Адмирал Ушаков. Том 3
Шрифт:
будто я намерен вас оставить с фрегатами в Неаполе, что никак
не сходно и нимало не соответствует с высочайшими
повелениями, какие многократно письменно вам объявлены, что ескадры
велено соединить в одно место, и следуют они к непременному
исполнению предписанных высочайших повелениев. Я к вам
майя от 1-го числа послал отсюдова ордер мой1 через Отрант
с господином Никацио, братом консула нашего, там
находящегося. Имею уведомления, что он задержан
мои к вам отправлены верно с надеждою, что непременно дошли.
Повелением моим предписано вам по получении сего немедленно
следовать с фрегатами в Корфу в соединение, тем паче, что
непременное исполнение до оных фрегатов касается. Я никак не
воображаю, чтобы, получа таковое повеление, сходное высочайшим
предписаниям, осмелились вы не выполнить, и никак не думаю,
чтобы повергнули себя тем неминуемому по законам взысканию.
Я посылаю поляку «Експедицион» под командою флота
лейтенанта Македонского в Неаполь для выполнения потребных
надобностей и покупки хотя малого числа тросов. Ежели, сверх
ожидания моего, сие повеление мое застанет вас в Неаполе, ни
часа не упуская, извольте следовать с фрегатами в соединение
ко мне к ескадре в Корфу, ибо оттоль важное выполнение вам
назначено. Буде от сего времени умедлите вы прибытием в Корфу
более двух или двух с половиною недель, крайнее упущение вы
сделаете и величайшую мне расстройку, и неминуемо будете
судимы, но я не ожидаю этого. Думаю, что вы встретитесь с
посланным от меня судном и поспешите прибытием вашим в Корфу.
Предуведомить вас должен я: непременно вам должно везти
войска из Корфу в Мальту. Сие вам означаю по секрету.
Доставьте мне верный ращет об деньгах, забратых от агента
Манзо, я не все полное число забрал от него денег. По
кредитиву, от меня ему отданному, в число 250 тысяч флоринов по
отбытие мое с ескадрою из Неаполя всего навсего получено
мною от него денег 133 164 дуката и 47 гран. Сие число
составляет весьма еще неполное количество до 250 тысяч флоринов.
Нужно мне знать, сколько в это число достальных отпущено
к вам от Манзо и сколько сверх этого еще вы получили от него
на особый щет во одолжение. Обо всем к нему я писал и
требовал присылки ко мне верного щета, и от вас такового же
уведомления ожидаю. Фрегатам вашим нужно быть во всем исправ-
ным[и]. Сожалею, что не успел написать к вам, чтобы вы взяли
там в покупку парусины и такелажа, сколько необходимо
надобно, но теперь уже поздно, замечаю, что выполнить уже
нельзя; буде что купили и взяли, то хорошо. Повторяю: ни мало
нигде не останавливаясь,
выполнения потребных надобностей; доставьте ко мне все щеты
ваших покупок и всего того, что без заплаты денег забрато от
правительства неаполитанского, то есть провианта, лесов,
припасов и материалов, и сколько, за что именно за оные следует
заплатить денег по той цене, по какой у них они состоят. Во
ожидании сего с почтением моим и преданностию имею честь быть.
По получении сего извольте следовать на шхуне № 1 для
крейсерства до Парги; по жалобам островских и тамошних
береговых жителей известно, некоторые разбойнические лодки грабят
суда проходящие и наносят вред, ежели где встретите таковые,
забрать их пленными; буде найдете какие вооруженные суда или
с амунициею, извольте их осмотреть и опросить, чьи оные суда,
куда идут и с каким намерением; ежели от кого какое.покушение
окажется против Парги, старайтесь не допустить. Приложенное
при сем письмо от меня к Али-паше Янинскому1 доставьте сами
к нему и на оное письмо испросите от него ответа и возвратитесь
в Корфу.
Адмирал Ушаков
Ваше превосходительство, милостивый государь мой.
Жалостное и бедственное состояние, убедительная слезная
просьба и беспрерывные жалобы христианских народов,
обитающих в стороне Албании при берегах Венецианского залива,
простирающихся к Морее, противу которых вы без всякого резона
восстали всеми своими силами, противу закона и всяких прав
человечества и противу воли и желания Блистательной Порты и
его султанского величества; самовольно бьете, разоряете и
истребляете напервее народы Химары и Шулии до основания, не
имев к тому и малейшей причины, ибо сии народы во все
нынешнее время находились в совершенной тишине и спокойствии,
никакой и малейшей обиды и дерзкости ни против кого не
предпринимали, сие всему свету известно. Я неоднократно посылал
таковые жалобы к российскому министру в Константинополь,
просил немедленно донести Блистательной Порте Оттоманской и
просить его султанского величества высочайшего повеления, дабы
воспрещено было вам народы христианские, безвинно