Аберрант. Истоки
Шрифт:
– Я ЗДЕСЬ МАСТЕР! – немедленно появился ошарашенный демон.
– ДЖАБЕРВОКА! УБЕЙ! ОН УБИЛ МОЮ МАМУ! – Ортега так орал, что чудо. как еще не сорвал голосовые связки, после такого крика он погрузился в полную истерику, сопровождаемую дикими рыданиями навзрыд.
– СЛУШАЮСЬ! МОЙ МАСТЕР! – демон, оскалив зубы пустился в атаку......
Вот так началась история Ортеги Искариота, который в будущем, как вы знаете сыграет огромную роль в войне апостолов и аберрантов.
Что было дальше, в ту страшную ночь, когда свирепый демон Тот-Кто-В-Тени убил маму Ортеги....
А вот что дальше было.
Мать Ортеги Искариота, Мария Искариот была убита в первую ночь, когда началась страшная эпидемия, вызванная неким вирусом. Этот вирус погрузил всю империю в череду бесконечных похоронок и постоянной тревоги.
Убийца так и не был найден. Логично, ведь за демоном стоял человек, богатый аристократ, а аберрация с вызовами демонов карается смертной казнью.
Поэтому экзорцисты из Особого Государственного Подразделения ничего не нашли разумеется.
Всем было насрать на слезы и горе маленького десятилетнего мальчика, который рассказывал всем о страшной фигуре в ночи.
Ортега оказался в приюте при Государственной Апостольской Академии, где ему пришлось не сладко. Школьная дедовщина, прессинг со стороны воспитателей, издевки и попытки надругательства – вот через пришлось пройти Ортеге в ближайшие четыре года. За это время, Империя Златых Апостолов увязла в долгой и затяжной войне с планетой Земля. Недовольство росло в отношении партии Червонного Царя и его министров, также ошибок и просчетов правящего Совета. Народной симпатией стал пользоваться генерал Имперской армии и Апостол Воинов, знаменосец Имперского Стяга, Каос Завоеватель. Он и его элитные штурмовые легионеры творили чудеса в самых страшных боях. Также он часто выводил на чистую воду весь правительственный аппарат Империи и близкое окружение Червонного Царя. Контрабанда, взятки, наркотики, крышевание – такой перечень рушился на головы царским чиновникам.
На фоне этого, в столице империи начались скрытые уличные потасовки между сторонниками Червонного Царя и Каоса Завоевателя.
Это повлекло активизацию подпольных повстанческих банд, от анархистов с синдикалистами до оккультных группировок.
Также шла война между спецслужбами – Экзорцисты Червонного Царя противостояли имперским гвардейцам Совета.
Обе стороны имели друг на друга компроматы. В столице находились несколько тайных секретных военных научных биолабораторий, где проводились таинственные опыты и ритуалы с оккультизмом и генной инженерией.
Согласно официальной
Когда Ортеге стукнуло 14 лет, то по закону, начался переходный возраст, и тут появился опекун....
Христиан Дракулети, влиятельный и могущественный аристократ, человек, который и отдал приказ убить мать Ортеги.
Узнав об этом, Ортега дал клятву отомстить ему и всех причастных к этому преступлению.
Убивать не хотелось этого человека, наоборот, пускай вечно мучается и гниет в Главной Царской Тюрьме!
Важно найти улики против него!
Так прошло еще четыре года.
И вот наконец, Ортеге позвонил лучший друг Кир. Звонок был очень важный. Кир сказал, что нашел что то важное насчет Христиана. Важную улику, тень прошлого....
Стоя на крыше Академии, Ортега внимательно слушал Кира.
Кир, важно положив ноги на крылья статуи-гаргульи, сказал – Быстро же ты дружище сюда добрался! –
– Я бежал сюда как можно быстрее! Сам знаешь, последние годы был кромешный ад! – Ортега волнительно дышал – Шесть вонючих лет! Этот гавнюк-убийца на свободе! Всем насрать на убийство моей мамы! –
– Мне не все равно! – поправил Кир.
– И вот ты звонишь, говоришь есть важная зацепка? –
– Да! Только прошу! Тихо! Я сегодня помогал папе в Отделе Экзорцистов, я там стажируюсь. И среди всякого хлама нашел кольцо твоей матери! – сказал Кир.
Он огляделся по сторонам и говорит – Пока ждал тебя, изучил его вдоль и поперек, эта ценная улика! – он протягивает Ортеге кольцо.
Кусок полированного янтаря с резкими ровными гранями.
– На нем герб клана Дракулети! Моего опекуна! – воскликнул Ортега, разглядывая его.
– Вопрос, как оно попало к твоей матери? – задумчиво сказал Кир.