AD
Шрифт:
Ашот отвел свои маленькие глазки в сторону и как-то сразу потух.
– Я думаю, лучше тебе узнать об этом самой… в свое время…
– Что-то нехорошее, да?
Девушку передернуло от необъяснимого мерзкого предощущения.
– М-м-м… как посмотреть….
Диана поняла, что больше от коллеги ничего не добьется.
Канцона XVII
Вот этот зверь с чудовищным хвостом…
Мы не забыли о следователе, о Павле Борисовиче Катаеве, и его работе. Нет!
Правда, выяснилось, почти случайно, что на вечеринке «А. Д.» была некто Лилия Сафонова. Гражданка Сафонова в «А.Д.» никогда не работала. Кажется, только пыталась устроиться – ее увидела и запомнила HR-менеджер. Кроме того, Лилию несколько раз видели с Дианой Захаровой. Той самой, которая первой обнаружила труп. Об этом сообщила Анна Розенталь, офис-менеджер регионального отдела продаж, которая тоже вспомнила, что видела на вечеринке Сафонову. Вернее, Розенталь первая рассказала о том, что видела девушку, которая знакома с Захаровой. А персональщица потом сообщила ее анкетные данные.
Катаев чувствовал, что каким-то образом Сафонова замешана во всю эту историю. Может, сама о том не подозревая.
Следователь вызвал Сафонову для беседы. Она явилась. Сильно нервничала. На вопрос Катаева, какими судьбами ее занесло на чужой корпоратив, сбивчиво излагала, видимо, заранее продуманную легенду: хотела устроится в «А.Д.», прошла уже два собеседования, но взяла тайм-аут, чтобы подумать, воспользовалась случаем получше узнать коллектив компании.
– Вы были знакомы с Мандельштейном?
– Нет.
– А с кем из «А.Д.» вы знакомы?
– Н-н-н… ни с кем…
– Повторяю вопрос: «С кем из сотрудников „А.Д.“ вы знакомы»?
– Так, кого-то знаю, не очень близко…
– Диана Захарова?..
– А?
– Вы знакомы с Дианой Захаровой?
– Какое это имеет значение?!
Катаев не выдержал и взорвался. Эта дамочка его бесила.
– Такое, дорогая моя! Такое значение! Вы приходите на вечеринку чужой компании, где у вас только одна, но достаточно близкая, по моим сведениям, знакомая, Диана Захарова, и на этой вечеринке убивают босса компании, причем труп обнаруживает кто? Правильно, наша знакомая Захарова.
– И… что?
– Нет, это вы мне объясните, что, как и почему!
Лилия заплакала.
И Катаеву стало стыдно за свою грубость, несдержанность.
– Я… хотела с ней… помириться. Вот… а она… даже разговаривать со мной не стала! Увидела меня, развернулась и… ну, я тогда побежала вниз по лестнице и на улицу.
– Извините меня, пожалуйста. Во сколько это было?
Со слов Лилии выходило, что она покинула мероприятие задолго до предполагаемой гибели Мандельштейна. Она поехала в спортбар, там работает знакомый, он может подтвердить. Смотрели футбол, «Зенит» играл с москвичами.
– И какой счет?
– Один-ноль в нашу пользу.
– А кто забил гол?
– Аршавин.
«Похоже,
Странно только, что Захарова ничего не рассказала про Сафонову. Хотя следователь спрашивал – были ли посторонние на вечеринке?
Или не странно. Странно было бы, если бы рассказала.
Катаев сидел за своим столом, обхватив голову руками, и пытался думать. Женщины, женщины… cherchez la femme, так говорят французы. Ищите женщину. За каждым преступлением стоит женщина. Редко сама, чаще в роли леди Макбет, но тем не менее.
Сафонова… Кто рассказал о том, что Захарова знакома с Сафоновой?.. Какая-то… секретарша?.. Да, точно, секретарша, Юлечка… нет, Анечка! И как-то даже навязчиво рассказала… я ведь и не спрашивал… Надо, пожалуй, еще раз с этой Анечкой поговорить.
Павел Борисович набрал телефон «А.Д.». Он уже выучил его наизусть. Попросил региональный отдел, секретаря Анну. Его соединили. Когда Катаев представился, голос девушки дрогнул.
– Вам прислать официальную повестку?
– Нет… не надо… я сама приду…
Канцона XVIII
Нас бросил здесь ужасный Герион…
Рынок арендного жилья в Санкт-Петербурге весьма обширен. В городе постоянно проживают около двух миллионов приезжих. Они снимают квартиры, комнаты, ютятся в вагончиках, бытовках, некоторые живут прямо в цехах заводов или в складских помещениях. Здесь мы поговорим о квартирах и комнатах. Про пролетарский интернационал, занимающий не приспособленные для жилья помещения, будет совсем другая книга.
Сдают квартиры и комнаты, как правило, коренные петербуржцы. Коренные – значит, те, кто успели получить квартиру от советской власти. Даже если приехали в город на Неве всего за несколько лет до развала СССР. Коренные вымирают, у них больше жилплощади, чем они родили детей, а зарабатывать деньги они не умеют, потому излишки площади сдают. Тем и живут.
В последнее время стало больше арендодателей и другого типа: новых петербуржцев. Они свои квартиры, включая лишние, купили за деньги. На будущее или в инвестиционных целях. Это сейчас так говорят: «в инвестиционных целях». Раньше это называлось спекуляцией, и за нее давали срок. В общем, купили, чтобы потом продать подороже. А пока ждут повышения стоимости – сдают в аренду.
Но кто же арендаторы? О, это весьма разнообразные категории населения! Офисные клерки, студенты, торговцы, воры, проститутки, бездельники, командированные специалисты, иностранные шпионы. И не только приезжие, но и местные. Например, пары и семьи, решившие жить отдельно от родителей.
Нас особенно интересует одна категория, весьма между прочими распространенная.
Две девушки. Очень часто квартиру или комнату в городе Санкт-Петербурге снимают две девушки.
Не то чтобы они пара. Во всяком случае, не сразу, не с самого начала. Просто подруги. Они объясняют это тем, что они подруги, иногда лучшие подруги.