имеет форму плоского цветка
Некоторое время никто не мог произнести ни слова, взирая на открывшийся кошмар. Затем Роулинг тряхнул головой, будто сбрасывая наваждение, и хрипло спросил, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Ну и что все это значит?
— Цветок!.. — благоговейно прошептал у него за спиной профессор.
— Что еще за цветок, Мбонга? — морщась, обернулся Роулинг.
— Бутон Хроноса раскрылся! — все так же потрясенно продолжал шептать Нганакаа, уставившись остекленевшим взглядом на гигантскую кошмарную конструкцию.
Глава 2. Хардтаймер [51]
Цветок Хроноса. Синий лепесток
Минус-второй хронокварк
— Кажется, мы снова заблудились, Шкипер? — Хольбаум озадаченно почесал переносицу, вертя в руках 3D-планшет с моделью «Хроноса».
— Не может быть, — Павел включил подсветку планшета. — Мы сейчас на третьем уровне, так?
— Угу.
— Вот отсюда начинается технический коллектор, по которому мы спустились, так?
51
От англ. hard-time — безвременье.
— Угу.
— Значит, сейчас мы должны быть между зонами X-005 и X-004…
— Угу, а здесь что написано? — Курт направил луч противотуманного фонаря на диафрагму шлюза.
— «Зона X-111», — прочитал Михал из-за плеча Павла. — Это же в другом конце комплекса!
— Но уровень один и тот же.
— И что с того? — Хольбаум снова почесал нос. — Кто-нибудь знает, как мы сюда попали?
— Похоже, тут что-то с метрикой… — Михал с надеждой оглянулся на сестру.
Но Йонка, всю дорогу не проронившая ни слова, только отчаянно мотала головой и смотрела на всех большими и влажными коровьими глазами, в которых плескалось целое озеро слез и страха. Лужи черной субстанции среди остатков одежды, периодически попадавшиеся в коридорах, вызывали у нее приступы тихой истерики. И каждый раз Стейси Каллахен, вновь добровольно принявшей на себя обязанности медсестры, приходилось по несколько минут успокаивать девушку, а в один момент даже вколоть дозу транквилизатора. Иначе Йонка просто могла сбежать от них в порыве отчаяния, и тогда было бы нелегко найти ее в вездесущем голубом мареве.
— Прямо Зазеркалье какое-то! — нервно фыркнула Каллахен.
— Ладно, — Павел выключил планшет и спрятал в карман. — Пробуем еще раз. Идем через тот же коллектор на второй уровень, там попытаемся добраться до резервного энерговода, а уж вдоль него непременно дойдем до зала «Хроноса».
Группа выслушала начальника в полном молчании, не было задано ни одного вопроса, не мелькнуло даже подобия улыбки. На лицах глубоко укоренилось выражение угрюмой решимости: надо делать хоть что-то, потому что бездействие — это верный путь к безумию. Павел вздохнул и откинул крышку люка коллектора.
Когда последний из людей исчез в горловине коллектора, даже не прикрыв за собой крышку, из тумана в глубине коридора выступила давешняя темная фигура в комбезе техника и ремонтном шлеме с опущенным забралом. Некоторое время неизвестный стоял над открытым люком коллектора, словно прислушиваясь к невнятным звукам, доносившимся оттуда, а затем быстро и бесшумно подошел к диафрагме зоны X-111 и, окутавшись на миг жемчужным ореолом, прошел сквозь нее в соседний блок помещений комплекса.
Цветок Хроноса. Красный лепесток