Адепт
Шрифт:
Солнце уже садилось. В сгущавшихся сумерках кривые улочки казались еще более узкими и тусклыми. Дэвид с трудом пробирался в хитросплетении тесных переулков, вымощенных грубым камнем.
Повернув за последний угол, он увидел, что на улице, приткнувшись у обочины перед входом в мастерскую, вхолостую работает черный «порше». Внутрь дома вели деревянные ворота, выкрашенные синей краской. Мужчина в черном уже открыл одну створку и возился с задвижкой на второй.
Дэвид проехал чуть дальше и, как только его перестал слепить яркий свет фар, узнал в мужчине своего старого знакомого по вечерней
Въезд в мастерскую был достаточно широк, чтобы пропустить большой автофургон. Внутри виднелся голый пол, делавший помещение похожим на гараж.
Дэвид продолжал двигаться, не сбавляя скорости, пока не поравнялся с открытыми воротами. Оказавшись возле согнувшейся фигуры, он резко надавил на тормоз и развернул машину поперек улицы, почти уткнувшись носом в «порше» и перегородив ему путь.
Дэвид выскочил из салона, но мужчина в черном не бросился бежать — он просто отвлекся от своего занятия и расправил плечи.
Левая половина его лица потемнела от запекшейся крови. Правая щека распухла и превратилась в уродливый волдырь. На багровой коже виднелся след от удара палкой.
Мужчина приоткрыл рот, обнажив набухшие от крови десны, и заговорил сквозь стиснутые зубы, как чревовещатель:
— Всего одна шавка и никакой награды? Я оскорблен. — На его губах пузырилась кровь. — Может быть, даже смертельно, — добавил он, попытавшись засмеяться, но вместо этого испуская какое-то шипение.
Дэвид замер в нескольких шагах от противника, который все еще неподвижно стоял в дверях.
Незнакомец смерил его мрачным взглядом.
— Твой учитель поступил мудро, отправив вместо себя преданного ученика. Но ты будешь жалеть об этом еще не одно столетие.
Дэвид не ответил.
— Ладно, посмотрим, как ты усвоил уроки, — просипел мужчина.
Он отступил на шаг и вытащил из-за спины блестящий нож.
Дэвид инстинктивно попятился назад, чтобы увеличить расстояние между собой и лезвием. Он перенес вес тела на левую ступню, зная, что при нападении с ножом ноги бывают полезнее кулаков. Потом принял защитную стойку, подняв руки почти к самому лицу и выставив локти в сторону противника.
Незнакомец переложил нож в правую руку и схватил его так, словно хотел передать оружие Дэвиду. Кончик лезвия описал в воздухе несколько быстрых кругов. Мужчина шагнул вперед, потом еще и еще, заставляя Дэвида пятиться обратно. Он оттеснял его к припаркованным за спиной машинам.
Внезапно нож взметнулся вверх, направляясь прямо в глаза Дэвиду, но тот успел отшатнуться и отступил назад. Противник действовал полусогнутой рукой, оставляя Дэвиду место для маневра.
Человек в черном повторил прием еще дважды, и каждый раз Дэвид отходил все дальше. Он стоял уже возле крыла своей машины, почти прижатый к открытой дверце. Дэвид был в ловушке.
Он бросил быстрый взгляд назад, словно оценивая путь к отступлению и, на мгновение отвел глаза от противника. В тот же миг нож сверкнул у его лица. Дэвид успел сконцентрироваться, и когда преступник сделал выпад,
Нога незнакомца подкосилась, он отпрянул назад и вскинул руки, чтобы удержать равновесие.
В ту же секунду Дэвид, опираясь на машину, выбросил вперед обе ноги, целясь в грудь противника. Сильный удар буквально сшиб того на землю. Он растянулся во весь рост, стукнувшись головой о гранитный бордюр.
Дэвид уже был сверху; он схватил незнакомца за правую руку, сжал запястье и одновременно надавил коленом на плечо. Тот попытался вырваться, но Браун нажал сильнее. Мужчина застонал.
Дэвид вцепился в запястье мертвой хваткой и стал выкручивать руку, пока пальцы незнакомца не разжались, выронив нож на тротуар. Дэвид не остановился. Мужчина согнул руку, пытаясь ослабить боль, потом скорчился и повернулся на бок.
Браун гнул свою линию, пока противник окончательно не перевернулся на живот. Как только он оказался лицом вниз, Дэвид надавил коленом на его спину. Пригвожденный к земле, израненный и потерявший силы мужчина перестал сопротивляться.
В таком положении они провели несколько минут, пока вдалеке не послышался вой сирен. Громкий рев моторов и топот ног известили о прибытии полиции.
Двое полицейских подошли ближе, еще столько же прикрывали их сзади. Дэвид сказал:
— Слева от меня лежит нож. Можете его забрать. Меня зовут Дэвид Браун. Инспектор Хэммонд из «Летучего отряда» все вам объяснит. Я только что задержал человека, которого он искал.
Краем глаза Дэвид заметил полицейского, подошедшего ближе. Он услышал, как звякнул поднятый с асфальта нож.
— Скажите мне, когда будете готовы, и я его отпущу, — произнес Дэвид.
— Оставайтесь на месте, сэр, — отозвался полицейский. Он нагнулся к закрепленному на одежде микрофону. — Сначала мы узнаем, кто есть кто.
Переговоры по рации продолжались несколько минут; все это время Дэвид не двигался, крепко удерживая своего пленника. Наконец полицейский заметил:
— Ладно, судя по всему, вы действительно Дэвид Браун. Я надену на него наручники, потом можете его отпустить.
Дэвид по очереди поднял правую и левую руки незнакомца, чтобы полицейский сковал их вместе. Потом он встал и отошел в сторону, отряхивая с себя грязь и проверяя, нет ли на одежде крови. Он все еще тяжело дышал, хотя последние пять минут почти не шевелился.
Дэвид протянул свою визитную карточку:
— У инспектора Хэммонда есть мои данные, но вот, возьмите на всякий случай. Наверно, у вас будет много всякой бумажной волокиты…
Констебль кивнул:
— Еще бы.
— …так что позвоните мне, когда я вам понадоблюсь.
Задержанный, сидевший теперь посреди дороги, поднял голову.
— Тебе приказали меня не убивать? — спросил он.
— Не понимаю, о чем он говорит, — пожал плечами Дэвид, обернувшись к полицейскому.
— Вам бы к врачу сходить, — посоветовал констебль. — А то часто бывает, что люди сгоряча не замечают травм. — Он повернулся к своим людям. — Сходите в дом и проверьте, нет ли там кого. Держитесь начеку. А мы отвезем этого парня и прихватим его тачку, — кивнул он на «порше».