Адепт
Шрифт:
Он откинулся на стул и любезно улыбнулся.
Сестра Сьюзен ответила ему не менее сияющей улыбкой.
— К сожалению, теперь мне пришлось самой взяться за перо. К тому же речь идет не о газетах, а о журналах. Но я не собираюсь падать духом — нет! Через несколько лет я доберусь от раздела мод и развлечений до спортивной журналистики, а потом, глядишь, подвернется под руку какая-нибудь местная полуразорившаяся газетенка. Ну а там уж всего шаг до собственной стойки с прессой где-нибудь в переходе метро. Правда, говорят, для этого надо иметь годовой стаж таксиста.
Ди скромно потупила глаза, довольная собственным остроумием.
Дэвид усмехнулся:
— Неужели? Это замечательно! А вы уже придумали, чем прижимать газеты к лотку? — Он припечатал ладонью воображаемую бумагу. — Некоторые думают, что для этого больше всего подходит уличный булыжник или на худой конец обломок черепицы. Но я считаю, что нет ничего лучше, чем доброе старое железо — например, детали от развалившегося автомобиля.
Ди наставительно подняла палец:
— Не забывайте про нью-йоркские зимы. Металл может быть очень холодным, если предварительно не нагрузиться дешевым виски. Я еще не приняла окончательного решения, но меня очень привлекают композиты.
Дэвид расхохотался.
Сьюзен подала голос с другого конца стола:
— Кто-нибудь еще хочет цыплят? Дэвид?
Он на мгновение отвлекся от беседы: «Да, конечно, было бы неплохо», — и снова повернулся к Ди.
— Не знаю, как там в Штатах, но мы очень осторожно относимся ко всяким новшествам. У нас ценят традицию. Например в Лондоне ни один уважающий себя продавец газет не станет говорить на простом английском. То, что для вашего уха звучит как «Ивнинг стандард», профи выкликает не иначе, как, — Дэвид повысил голос, — «"И-и-ни-ин ста-нна-а", господа!».
Ди согласилась:
— Наверно, вы правы. Мне еще многому надо научиться. Но знаете, что беспокоит меня больше всего? — Она озабоченно сдвинула брови. — Отращивание усов. Я уже много лет культивирую эту поросль, но результат, как видите, не впе^ чатляет.
Она показала Дэвиду гладкую губу, оттопырив ее кверху с видом лошади, которая берет с руки кусочек сахара.
Дэвид с любопытством перегнулся через стол, и Ди поднялась с места, чтобы он мог получше рассмотреть. Она еще больше вытянула губы и пробормотала:
— Ну вот, видите? Видите?
Сьюзен принесла новую порцию цыплят и поставила перед Дэвидом. Тот пожал плечами.
— По-моему, вы напрасно беспокоитесь. Еще пара недель, и все будет в порядке.
Ди довольно сощурилась и обернулась к Сьюзен:
— А он смелый парень. Мне это нравится.
Ди и Дэвид рассмеялись. Сьюзен села за стол и бросила на них хмурый взгляд.
Дэвид заметил выражение ее лица и сразу стал серьезным.
— Ты уже показывала сестре город? — осведомился он. — Что она успела посмотреть?
Ди не дала ей ответить.
— Мы ходили в основном по магазинам, — заявила она громко. — Это очень здорово, но достопримечательностей отнюдь не заменяет.
Сьюзен забормотала:
— К тому же Сьюзен не больше англичанка, чем я сама. Мне нужен гид-абориген.
— Наверное, я сумею помочь, — скромно предложат Дэвид. — Я прожил в Лондоне большую часть жизни и, хотя почти нигде не бываю, все-таки нахватался кое-каких сведений. Скажем, завтра мы все вместе можем посетить площадь Святого Нельсона, а в воскресенье — Букингемский собор [18] . Как вам такой план?
18
Иронически обыгрываются достопримечательности Лондона — колонна Нельсона на Трафальгарской площади и Букингемский дворец.
— Вот видишь. — Ди язвительно взглянула на сестру — Я говорила, ты перевираешь все названия. Слушай эксперта
Сьюзен хмурилась все больше.
— Завтра я буду занята, — сказала она сухо. — Мне надо съездить в институт.
Дэвид напомнил:
— Завтра суббота.
Сьюзен раздраженно помотала головой.
— Говорю вам, у меня полно работы! — повторила она и многозначительно взглянула на Дэвида.
Но Ди упрямо стояла на своем.
— Мы вполне можем пойти вдвоем, — заметила она с невинным видом. — Верно, Дэвид?
Обе женщины оглянулись на Дэвида, который хранил нейтральный вид. Ди стала напевать себе под нос, слегка пританцовывая на месте: «Мы ведь можем, правда, можем? Ранним утром, когда я напою свою скотинку…»
Дэвид внимательно смотрел на Сьюзен.
— Думаю, нам лучше подождать, когда у вашей сестры будет больше… — заговорил он, но она резко перебила:
— Нет-нет, ступайте одни. Возможно, я присоединюсь к вам позже, когда освобожусь.
Тарелки опустели, и Сьюзен стала убирать со стола. Ди бросилась ей помогать.
Дэвид спросил:
— Может, все-таки перенесем на другой день?
— Сказано идти — значит, идти, — обиженно заявила Ди. Подумаешь, какое дело! Мы же не бросаем Сьюзен скучать одну. Она будет занята.
Дэвид все еще всматривался в лицо Сьюзен, пытаясь понять, что она думает на самом деле.
— Ну, в чем дело? — произнесла она устало. — Я же сказала — идите развлекайтесь. — Она понизила голос: — Позже я расскажу, что мне удалось найти.
Дэвид хотел что-то возразить, но Ди уже перешла к другой теме. Она забрала у сестры грязную посуду и сказала:
— Что касается десерта, то его купила я. И не только купила, но даже ухитрилась разморозить без посторонней помощи. Сиди, Сьюзен, я сама схожу.
Ди быстро направилась на кухню. Сьюзен снова опустилась на стул, и на минуту в комнате воцарилась тишина. Первым ее нарушил Дэвид:
— Как продвигается расследование?
— Отлично. Вернее, неплохо. Осталась еще тысяча вопросов, но я кое-что выяснила. — Сьюзен помолчала. — Надо будет все это обсудить.
Дэвид кивнул.
— Давай я скажу Ди, что завтра у меня дела, — предложил он.