Абсолют
Шрифт:
— Без шансов, — прислушавшись к себе, по-человечески вздохнуло существо. — А жаль. Было бы интересно понаблюдать за подобной парой. С твоим потенциальным могуществом и с её знаниями, поддержкой и влиянием тебе покорились или добровольно бы перешли сотни и тысячи локаций. Возможно, ты смог бы совершить то, чего не удавалось никому на протяжении этого цикла истории.
— Что именно? — я неотрывно смотрел на паучиху. Шевеление губ совершенно не соответствовало выдаваемым словам. К тому же слышалось постоянное клацанье жвал.
— Поставить под свои знамёна
— О ком речь?
— Рано или поздно сам узнаешь. Если выживешь… А теперь, прости, Снежный Барс.
— За что? — я слегка напрягся. Подумал, что меня сейчас будут убивать. А после этого существо примет мой облик. И станет по Земле бродить не Джеймс Рид (к слову, с Томасом Ридом мы не родственники — однофамильцы), а моя копия.
Если придётся сражаться — зачем тогда было меня исцелять? — то лучше иметь под рукой дубину или хотя бы камень.
Осмотрелся, оценивая обстановку и разыскивая какой-нибудь увесистый предмет. Мы находились в странном месте, какое не могло существовать на нашей планете… В бескрайних лесах, в однообразных пустынях, в бездушных водах океана легко потеряться, ведь монотонный пейзаж не позволяет взгляду ни за что зацепиться. Тем не менее, если уметь определять местоположение по приборам навигации или, на худой конец, по звёздам, можно по крайней мере приблизительно выбрать направление. Вместе с тем и шелестящие деревья, и гонимые ветром пески, и плеск волн создают иллюзию жизни. Здесь же, если исключить паучиху и пять черных клякс под ногами, не было ничего. Совсем. Абсолютная пустота. Только бесконечное белое пространство, тянущееся за горизонт.
От созерцания данной территории мозг начал сбоить. Я слегка пошатнулся. Пришлось сосредоточиться на неестественно улыбающемся существе.
— Убить и принять твой облик? — через секунду передо мной предстал мой жалкий двойник: окровавленная и залитая зеленой жижей одежда, оголенные до бедер ноги, слегка пришибленный вид. Затем образ вернулся к рыжеволосой девушке. — Мне это ни к чему. И уж тем более я не какой-то пришелец, который захотел поработить твою планетку.
«Ты читаешь мысли?» — максимально внятно подумал я.
— Нет, я не вижу твоих мыслей, но чувствую всё, что ты хочешь сказать. Твоя мимика, источаемый аромат тела, пульсация вен — во всем этом я улавливаю подсказки. Тебя это удивляет, Снежный Барс?
Признаться, если бы сейчас передо мной раскрылись врата ада и из них высунулся сам дьявол, я бы и глазом не повел. Или если бы кто-то сказал, что персонажи всех комиксов не вымышлены, то и этому удивляться бы не стал. И даже если бы ощутил, как кто-то толкает меня в плечо и говорит, что я дергался во сне, то и на это лишь пожал бы плечами.
Черт, а вдруг всё это действительно обычный сон? Слишком уж много непонятных странностей, граничащих с шизофреническим бредом, происходит вокруг. Не знаю, насколько работает эта методика,
Так и сделал: пальцы с силой сдавили предплечье. Ноготь впился под кожу — ноль реакции.
Я ничего не успел сказать, как паучиха продолжила:
— В этом нет ничего странного. Это не влияние системы, а жизненный опыт. Сформировавшаяся человеческая особь видит, когда ребенок недоговаривает или обманывает. Родители почти всегда чувствуют это по интонациям, движениям, оговоркам. Пройдет век, другой, третий, и ты сам сможешь… — существо запнулось. — Что ты делаешь?
— Пытаюсь проснуться, — признался я.
— Здесь, — в руках перевоплощенной паучихи появилась мензурка, — была регенерирующая настойка, которая полностью купирует подобные сигналы. Если я прямо сейчас лишу тебя рук и ног, ты ничего не почувствуешь. И ты не спишь.
— Пусть так, — вздохнув, я перестал терзать предплечье, на котором уже проступила капля крови. Через мгновение кожа затянулась. Допустим, всё это не сон. Раз так, нужно собрать по крайней мере какую-то информацию. И начнем, пожалуй, с этой территории. — Мы сейчас где?
— Инстанс, — односложно ответило существо.
— И что это за место? — я вспомнил, как полз к аномалии, а перед глазами проносилась вся жизнь.
— Первозданный скрытый провал, — паучиха ухмыльнулась. Ей будто доставляло удовольствие наблюдать за моим непониманием.
— Хорошо. А это?..
— Я не могу ответить.
— Почему? — не сдавался я.
— На это стоит запрет. Когда ты перережешь нить от планетарного моба и прочитаешь оповещение, поймешь, о чем я говорю.
— Такие, как ты, приходят ко всем инициированным?
— Инициализированным, — поправила паучиха. — Именно это определение верно. И нет, не ко всем. Только к тебе.
— И чем я удостоился такой чести? — я постарался, чтобы в моем голосе не сквозил скепсис.
— Я давно не покидала своего логова. Настолько давно, что на тот момент твой биологический вид полноценно ещё не сформировался. Но мне интересно было взглянуть на нового возможного абсолюта.
Я слегка дернул бровями. Поверил ли я паучихе? Нет. Вид «Хомо сапиенс», если мне не изменяет память, насчитывает сотни тысяч лет. Хм, ну раз уж подвернулась возможность, узнаем, правдива ли моя теория. Не факт, конечно, что со мной будут предельно честны, но я ведь всё равно ничего не теряю:
— Инициализированные бессмертны?
— Даже этому пласту бытия рано или поздно придет конец, — философски заметило существо.
— Я интересовался…
— Одряхление твоему организму отныне не грозит. Пройдёт не больше года, как твоя оболочка физиологически станет такой, какой ей будет комфортно.
— Только мне?
— Всем инициализированным.
— Старики помолодеют?
— О, да. И очень быстро — им помогут характеристики.
— А если мне голову оторвёт, то что тогда? — я вспомнил Веню, который выстрелил в себя из «мосинки». — Я смогу подселиться в новое тело?