Адам Линк – Робот
Шрифт:
– Не так давно я закончил работу над твоим "мозгом" – сложнейшим составом из клеток иридиевой губки. Перед тем как вызвать его к жизни, я изготовил твое тело с помощью искусных мастеров. Я хотел, чтобы ты начал жизнь приспособленным к тому, чтобы жить и развиваться в ней почти по-человечески. С каким же нетерпением я ждал твоего появления на свет!
Его глаза засияли.
– Ты превзошел все мои ожидания. Ты не просто мыслящий робот. Металлический человек. Ты – жизнь! Новый вид жизни. Тебя можно научить думать, рассуждать, действовать.
Дни и недели пролетали незаметно.
Мой ум созревал и постоянно пополнялся знаниями из библиотеки доктора Линка. Со временем я смог сканировать и поглощать по странице за раз, как человеческий глаз сканирует строчки. Вы же знакомы с принципом телевидения – световой пучок сотни раз в секунду проносится над объектом, который нужно передать. Мои глаза, управляемые быстрыми электронами, могли делать то же самое. То, что я читал, усваивалось – запоминалось – мгновенно. С этого момента это становилось частью моих знаний.
Научные дисциплины особенно привлекали мое внимание. В человеческих делах всегда было что-то неопределимое, что-то, что я не мог понять, но наука легко усваивалась моим наукоемким мозгом. Вскоре я уже знал о себе все и о том, почему я "тикаю", гораздо более детально, чем большинство людей знают, почему они живут, думают и двигаются.
Принципы механики стали для меня удивительно простыми. Я внес предложения по улучшению своей собственной конструкции, и доктор Линк с готовностью согласился внести коррективы. Например, мы добавили в мои пальцы маленькие утолщения, которые сделали их почти такими же гибкими, как у их человеческих аналогов.
Почти, говорю я. Человеческое тело – это удивительно совершенная органическая машина. Ни один робот никогда не сравнится с ним по эффективности и приспособляемости. Я осознавал свои ограничения.
Возможно, вы поймете, что я имею в виду, когда говорю, что мои глаза не различают цвета. Вернее, я вижу только одну цветовую гамму – синюю. Для того чтобы я мог видеть все цвета, потребовалась бы невероятно сложная система устройств, превосходящая по размерам все мое тело. Природа упаковала все это в два шарика размером с крупные жемчужины для своих роботов. У нее был миллиард лет, чтобы сделать это. У доктора Линка было всего лишь двадцать лет.
А вот мой мозг – совсем другое дело. Оснащенный лишь двумя чувствами – одноцветным зрением и ограниченным слухом, – он все же был способен на полноценное восприятие. Обоняние и вкус – это гастрономические чувства. Они мне не нужны. Органы чувств – это приспособления, созданные природой для защиты хрупкого тела. Мое тело не хрупкое.
Зрение и звук – два единственных вида мозговых чувств. Эйнштейн, дальтоник, наполовину мертвый, с отключенными вкусовыми, обонятельными и чувственными ощущениями, все равно был бы Эйнштейном – в умственном плане.
Сон для меня – всего лишь слово. Когда доктор Линк понял, что может доверить
Он научил меня, как при необходимости извлекать разряженный аккумулятор в тазовой части моего металлического каркаса и заменять его на новый. Это нужно было делать каждые 48 часов. Электричество – это моя жизнь и сила. Это моя пища. Без него я просто металлический хлам.
Но я уже достаточно рассказал о себе. Подозреваю, что еще десять тысяч страниц описаний ничего не изменят в вашем отношении, вас, которые даже сейчас…
Однажды, не так давно, произошла забавная вещь. Да, я тоже могу быть забавным. Я не могу смеяться, но мой мозг способен оценить нечто смешное. Нежданно нагрянул садовник доктора Линка. В поисках доктора, чтобы узнать, как он хочет подстричь живую изгородь, он наткнулся на нас на заднем дворе, прогуливающихся бок о бок с доктором Линком во время ежедневной легкой зарядки.
Рот садовника начал было говорить, а затем нелепо раскрылся и остался таким, когда он увидел меня во всей красе. Но он не упал в обморок от испуга, как это сделала экономка. Он просто стоял, как истукан.
– В чем дело, Чарли? – сурово спросил доктор Линк. Он так привык ко мне, что в данный момент не понимал, с чего бы садовнику удивляться.
– Эта… эта штука! – выдавил наконец из себя мужчина.
– А! Это робот, – сказал доктор Линк. – Разве вы никогда о них не слышали? Разумный робот. Поговорите с ним, и он ответит.
После некоторых уговоров садовник смущенно повернулся ко мне.
– Как поживаете, мистер Робот, – заикаясь, проговорил он.
– Как поживаете, мистер Чарли, – быстро ответил я, заметив на лице доктора Линка выражение умиления. – Хорошая погода, не правда ли?
На мгновение мужчина, казалось, готов был вскрикнуть и убежать. Но он расправил плечи и скривил губы.
– Надувательство! – проворчал он. – Эта штука не может быть разумной. У вас внутри фонограф. Что насчет живой изгороди?
– Боюсь, – с усмешкой пробормотал доктор Линк, – что робот разумнее тебя, Чарли!
Но он сказал это так, чтобы человек не услышал, а затем дал указания, как подстричь живую изгородь. Чарли справился с работой не очень хорошо. Похоже, он весь день был на нервах.
Глава III. Моя дальнейшая судьба
Однажды доктор Линк посмотрел на меня с особой гордостью.
– Теперь у тебя, – сказал он, – интеллектуальные способности человека в возрасте нескольких лет. Скоро я объявлю о тебе всему миру. Ты займешь свое место в нашем мире, как личность, как гражданин!
– Да, доктор Линк, – ответил я. – Как скажете. Вы мой создатель – мой хозяин.
– Не надо думать об этом в таком ключе, – напутствовал он. – В каком-то смысле ты мой сын. Но отец не является хозяином сына после его взросления. А ты уже обрел этот статус.