Адам
Шрифт:
Широкие плечи воина поникли, он склонил голову, словно признав поражение. Его таким ещё никогда не видели.
— Значит, я не только убил любимую, а и ещё по моей вине она застряла на столетия в этом мире? — Вампир вскинул голову, от чистой ярости его глаза почернели. — Боже! И как после этого я не буду чувствовать себя виноватым? Я ненавидел себя тогда, до сих пор себя ненавижу!
Лицо Деймона исказилось от душевной боли. Лана отвернулась, чтобы отрешиться от его эмоций, толкнула себя глубже в воспоминания Роуз. В голове стали мелькать сцены из их прошлой жизни. Кэролайн видела тоже самое. Если от
— Ты не хотел её изменять. Тебя самого недавно обратили, и боялся, что не сможешь вовремя остановиться, однако поддался на уговоры любимой и… — Лана умолкла, посмотрела на воина-амбала, на неё волной нахлынула печаль, не только её, но и той, другой женщины, страдания которой ощущала, как собственные. — Деймон, тебе нужно её отпустить. Прости самого себя – только так ты сможешь дать ей свободу.
Вампир молча на неё уставился. Мышцы на его подбородке от напряжения подёргивались.
— Деймон, она была больна. Не сказала тебе и теперь за это извиняется, но хотела стать вампиром, чтобы больше не чувствовать боли. Подтолкнула тебя, не давая себе отчёт, что играла с огнём. — Лана приблизилась к воину, несмотря на пылающие гневом чёрные глаза. — Она пошла на риск: уж лучше смерть, чем чахнуть от болезни и умереть у тебя на глазах. Роуз хотелось избежать этой участи, и тебя не винит. Она сама этого захотела.
Наконец, Деймон отвел взгляд от Ланы и глянул поверх её головы.
— Ты закончила? — в отличие от обычной грубости и резкости в голосе уточнил почти мягко воин.
Близняшки переглянулись, потом Лана кивнула.
— В основном, да.
Деймон хотел было уйти, но остановился.
— Скажи Роуз: ей нужно двигаться дальше. Всегда буду сожалеть о содеянном, однако сейчас понимаю: чувство вины ничего не изменит. Я полюбил другую женщину, она своей любовью и участием помогает мне простить себя.
Лана подошла к нему и улыбнулась.
— Именно это Роуз хотела от тебя услышать. — Она ободрительно сжала его плечо. — Она желает тебе с Николь безмерного счастья.
Деймон всегда был не многословен, но по тому, как поджал губы, ей стало понятно: он пытается сдержать эмоции. Но потом воин кивнул, своего рода сказал ей спасибо.
— Скажи Роуз, что я о нём позабочусь, — подала голос Николь и обняла любимого.
— Она уже знает. В некотором роде именно из-за неё вы встретились, — сказала Лана и улыбнулась, видя их удивлённые лица.
Тут в комнату вошёл Джаред, и она к нему обратилась:
— Я, правда, ценю, что ты позволил мне это сделать. Знаю, тебе это нелегко далось, но, когда духи хотят что-то сказать, мне становится трудно сосредоточиться на чём-то другом.
— А что насчёт Дункана? — спросил Сид, глядя на молчаливого воина, прислонившегося к стене.
— Прям не знаю, что сказать, — мрачно отозвалась Лана. — У тебя был брат?
— Нет, — отрезал он, не шелохнувшись.
— Был ли кто-нибудь, кто связан с тобой и Слоуном? — добавила Кэролайн, потирая висок.
Дункан задумался.
— Да, — бросил он, обводя взглядом воинов. — У всех нас общее прошлое.
Лана почувствовала, как сестра напряглась, и тут же поняла: незнакомец в чёрном только что взял верх.
— Кэролайн, — закричала Лана, хотя осознавала, что опоздала.
Сестра
— Nos morituri te salutant! [5]
Голос Кэролайн, но слова были произнесены с такой силой, что Лана попятилась. Он прозвучал чётко и ясно в тишине комнаты.
5
«Nos morituri te salutant», сокращённое от «Ave, Caesar, morituri te salutant» (с лат. — «Славься, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя») - латинское крылатое выражение, которым, согласно произведению римского историка Гая Светония Транквилла («Жизнь двенадцати цезарей», «Божественный Клавдий», 21), при императоре Клавдии приветствовали императора гладиаторы, отправляющиеся на арену.
Когда тело сестры обмякло, и та стала опадать на пол, она попыталась её подхватить, однако её опередили Сид с Деймоном.
— Кэролайн! — испуганно закричала Лана. — Объясните, что она сказала!
Кэролайн потрясла головой, прислонившись спиной к Сиду.
— Ну, уж очень неприятные ощущения, — хмуро пробормотала она, а потом обратилась к Дункану:
— Скажи своему другу, кем бы он, чёрт возьми, ни был, чтобы без разрешения больше так не поступал.
— О чём идёт речь? — спросила любимого Лана, а тот как-то странно посмотрел на Деймона. — Сид, что, чёрт возьми, сестра сказала?
Когда тот промолчал, выражая своё недовольство, она толкнула его локтем.
— «Идущие на смерть приветствуют тебя», — пояснил вампир, взгляд его посуровел. — Немедленно приведите сюда Слоуна! — заорал Сид, помогая Кэролайн подняться на ноги.
Вот воины стояли, а через секунду пришли в действие. Лану просто взбесило, что её держали в неведении. От страха за сестру её голос дрогнул, а живот скрутило тугим узлом.
— Этот призрак опасен для сестры?
Пытаясь привлечь внимание любимого, она потянула его за руку, но тот просто уставился поверх её головы.
— Нет, — отрезал он.
— Сид, поясни, — потребовала Лана, дёрнув ещё раз его за руку. — Твою ж мать, посмотри на меня. Что означает: «Идущие на смерть приветствуют тебя»?
Ругань вампиров заполонила комнату.
— Это фраза рабов и преступников, которым суждено умереть на арене, — наконец, пояснил Сид.
И тут Кэролайн ахнула – она училась на историка.
— Считается, что гладиаторы использовали это выражение как приветствие, но доказательств этому нет.
По отстранённому выражению лиц воинов Лана поняла, что сестра попала прямо в точку. Все вампиры пытались по телефону связаться со Слоуном.
Тут Дункан оттолкнулся от стены.
— Согласно истории, императоры прославляли гладиаторов, — прорычал он. — А по сути, мы были рабами. А теперь оставьте нас.
Лана ошарашенно уставилась на Сида, но тот отвёл взгляд.
— Синклер?
— Лана, тебе нужно уйти, — резко велел вампир. — По приезде Слоуна мы тебе и Кэролайн обязательно позвоним.
— Но… — начала Лана, но остановилась, когда воин воззрился на неё взглядом, которого она никогда раньше не видела.
— Вон! — заорал Сид, его глаза стали чернее ночи.